Аристократ - Анна Кондакова

У меня внезапно потемнело в глазах, и я сам не заметил, как отпустил руку Фила и начал клониться вбок.

Ощутимый удар в живот костлявым кулаком вернул меня к реальности.

Я резко выпрямился. Моргнул и снова сфокусировал взгляд на бледной и немытой физиономии парня.

— Гениален? — Это последнее слово, которое я смог вспомнить из рассказа Фила.

— Ты чего, Рэй?.. — уставился на меня пацан. — Я так скучно говорю, что ты засыпаешь? Ты же, вроде, не пьяный, чтобы так валиться… Тебя ящер ранил, что ли?

Я не ответил и сомкнул руку с Печатью в кулак. Сжал её так сильно, что хрустнули костяшки. По руке пронеслась дрожь, дробящая боль сдавила темечко, будто кто-то вкручивал туда сверло.

— Рэй?.. — Фил повторно ткнул меня кулаком в живот.

— Рассказывай дальше, — отозвался я и изобразил спокойствие, но паника сама собой начала заполнять голову.

Печать брала надо мной верх, и пока не стало поздно, надо было срочно её снимать.

Я завёл обе руки за спину и обхватил пальцами перстень. Потянул. И ни черта не вышло…

Ни черта. Не. Вышло.

Печать, как влитая, сидела на моём указательном пальце. Она будто приросла к кости и теперь сама стала частью моего тела.

И самое паршивое: раньше мне было больно, когда я его надевал; теперь же всё поменялось. Как только я попытался снять Печать, у меня от боли чуть ноги не подкосились.

«Мать его… вот дерьмо, какое же дерьмо…», — не знаю точно, произнёс я это или подумал.

— Рэй? — Фил нервно закусил губу. — Ты всё-таки хочешь грохнуть меня, да? У тебя на роже написано, что хочешь…

— Рассказывай, я тебе говорю! — прикрикнул я на него и еле сдержался, чтобы действительно его не придушить.

Злоба окатила изнутри, но как только я прекратил попытки сдёрнуть Печать с пальца, меня отпустило. Правда, было бы идиотизмом ожидать, что новых приступов помутнения рассудка у меня больше не будет.

— Говори быстрее, Фил. У меня мало времени, — более доброжелательно сказал я. — Никто тебя не грохнет, если не выведешь.

Парень с облегчением выдохнул и прокашлялся.

— Так вот, Рэй. Как я уже сказал, я человек гениальный, этого не отнять, хоть и младший в семье… Да-а, у меня семья была… мы жили в Ривер-Фол. Это далеко отсюда, намного южнее, почти на границе… — Фил сделал паузу перед тем, как добавить: — Они погибли год назад. Все они. Мать, отец, дед, дядя и его жена, два моих старших брата, племянник, кузина и её маленькая дочь… Четыре поколения Рэтвиков просто взяли и исчезли. — Фил смолк и заглянул мне в глаза. — Они умерли, — повторил он. — Все в один день. Они собрались на юбилей деда и умерли.

Я нахмурился.

Он несколько раз повторил слово "умерли". Показалось, что пацан на ходу выдумывает историю послезливее и пытается надавить на жалость, вот только жалким он не выглядел. Озлобленным — да, но не жалким.

— Это как-то имеет отношение к делу? — сухо уточнил я.

Не увидев во мне и капли сочувствия, Фил опустил глаза и уставился себе под ноги.

— Их убили военные агенты Рингов. Я видел. Они тогда не надели свою синюю униформу, но я точно знаю, что это были сраные лэнсомские агенты.

— С чего ты взял?

Фил задумался, будто решая, стоит ли посвящать меня в подробности.

В конце концов, он решился:

— У них были такие же револьверы с эмблемой, как у тебя. Они пинком дверь в наш дом открыли. А вот другой человек… он будто из ниоткуда явился, как будто из пустоты шагнул. Высокий, в плаще, шляпе и тёмной маске на всё лицо. Агенты называли его Херефорд.

Услышав это имя, я внутренне напрягся, но выдержки мне всё же хватило, чтобы не выдать эмоций.

Херефорд.

Это проклятое имя связывало меня со всем дерьмом, что происходило в Лэнсоме и Ронстаде. И теперь имя чёрного волхва Херефорда, верного пса Рингов и наставника моей сестры Ребекки, вдруг всплыло в Хэдшире.

— Херефорд? — переспросил я: возможно, мальчишка ошибся.

Ноздри Фила раздулись от гнева, парень поджал губы и скрипнул зубами.

— Его грёбанное имя я запомнил навсегда, потому что именно эта тварь убила всю мою семью. Херефорд… он вошёл в нашу гостиную и что-то сделал… что-то странное… повёл руками и сказал какие-то слова. И все, кто там был, закричали от ужаса, а потом разом замолчали и попадали на пол, а Кристи… ей был всего год, она лежала в люльке… она просто перестала плакать и уснула насмерть. — Фил снова на меня посмотрел. — Рэй, мне кажется, они умерли от страха. У них остановились сердца.

Я сощурился.

— А ты-то как выжил?

— Отец отправил меня за вином в подвал… понимаешь?.. За этим грёбанным вином… в этот грёбанный подвал…

И впервые за всё время нашего знакомства Фил показал слабость: его глаза наполнились слезами, и он не стал их прятать.

— А этот… этот Херефорд… он не заметил, что я из-под пола наблюдаю, в щель между досками. Я струсил, Рэй… я не вышел и не защитил свою семью… не знаю, Рэй… не знаю, почему я не вышел… ноги будто не двигались от страха… удавил бы себя за это…

Фил всхлипнул и стёр слёзы кулаком.

В этот самый момент передо мной стоял не мелкий делец теневого мира, а десятилетний мальчишка, тощий, ссутуленный и грязный…

Мы помолчали.

— Твоя семья была как-то связана с повстанческими отрядами? — спросил я негромко.

Фил мотнул головой.

— Нет. Обычные работники. Своя ферма у нас была совсем небольшая, поэтому отец и мы с братьями всегда нанимались на сезон. Урожай собирать. Работали в полях, садах и на виноградниках…

— Может, кто-то донёс? — предположил я.

— Не знаю, Рэй. Мне наплевать. Я просто хочу убить тех, кто это сделал. И самое главное — Херефорда. Я целый год работал, чтобы создать оружие против этих ублюдков… Хочешь узнать, как я это сделал?

Фил не ждал от меня ответа — он и так был очевиден.

Парень прислонился к стволу дерева, вытер вспотевший лоб рукавом рубашки и продолжил:

— Когда я увидел этого Херефорда, то понял, что он не человек. Вот совсем не человек… Тогда я вспомнил, как дед рассказывал мне всякие дурацкие волшебные сказки о порталах, принцессах, светлых воинах кодо и адских тварях. Я тогда не знал, существуют ли они… эти светлые воины кодо, но адские