Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

После того как я был снят с поста, Дэн Сяопин много раз приглашал меня играть в карты. 30 декабря я к нему ходил, и опять мы ни о чем не поговорили.

[Ху Яобан не отказывался от встреч с Дэн Сяопином. Однако он не напрашивался и ни о чем не просил. Дэн Сяопин, в свою очередь, не счел нужным обсудить с Ху Яобаном важнейшие политические проблемы; не поговорил он с Ху Яобаном и о том, как произошло отстранение Ху Яобана с руководящего поста. Это — важные штрихи к портрету Дэн Сяопина, которому не хватало смелости поговорить на равных с Ху Яобаном. — Ю.Г.]

(Затем Ху Яобан рассказал о своей жизни.) Мои родные места стали красным районом. В средней школе Люян я проучился лишь полгода в начальной школе. Я учился в одном классе с Ян Юном (его двоюродным братом). В пограничном районе провинций Хунань и Аньхой я редактировал газету для детей. Сам вырезал иероглифы и печатал с помощью восковых пластин. Когда началось физическое уничтожение «Союза АБ» или того, что именовалось «Антибольшевистской группировкой» или «Антибольшевистским союзом», то я попал под подозрение, насчет меня высказывались сомнения. Из центрального советского района прибыли представители. Фэн Вэньбинь взял меня с собой (то есть спас Ху Яобана). Как-то мне довелось услышать, как Гу Цзолинь (секретарь ЦК комсомола) в разговоре с Фэн Вэньбинем сказал, что не похож я на контрреволюционера. И тогда я был оставлен для работы в ЦК комсомола. В Яньани с самого начала я был секретарем ячейки в большой бригаде в Антияпонском университете. Однажды мне довелось выступать на собрании. Я говорил о необходимости улучшить работу, считал необходимым в этих целях идти в гущу масс, в самую глубинку. Это выступление похвалил председатель Мао Цзэдун. Он и выдвинул меня на пост генерального секретаря политотдела Антияпонского университета. Нашлись те, кто не был с этим согласен. В противовес этому мнению Мао Цзэдун тогда предложил повысить меня в должности, и я стал заместителем заведующего политотделом. В Антияпонском университете я занимался выпуском газеты; сам писал для нее статьи. Более того, я попросил написать статью председателя Мао Цзэдуна; в результате и появилась та самая известная статья под заголовком «Против либерализма». До 1955 г. у меня состоялись семь бесед с председателем Мао Цзэдуном. (Затем Ху Яобан изложил высказывания Мао Цзэдуна о некоторых людях; здесь это опущено.)

Когда я был в Цзянси, Жэнь Биши не был согласен с борьбой против контрреволюционеров; Чжу Дэ тоже не был с этим согласен. Мао Цзэдун высказывал много сомнений; из Яньани он написал десяток писем, все уговаривал Жэнь Биши. (Это история о том, как вычистили представителей того, что именовалось «левоуклонистской» линией.) Жэнь Биши умел осмысливать проблемы самостоятельно. Он не действовал вслепую. Он никогда не был согласен с формулировкой «линия Ван Мина».

[Возвращаясь мыслями к истории КПК, Ху Яобан всегда выделял тех, кто отстаивал свою правоту в спорах с Мао Цзэдуном.

Важным представляется и то, что Ху Яобан скептически относился к формулировке «линия Ван Мина». Это — еще одно подтверждение одновременно уважительного отношения к Мао Цзэдуну в прошлом и неприятия многих принципиальных сторон его политики.

Интересная деталь — входивший в группу маршала Пэн Дэхуая генерал Ян Юн был двоюродным братом Ху Яобана. — Ю.Г.]

Очень много решений по важным кадровым вопросам принимал Дэн Сяопин. Но все это по недоразумению свалили на мою голову. Например, перевод Ляо Чжигао из Фуцзяни, Ма Вэньжуя из Шэньси, Ху Цили из ЦК и т. д. Есть еще и несколько вопросов, которые возникали просто в процессе работы и которые на протяжении многих лет вызывали обиды. Например, вопрос о Хуан Хоцине в те три года, когда имели место трудности и когда я был направлен в Шэньян для того, чтобы разобраться в ситуации; разница тогда была в том, что не хватало всего 2 миллиардов цзиней зерна (1 миллион тонн), но он упрямо требовал 3 миллиарда цзиней. В то время я не согласился с этим. (На заседании комиссии советников ЦК КПК Хуан Хоцин высказывал очень много критических замечаний в адрес Ху Яобана, и выступал он также очень много.)

[Ху Яобан принимал много решений по кадровым вопросам, правда, часть из них были решениями Дэн Сяопина. Многие в партии были недовольны именно этими решениями.

Ху Яобан хранил лояльность Дэн Сяопину и никогда публично не отмежевывался от этих решений. Он принимал удар на себя, фактически защищая Дэн Сяопина.

Это еще одно подтверждение смелости Ху Яобана, а также еще один показатель политического поведения Дэн Сяопина, который прятался за спину Ху Яобана, а потом, интригуя, добился устранения последнего, видя в нем в тот период соперника в борьбе за высшую власть в партии и государстве. — Ю.Г.]

Продолжительная беседа с Ху Яобаном за десять дней до его смерти

В два часа дня 5 апреля 1989 г. пришла Юаньюань, вместе с которой мы отправились домой к Ху Яобану, где проговорили до половины десятого вечера.

В начале беседы Ху Яобан коснулся статьи опубликованной Ху Цяому накануне его поездки в США. (С 9 января по 20 февраля по приглашению центра исследований по Восточной Азии Гарвардского университета я, Ли Жуй, провел в США сорок дней в качестве ученого, находящегося там в поездке с научными целями. В США я встретился с Ян Чжунмэем, ученым, который жил в Японии. Он подарил мне изданную на китайском языке свою книгу «Биография Ху Яобана». По возвращении домой я передал эту книгу Ху Яобану через Юаньюань. Вскоре после того как я вернулся на родину, Ху Цяому готовился посетить США по приглашению Ли Чжэндао; он знал о том, что я тогда только что возвратился из США. 5 марта он специально попросил Чжэн Хоя посетить меня и поговорить со мной о моих впечатлениях о посещении Америки. Чжэн Хой на протяжении многих лет служил в качестве помощника у Ху Цяому. В то время он занимал пост заместителя заведующего отделом исследований истории партии ЦК КПК. Ему было известно о многолетней истории моих взаимоотношений с Ху Цяому, о том, что в личном плане между нами, как двумя людьми, не было ни симпатии, ни антипатий; особенно ясно это было, если принимать во внимание