Заплати за любовь - Екатерина Ромеро

Что опять не так? Блядь, я вышел в одних трусах, она смутилась. Серьезно, моя жена меня смутилась. Скажи кому – не поверит, но у нас особый случай, у нас, блядь, все не как у людей.

– Что мне делать? – выпаливает как-то резко, голос охрипший, вот-вот разревется. Все еще в полотенце, намертво держится за него белыми пальцами.

Разрумянилась вся, губы распахнула, глазища темные сверкают, как светлячки.

Смотрит на меня. На всего меня. Дышит тяжело, сложно.

Всполошенная вся, заряженная петарда, натянутая струна.

– А что ты хочешь?

Не понимаю, если честно, мне вообще ее трудно понять. Может, проголодалась, наконец, либо что ей там беременной еще надо. На первом этаже кассет полно, книжки есть. Ну найдет чем себя занять-то.

– Ну… вам виднее. Вы мой муж.

– Ладно. Ты расслабься.

– Я расслабленная! – парирует резко. Ладно, к чертям. Хватаю спортивки, натягиваю от греха. Самому уже неловко, и она так смотрит, что хочется куда-то провалиться.

Подхожу ближе, за руки ее беру. Не двигается даже. Вжалась в угол. А мы ведь женаты уже. Как это все будет? Она же шарахается от меня как от огня.

– Нюта, эй, все нормально. Да?

– Угу, – кивает нервно, не верит она мне. Совсем. Поднимает на меня глаза. – Вадим, можно вас попросить кое о чем?

– Да. Говори.

– Только не оставляйте синяков. Их видно, и они долго у меня сходят. Пожалуйста.

Ведет плечом, усмехается, но как-то невесело. И мне тоже. Охуеваю, отпускаю ее руки, пытаясь переварить. Что она несет, вот что?!

– Не понял. Каких еще синяков? – Блядь, о чем она говорит? Реально думает, что я ее сейчас трахать буду, да еще и так, как в прошлый раз, на полном серьезе? Да, мать вашу, именно так Фиалка и думает, и это просто спирает мозг.

Подхожу ближе, девочка вся сжимается. Чувствую, брак у меня будет просто заебись.

– Тех синяков, которые были в прошлый раз. Можно без них, пожалуйста? Я и так буду вам послушной женой. Все буду делать. Все.

Стоп. Всматриваюсь в Фиалку, ее что-то сильно трясет, дрожит как зайчонок, и уж точно не от возбуждения.

Ее просто колотит, руками себя обхватила, все волосы свои поправляет да полотенце это сжимает, точно щитом мнимым прикрываясь. От меня.

Блядь, а вот и она – истерика. У нее внутри вот-вот взорвется, а после одно движение – и ее полотенце падает на пол. Разделась передо мной, полностью обнажилась.

Я застываю, растерялся даже как-то, Нютка голая совершенно. Красивая, аж больно, нежная молочная кожа, контрастом на ней темные длинные волосы, спадающие на плечи.

У меня эрекция тут же просыпается, хочу ее, хочу всю, вот только свое “хочу” мне приходится затолкать куда подальше, потому что в глазах Нюты слезы. И она не смотрит на меня. В потолок, в пол, на красивое кресло, но только не на меня, и, кажется, мы говорим с ней о разных вещах.Зависаю на секунду, потому что Нюта идеальна, боже, в ней нет изъяна. Хрупкие плечи, осиная талия, высокая небольшая грудь с малиновыми сосками, плоский живот, гладкая промежность, точеные бедра.

– Что ты делаешь, девочка? – цежу сквозь зубы. Настроение ноль.

– Ну… а как надо?

Встречаемся взглядами. Святоша, мать ее, мученица, блядь. Ее глаза сейчас как блюдца. Настороженная, готова к нападению. Меня. Или не готова – тут уж как посмотреть.

Послушная жена. Послушная, на хуй, да на хрен мне это надо? Интересно, просто заебись. Всю жизнь такое ждал!

Беру это гребаное полотенце, расправляю и обматываю им девчонку.

– Вон кровать, видишь?

– Да.

– Ложись на нее, малыш.

“Послушная” залезает на кровать, глаза на меня – ждет. Красивая Нюта, до жути, жена моя теперь, вот только не с того мы начали, совсем не с того.

– На бок повернись, укройся одеялом.

Делает, что говорю. Покорная, блядь, аж страшно, вот только дело тут не в том, что Нюта вся такая прилежная, горячая кошечка, нет. Девчонка меня тупо боится. Боится, блядь, до ужаса.

– Спокойной ночи, Нюта.

Выключаю свет и выхожу из спальни. Прикрываю дверь. Брачная ночь удалась.

Глава 21

Викинг не тронул меня. Я всю ночь ждала, боялась, но он не вошел. Ночевал в кабинете или гостиной, тогда как я спала на его огромной кровати одна, как принцесса.

Это была наша первая брачная ночь, которая не случилась, и я рада этому, хотя, с другой стороны, нет.

Чем дольше ждешь, тем сильнее боишься, и это все равно случится, если не сегодня, так завтра. Смысл трястись, если я теперь его жена, и еще… Викинг меня видел голой. То ли сдуру, то ли просто от страха я предстала перед ним обнаженной. Его взгляд стал тяжелым, но вместо того, чтобы наброситься на меня, Вадим закутал меня в полотенце и велел ложиться в кровать. Это было странно, но все же я благодарна ему за эту отсрочку боли.

Утро начинается с тошноты, и, проснувшись, я нахожу на тумбочке бутылку минералки. Викинг входил, а я даже не заметила.

Когда спускаюсь, вижу готовый завтрак на столе, еще парует яичница, стоит большая чашка чая. Вадима нет, потому, пользуясь случаем, я беру пару бутербродов. Ворую, если по правде, но голод дает о себе знать уже головокружением, а заставлять страдать малыша я не хочу. Запиваю все чаем, становится лучше.

Мы сегодня поедем за Ильей, и я жду этого. Это из-за меня все случилось, Илюша там, наверное, перепуганный в камере сидит, а Шурочка дома места себе не находит.

Вадим входит через десять минут. Собранный уже тоже, одет в серые джинсы и светлый свитер. Он всегда носит светлое. Не знаю почему, но ему очень идет. Делает его каким-то особенным и даже красивым. Странные мысли, я знаю. Я сегодня плохо спала.

– Доброе утро, Нюта.

– И вам. Доброе.

– Готова?

– Да.

– Тебе ехать не обязательно.

– Я хочу увидеть брата.

– Хорошо, пошли.

Как только иду обуваться, не нахожу своих сапожек. Вместо них стоят те новые, которые купил Вадим. В спальне тоже была куча новых вещей, я не придала этому значения.

– Что-то не так?

– Где моя обувь?

– Я ее выбросил. Она уже негодная.

– Я любила эти сапожки!

– У тебя ноги в них мерзнут!

Разговор не клеился, и, надувшись, я молча натягиваю эти новые сапожки. Они приходятся как раз впору. Теплые и красивые. Ладно, в этот раз он победил.

Через сорок минут мы