Ребенок не по контракту (вторая часть) - Ксения Богда

Я полностью сосредотачиваюсь на здоровье Никитки. Волнуюсь и каждый раз при обходе сжимаю кулачки, чтобы все нормализовалось. Но врачи пока только берут бесконечные анализы и разводят руками.

Но ищут причину, почему же мой малыш так неважно себя чувствует.

Ян пишет и спрашивает постоянно, не нужно ли мне что-то из продуктов. Я отвечаю, что всего тут в достатке и нам с Никиткой всего хватает. Багирову этого достаточно, ион быстро сворачивает разговоры.

Вот и сейчас снова пишет, интересуется, как состояние моего малыша. Быстро выбиваю, что все стабильно, и пишу, что у нас скоро сон-час. Сама не знаю, зачем я ввожу Яна в заблуждение. Чтобы не позвонил... чтобы не слышать его голос? Не думать лишний раз, что там у них с Викой и зачем она его ждала возле клиники.

Меня это не касается. И я готова повторять это словно мантру, только бы не дать слабину.

Тихий стук в дверь отвлекает от размышлений о Яне, и я даже радуюсь, что кто-то решает навестить нас с Никиткой. Плетусь открывать. Тут же оказываюсь в объятиях сестры.

— Ох, мои милые, как я соскучилась, — шепчет Светка, а я вопросительно выгибаю бровь.

— А ты чего шепотом, Свет? — тоже перехожу на него.

Сестра отклоняется и заглядывает в люльку, где лежит Никитка и играет с погремушкой. Сестра хмыкает.

— Думала, что наш малышик спит. Как вы? Что врачи говорят?

В голосе волнение и переживание за Никитку. Несмотря на то, что Светка не так часто может видеться с нами из-за болезни мамы, она все равно не забывает и не игнорирует. Вот и сейчас бросила все дела и приехала.

Идет к раковине и споласкивает руки. А я понимаю, что я дико скучала без нее и без общения со своей любимой сестренкой.

Вздыхаю. Вопрос о врачах вызывает во мне уныние и апатию. Хочется поскорее выяснить, что не так с моим ребенком, и сделать все, чтобы он больше не попадал в больницу.

— Ох, Свет, пока ничего не известно. Они только ещё обследуют его, и не могут дать никаких вразумительных ответов на вопросы, и не ставят никаких диагнозов. Я эти два дня только что на стену не лезу, а так готова уже.

Светка подходит к Никитке, и сынок переключается с игрушки на тетю. Улыбается беззубым ртом, а мне в сердце словно шипы втыкают. Такой он беспомощный. А я не могу ему никак помочь. Сейчас его здоровье в руках посторонних людей, но мне очень хочется верить, что скоро все останется позади.

— Пойдешь к тетушке? — Никитка протягивает ручки, и сестра с радостью подхватывает его на руки, аккуратно укладывая. — Моя ты сладкая булочка.

Чмокает его в носик, а сынуля недовольно морщится.

Светка шмыгает и смеется.

— ОЙ, ну смотрите на него. Как истинный мужик не любит сантиментов и ласк, да?

Сестра поднимает на меня слегка уставший и взволнованный взгляд.

- Я могу как-то вам помочь, Аль?

Качаю головой. На сестре и так слишком много всего, чтобы ещё и своими проблемами грузить.

— Мы справляемся. Тем более меня взяли на работу. Правда, пока что я на больничном.

Фыркаю. Хотя не исключено, что Ян уже передумал и пошлет меня куда подальше.

На кой черт ему сотрудник, который, не успев даже приступить к работе, уже ушел на длительный больничный.

Сестра вопросительно выгибает бровь.

— Неужели Багиров? — поигрывает бровями. — Рассказывай. Мне стало интересно, что это за персональный благодетель ваш.

Мои щеки вспыхивают от такого неприкрытого намека Светки. Машу на неё рукой.

— ОЙ, перестань. Багиров просто предложил поработать на него удаленно.

Светка хмыкает.

— Ну да, ну да. Просто так. Ни с чего.

Цокаю. Иду к тумбочке, в которой лежат вещи Никитки, и начинаю их перекладывать с места на место. Пытаюсь таким образом скрыть волнение.

— Я помню его визит к нам на дачу. Там уж точно не было равнодушия.

Округляю глаза и резко разворачиваюсь к сестре.

— Свет, ну что ты такое говоришь?

Она пожимает в ответ плечами и хитро улыбается.

— А я говорила, чтоб ты не торопилась с беременностью.

Тут же испуганно охает и переводит взгляд на сына. Он хмурится. Кажется, что сейчас разревется от обиды.

Светка хлопает глазами.

— Нет, малыш, мы очень рады, что ты у нас появился. И я рада за твою мамочку, что она тебя родила.

— Вот, вот, — с упреком бормочу.

Сестра краснеет, и на её лице появляется улыбка, которая показывает, что сестра понимает, что сказала лишнего.

— Тетя Света просто немного не выспалась и несет всякую чушь. Ты у нас самый любимый пупсик и самый желанный малыш, — гладит его по животику.

Сын оттаивает и уже не смотрит на Светку так строго, как несколько минут назад.

Сестра выдыхает:

— Так и что там Багиров? — снова переключается на интересующую её тему.

Вздыхаю.

— Да ничего такого, Свет. Я и сама не понимаю, почему он бросился нам на помощь.

Он практически постоянно возле меня, когда мне требуется поддержка и помощь.

Глаза сестры озорно сверкают.

— Так, может, все не просто так? — игриво выгибает бровь.

Качаю головой.

— Нет, Свет, я даже не загадываю насчет каких-то отношений. Просто принимаю помощь.

Сестра угукает:

— Это правильно. Нечего забегать наперед, но и изображать гордую гусыню тоже глупо.

— Гусыню? — округляю глаза, а сестра начинает веселиться.

— Видишь, как маму задело сравнение с гусыней.

Никитка кряхтит, и снова появляется эта его улыбка, которая может растопить любое сердце.

— Ты лучше расскажи, что там мама?

Светка тухнет. Как будто свеча, которую задул, ворвавшийся в окно ветер. И у меня внутри все застывает от страха.

— Она не ходит почти, Аль.

Столько обреченности в голосе Светки, что мне самой становится больно.

— Онкология никого не жалеет, - продолжает сестра.

Аккуратно укладывает Никитку в люльку и протягивает ему игрушку. Но сынок зевает и закрывает глаза. Сестра поднимает на меня удивленный взгляд.

— Он сейчас много спит. Сил практически нет, — шепотом говорю и киваю на стол.

Сестра усаживается в кресло и зажимает руки между коленок. Опускает голову, её спина сутулится.

Сердце неровно отстукивает, когда вижу эту её