Актерское мастерство для кино. Методы и техники Майкла Кейна - Майкл Кейн

Я всегда стараюсь установить хорошие взаимоотношения с исполнительницей главной роли. Вы никогда не должны эмоционально привязываться к ней. Это ослабляет вас и вследствие делает слабым фильм. Если вы хотите быть кинозвездой, вы должны быть сделаны из закаленной стали.

Я делаю выбор в пользу того или иного сценария, потому что роль мне подходит и отличается от предыдущей.

Я ищу испытание для своих актерских способностей. Но чем старше я становлюсь, тем сильнее меня интересуют обстоятельства, в которых будет сниматься фильм. Будет ли это картина, снятая на ограниченный бюджет, или мы будем сидеть в глинобитных хижинах Танзании? А может быть, окажемся в музее Георга V в Париже? Я никогда не рассматривал этот аспект кино. Однажды я провел 26 недель в филиппинских джунглях, которые, оглядываясь назад, могли бы быть и тропическим садом в Кью, насколько бы это ни меняло картину. В джунглях не видно неба и общего пейзажа. Все, что вы можете видеть, – джунгли. 26 недель мы жили в недостроенном публичном доме. Предполагалось, что комнаты должны использоваться не более чем в течение двадцати минут за сеанс, поэтому они были обставлены соответствующе. 26 недель в таких комнатах.

При этом ни в одной из них не было девушки. После такого опыта я снялся в фильме «Маг», даже не читая сценарий, потому что январская погода в Англии ужасна, и я имел возможность провести пару недель на юге Франции. Этот выбор был в чем-то ошибочным, но в условиях того климата я был в выигрыше. Я сразу же закрываю сценарий, если он начинается так: «Аляска: наш герой, спотыкаясь, пробирается через снежную бурю…».

Гораздо сложнее сниматься в плохом фильме, нежели в хорошем. Ужасный сценарий приводит к трудностям в игре. Хотя вы все еще можете получить «Оскар» за одну из легчайших работ в вашей актерской карьере, ставшую возможной благодаря гениальному сценарию. Пожалуй, должна быть награда за победу вопреки обстоятельствам.

Но ни в чем нельзя быть уверенным на все сто; вы всегда идете на риск. Судя по первому впечатлению, фильм «Игра на вылет» (довольно успешная картина), в котором главные роли исполняли Лоуренс Оливье и я, выглядел многообещающе; но это была картина с участием всего двух актеров, и такое решение никогда раньше не приносило денег, до тех пор, пока «Игра на вылет» не вышла на экраны.

Когда я анализирую себя как киноактера, то думаю, что частью моего подхода является то, что я не выгляжу как победитель. Поставьте рядом Шона Коннери или Чарльза Бронсона, и вы поймете, что они победители.

Но я выгляжу как неудачник и всегда играл в фильмах неудачников.

Большую часть своей жизни я провел как лузер, что добавляет интересное ответвление в мою биографию.

Очень важно понимать, какое впечатление вы производите. И не стоит пренебрегать происходящими изменениями или игнорировать их. Когда я был на пороге зрелости, мне прислали сценарий, который я сразу же отправил обратно, потому что роль была недостаточно крупной. Со мной связались и объяснили: «Мы не предполагали, что вы станете играть романтичного юношу; мы думали, что вам подойдет роль отца». В действительности, мне нравится становиться старше. Это гораздо легче дается актерам, чем актрисам. Роли зрелых персонажей лучше всего подходят актерам вроде меня. Я становлюсь старше, и роли взрослеют вместе со мной, как это было у Джорджа К. Скотта и Ли Марвина. Так что мой средний возраст оказывается самым лучшим периодом, потому что я получаю наиболее колоритные роли. Я рад, что перешел к следующему периоду.

Голливудское общество делится на Команду А, Команду Б, Команду В и Команду Весельчаков. В первую группу входят лишь несколько человек: Редфорд, Иствуд, Сталлоне и некоторые студийные специалисты. Я не принадлежу к ним. Эти люди не взаимодействуют с представителями Команд Б и В, так как не хотят, чтобы их просили о помощи с трудоустройством. Однако они общаются с Командой Весельчаков. Я состою в ней. Меня приглашают на ужины, потому что я умею развлекать, и моя жена обладает исключительной красотой, а я достаточно тактичен, чтобы не напрашиваться на работу. Но если бы я был в Команде Б, в которую мог попасть вместо Команды Весельчаков, то не получал бы приглашений.

Другие знаменитости могут стать полезными советчиками. Питер Финч сказал мне, что ему понадобилось тридцать лет, чтобы понять, что не следует слушать чье-то мнение за обедом. Я поддерживаю это утверждение.

Эдди Робинсон, который был моим близким другом, советовал мне покупать картины. Когда он скончался, его коллекция стоила миллионы. И Питер О’Тул говорил мне не исполнять маленькие роли, даже в кинокартинах, которые потенциально получат широкую известность, потому что это сделает из меня актера малых ролей. Он советовал играть центральных персонажей в любых фильмах, даже с плохими сценариями, если понадобится.

Я не склонен к соперничеству. Я не воспринимаю актерскую известность как некое соревнование. Монтгомери Клифт однажды сказал, что зависть другому актеру – это лучший комплимент, который вы могли бы ему сделать.

Клифт считал нормальным испытывать неприязнь к другому исполнителю, так как это все равно что сказать: «Жаль, что это сделал не я». Я не рекомендую актерам смотреть на вещи таким образом. Такое отношение приводит к саморазрушению. Если вы склонны к соперничеству и не всегда побеждаете, вы будете чувствовать горечь. На самом деле, я довольно тщеславен в отношении этого вопроса, так как считаю, что соревновательности не существует – я тот, кто я есть, и либо я нужен таким, либо не подхожу.

Но чувство безопасности не лишает меня благоговения перед некоторыми великими именами в киноиндустрии.

Когда я снимался в фильме «Рой»[47], мой персонаж должен был читать группе лекцию о выживании на ракетной базе неподалеку от Хьюстона, штат Техас. На середине речи я внезапно осознал, кто был моей аудиторией: Генри Фонда, Оливия де Хэвилленд, Фред Макмюррей, Ричард Уидмарк. Я застыл как вкопанный. Это были не актеры, а легенды. Я редко забываю реплики, но находиться в присутствии всех творцов истории кино – для меня это было слишком.

Если говорить о моем будущем в киноиндустрии, в конце концов я хотел бы стать режиссером, но не прямо сейчас. Режиссер начинает работу над картиной за три месяца до начала съемок и продолжает в течение четырех после их окончания. За время, отведенное на создание одного фильма,