Попаданка в ненужную герцогиню Лилового дракона - Юлий Люцифер

Она вернулась к инструменту. Я слушала, держа платок в ладони. Музыка мне по-прежнему нравилась.

Когда Лора закончила, мы оставили пьесу в программе.

До вечера было еще четыре дня. За это время предстояло получить последние ответы, согласовать ужин и проверить, всем ли хватит места. Большая часть забот уже не казалась неизвестной. Тина сама принесла список покупок и сказала, во сколько начнет готовить. Лора договорилась с певицей. Помощница, работавшая у нас в первый раз, согласилась прийти снова.

Я записала время, уточнила оплату и впервые закончила приготовления до обеда.

На следующий день я отправилась к портнихе.

Мне требовалось подогнать одно из платьев, привезенных из замка. Оно было красивым, из мягкой ткани глубокого вишневого цвета, но рукава сидели неудобно. Я все откладывала примерку, потому что находились дела важнее.

Портниха усадила меня у зеркала, поправила складку на плече и сказала, что здесь хватит небольшой переделки.

— К какому дню вам нужно?

— К музыкальному вечеру.

Она улыбнулась. Племянница, которая приходила с ней в первый раз, снова собиралась слушать певицу.

— Сделаем. А отделку оставим прежнюю?

Я посмотрела на себя. Узкая светлая вставка у горловины была аккуратной, но мне хотелось более простого выреза. Я показала, как именно, и портниха приколола край, чтобы я могла оценить.

Я выпрямилась, провела ладонью по ткани и улыбнулась отражению.

— Вот так.

— Вам удобно?

— Да. И нравится.

Мне хотелось надеть его, пройти по своей гостиной и чувствовать себя красивой.

Мы договорились о сроке. На обратном пути я купила тонкую ленту для волос.

Вечером я написала Дамиану. Сообщила, что места на наш второй прием почти разобраны, и спросила, собирается ли он приехать. О репетиции рассказала коротко: одна мелодия напомнила о прежней жизни, и день оказался труднее, чем я ожидала.

Ответ пришел утром. Дамиан подтвердил, что приедет, и прислал оплату за свое место. В конце написал: «Если захотите рассказать о тех людях, я буду слушать. Если нет, расскажите, какую пьесу вы выбрали. Мне хотелось бы узнать ее, когда зазвучит».

Я перечитала последние строки. Написала название и добавила, что это будет вторая пьеса перед романсами.

К назначенному вечеру у нас снова было двенадцать оплаченных мест. Несколько человек приходили повторно, другие узнали о нас от знакомых. Я отложила деньги на оплату работы Лоры, певицы, Тины и помощницы, проверила счета за покупки. Все расходы покрывались, и еще оставалось немного.

Марта разложила приборы, я проверила карточки и убрала список. Тина появилась в дверях кухни, спросила, на какое время мы рассчитываем закончить музыку, и вернулась к работе. На этот раз она начала готовить раньше: теперь знала, как держит жар наша печь.

Я почти пошла следом, чтобы еще раз что-нибудь уточнить, но остановилась. Вместо этого поднялась переодеваться.

Платье сидело хорошо. Я повернулась к зеркалу боком, затем снова прямо и заметила, что улыбаюсь. Марта закрепила волосы так, чтобы несколько прядей оставались свободными, и подала ленту.

— Эту?

— Да. Только не завязывайте слишком туго.

Она поправила узел и отошла. Я посмотрела на открытую шею, на ровный край выреза и вдруг представила, как Дамиан увидит меня у двери.

От этой мысли стало тепло.

Мне хотелось увидеть, что я ему нравлюсь, и на этот раз не спрятаться за предложением чая.

Внизу Лора уже раскладывала ноты. Подняла голову, когда я вошла, и одобрительно улыбнулась.

— Хорошо. А теперь постарайтесь до конца вечера ничего на себя не пролить.

Я рассмеялась и отодвинула от края столика кувшин, который как раз собиралась перенести. Лора поправила страницы и сказала, что после ужина сыграет короткий вальс, если гости захотят потанцевать. Мы заранее оставили середину гостиной свободной: для двух пар места вполне хватало.

Певица приехала чуть позже. Пока они с Лорой пробовали начало романса, я вышла на небольшую террасу со стороны сада. Марта поставила там два фонаря, чтобы желающие могли посидеть на воздухе после ужина. У перил стояли стулья, на столике лежала сложенная шаль.

Я проверила, легко ли открывается дверь, и вернулась встречать гостей.

Пожилой господин, который в первый раз рассказывал о путешествии, действительно привез сестру. Она оказалась маленькой, подвижной женщиной и сразу призналась, что хочет сравнить увиденное с его рассказом.

— Он так хвалил ваш пирог, что я заподозрила преувеличение.

— Сегодня у нас другой, — ответила я. — Значит, вам придется составить собственное мнение.

— Именно за этим я и приехала.

Ее брат улыбнулся и отступил, пропуская сестру в гостиную. Я приняла у следующей гостьи накидку, показала, где оставить зонтик, и поняла, что уже не повторяю в уме каждое приветствие. Люди приезжали в знакомый дом, а я действительно была рада их видеть.

Дамиан появился, когда почти все собрались. Я как раз разговаривала с Мартой возле двери и повернулась на его шаги.

Он остановился на пороге.

Я не сразу поняла, что он смотрит на меня, потому что сама успела заметить, как свободно он снял перчатки, как привычно расправил плечи. От осторожности, с которой он двигался после травмы, почти ничего не осталось.

Потом наши взгляды встретились.

— Вы очень красивы, Селеста, — сказал он негромко.

Я так ждала его взгляда, а теперь смутилась. Пришлось улыбнуться, чтобы не выдать себя слишком долгим молчанием.

— Спасибо. Мне самой нравится.

Дамиан улыбнулся. На пороге появился еще один гость, и я шагнула к нему навстречу.

Мы прошли в гостиную вместе. Дамиан поздоровался со знакомыми и сел на оставленный для него стул. В этот раз мое место было рядом. Я сама так расставила стулья.

Перед началом я коротко представила программу. Назвала певицу, поблагодарила тех, кто пришел повторно, и села. Лора дождалась, пока в комнате станет тихо, и начала играть.

Я слушала. Иногда смотрела на лица гостей, но уже не пыталась определить по каждому движению, достаточно ли им удобно.

Когда зазвучала вторая пьеса, Дамиан повернул ко мне голову. Я встретила его взгляд и едва заметно кивнула.

Та самая.

Мне снова вспомнилась подруга, ее улыбка, руки, обхватившие чашку, свет над столом. Я опустила глаза. Несколько дней назад в этом месте Лора оборвала игру; теперь я слушала дальше.

Дамиан протянул мне руку ладонью вверх. Я положила в нее свою, и он осторожно сжал мои пальцы.

Мы сидели так до конца пьесы. Никто не говорил ни слова. Когда зазвучали