Mass Effect: Аид - Найденов

– Но они не свободны. — Грустно покачал головой Синдзи.

– А что есть свобода? — Рявкнул вышедший из себя Пес. — Подыхать среди океана? Даже на Земле нет свободы. Ее нигде нет, тем более на Плавнике! — Он сплюнул в сторону громады, которая заполонила небольшую гавань. — Это тюрьма, которая превратила вас в сумасшедших психопатов! Обреченных на смерть изгоев!

Рядом встал Виктор, который до этого прошелся вдоль рядов пленников и нанес на них кресты. Он молча встал рядом, слушая их перепалку, пока наконец не вставил.

– Предлагаю заканчивать. Нас ждет Дарий. Пора убить его и перехватить власть в Гамме Аида. Ты уже решил их судьбу? — Виктор кивнул на ронинов.

– Почти. — Устало выдохнул Ясуо. — Нужно казнить их и больше не поднимать этот дурацкий вопрос.

В этот момент Пес поднял глаза, встретившись с глазами Виктора. Ясуо с интересом стал наблюдать, что будет происходить дальше.

– Ты хочешь убить Дария? — Зло оскалился Пес. — И что ты дашь региону взамен? Хаос? С его смертью весь регион утонет в крови!

– Знаю. — Виктор присел, став на одном уровне с Псом. — Я хочу убить его, а после убить всех работорговцев в регионе. И не только в нем.

– Слишком амбициозно... — Прошипел Пес. — Ты не знаешь, кто стоит за ним. Насколько много интересов завязано вокруг него. И он единственный, кто не дает этому сектору утонуть в крови.

– Знаю. Цербер, Альянс, батарианцы, пираты всех мастей. Очень удобная фигура. Даже слишком удобная. — Виктор кивнул, с интересом смотря в глаза остальных ронинов. — Но я тоже не один, как ты видишь. И меня не устраивает такой порядок вещей.

Пес замолк и обреченно опустил голову.

– Я бы хотел, чтобы у вас все получилось. Но я знаю, что ты идиот, который думает, что может все. Ты либо станешь очередным Дарием, только хуже. Либо не справишься и превратишь все в катастрофу. И это будет ужасно.

– Верно. — Виктор кивнул. — Я слишком глуп, чтобы смириться со всем, что происходит вокруг. Но я действую, пытаюсь, в отличие от тебя.

Пес поднял глаза и долго смотрел на Виктора, прежде чем произнести.

– Если у тебя все получится, то освободи мою семью. — Прошептал тот, кого раньше звали Кеншином.

Виктор не ответил сразу. Вместо этого он долго смотрел в глаза Пса.

– Только в одном случае. Если ты передашь мне все данные. Каждую мелкую деталь, даже самую незначительную. А если ты согласишься помочь нам, тогда я попрошу Ясуо сохранить твою жизнь до того момента, как твоя семья окажется на свободе. А после ты умрешь.

***

Морган сидел на краю воронки и цедил сигару. Воняло жжеными водорослями, тухлятиной и железом. Рядом устроились Святоша и Лип, которые пришли сюда раньше него. Точнее, приковыляли, хоть и с помощью Дилана, который стоял в центре воронки.

– Даже кусочка турели не осталось. — Проворчал Лип. — Только дырка.

– Он погиб в своем стиле. — Усмехнулся Морган, выдыхая дым. — Дырка после стриптиза...

Дилан в это время стоял на коленях, сложив руки лодочкой, а в руках его лежал протестантский крест. А Святоша с загипсованными ногами сидел рядом, и молился на свой католический крест. До Моргана доносились тихие молитвы мальчишки, и он вспомнил момент, когда он завалился к нему в дом вместе с Дурью. Какие-то несколько месяцев назад они жили на Мендуаре, а сегодня ведут настоящую войну. А рядом с ними воюют совсем еще мальчишки, лишенные дома и близких.

– Святоша. — Пророкотал Морган. — А твоя девушка? Как ее там?

– Не знаю. — Мальчишка поникшим взглядом смотрел на воронку, а после произнес. — Я тогда был не дома. Хотел добраться до дома, чтобы успеть забрать урну с прахом матери и спасти Сару. Но не судьба.

– Хуево... — Морган задумчивым взглядом уставился на вечно закатное солнце. — Лучше бы ей быть в земле.

– Ага. — Святоша пожал плечами, закурив сигарету. — Жалко Боба.

– Ага. Только не надо жалеть его. Не унижай ни себя, ни других жалостью. Она нахуй никому не нужна. Особенно тебе. — Морган сплюнул вязкую слюну.

– А что тогда делать? — Святоша и Лип обернулись, с интересом ожидая его ответа.

Даже Дилан закончил молится, присев рядом.

– Радуйся, что это не ты. — С ухмылкой ответил Морган. — Гордись. Уважай. Но не жалей. Эта хуйня обесценивает все, что только можно. Тебя, Боба, его смерть. И даже его жизнь. Воспринимай это как игру, в которой он победил. Типа, нихуя себе, смерть! — Морган взмахнул руками, показывая степень охуености поступка. — Федор и вовсе ебать какой крутой. Ебнуть крейсером о планету? Да это же пиздато! Главное, чтобы потом все узнали, какой ты охуенный.

Трио парней с задумчивыми лицами уставились на небо, каждый думая о своем. В руках у каждого лежал свой бог. Протестантский, католический и камера Липа. Наверное по степени реального влияния на жизнь, последняя выигравала с большим отрывом.

– У меня есть видео. — Кивнул Лип. — Там Федор пиздец какой охуенный. Жалко, что с Бобом нет такого. Только аудиопереговоры да прощание с Расистом и Диктатором.

– Да и так сойдет. — Улыбнулся Святоша. — Боб красавчик, и мы это знаем.

Они сидели так несколько минут. Морган поморщился, когда рука коснулась кожи лица. От падения на воду его лицо превратилось в сплошную синюю гематому. Он тогда потерял сознание, прежде чем его вытащили из воды ронины.

– Да, Боб молодец. — Раздался рядом голос, от которого все вздрогнули.

Виктор подобрался так тихо и незаметно, что Морган едва не начал стрелять. Святоша, Дилан и Лип замолкли, слегка опасливо втянув головы в плечи. Они до сих пор боялись Виктора, и, на взгляд Моргана, делали это зря.

Аид был прост. У него были чрезвычайно простые цели и очень простой, но железобетонный свод правил. И пускай средства и пути он выбирал самые нестандартные, но, зная его конечную цель, прогнозировать поведение лидера было чрезвычайно просто. А еще Аид был по-своему наивен, будто не из этого мира. Его странные идеалы, жесткая прагматичность и абсолютная вера в свои действия создавали ощущение, что он даже больший инопланетянин, чем кроган Борч, который после этого боя стал немного своим.

Морган