Mass Effect: Аид - Найденов

первый раз начинала этот разговор. И каждый раз он отмахивался. А потом она начинала снова, что уже порядком его утомило. И наверное, перед ней стоило объясниться до того, как он улетит воевать дальше.

– Саюри... — Слова давались неохотно, ведь он впервые озвучивал свои мотивы. — Я должен...

– Ничего и никому ты не должен! — Рявкнула она, дернув щекой. — Ты должен своим детям, а не этим странным людям, которые убивают проще, чем ходят в туалет!

– Не перебивай! — Прорычал он в ответ.

Саюри, шокированная его тоном, отпрянула. Ее желтые глаза расширились, и он увидел в них слезы обиды. Синдзи вздохнул, жалея о собственном срыве. Но нервы были на пределе. Он чуть не лишился половины команды, Диктатор был ранен, Морган улетел за борт вместе с Горой и Досиком. Из-за этого он чувствовал себя виноватым, ведь это именно он вел Валькирию в бой.

Но, вернувшись в реальность, он приобнял молчащую Саюри, в это время вытиравшую слезы длинными рукавами серого платья, носившего на себе следы прошлого рисунка. От этой картины захотелось закричать, но он просто закрыл глаза, ощущая легкое, как перышко, тело. Казалось, что она упадет от самого слабого ветерка.

– Пойми, Саюри... — Прошептал он. — Я воюю не просто так. Я чувствую, что делаю нужное дело. Впервые за годы с момента смерти Мияко. Впервые. И я не могу отказаться от этого. Не после всего, что я увидел. Не после этого.

– И что ты увидел? — Шмыгая носом, спросила Саюри, и этот вопрос заставил Синдзи сжать зубы.

– Я видел... рабские рынки Терминуса. — Прошептал он, и слова медленно вырывались из его глотки, каждый раз заставляя плечи девушки вздрагивать. — Я видел детей, заточенных в клетки, отчаявшихся настолько, что они не могли даже плакать. Я видел сломленных матерей и отцов, которые от отчаяния не могли даже разговаривать, а на их лицах висели клейма, как на скоте. Я видел, как их пичкают наркотой, чтобы они с радостью выполняли свои обязанности. Грязные, ужасные, страшные. Всех, начиная от самых взрослых, заканчивая самыми маленькими. — Его горло запершило, но он закончил то, что хотел сказать давно. — Видел Мияко, смотревшую на меня пустыми глазами, которые не узнавали меня.

– Так у тебя получилось? — Саюри не сразу поняла, что он сказал, а потому отстранилась, смотря на него шокированным взглядом, в котором блестели слезы.

– Получилось... — Прошептал Синдзи. — Прости, Саюри. Я смог спасти ее тело, но не душу. Она умерла у меня на руках, когда я пытался ей помочь. Она каким-то образом добралась до моего пистолета и застрелилась...

Между ними воцарилась тишина. Говорить больше не хотелось, будто он говорил целую вечность. Но закончить требовалось, ведь он не знал, когда еще у него получится поговорить и объясниться хотя бы с ней.

– И те, кого ты видишь, — это люди не герои. Мстители, которые хотят прекратить все это. — Прошептал Синдзи. — Как и я. Я хочу вырезать всю эту падаль. Уничтожить само упоминание о ней. И не дать им уйти безнаказанными. И спасти тех, кому грозит данная угроза. Спасти, чтобы больше ни один человек не познал подобных ужасов. Мои дети вырастут, и если ты им все расскажешь, я буду не против. Пусть знают, что я боролся до конца.

Саюри молчала, вытирая слезы, то и дело срываясь на тихие всхлипы.

– Ты такой идиот... — Прошептала она. — И друзья твои такие же...

– Это точно. — Улыбнулся Синдзи в ответ. — Они те еще идиоты. Ты даже не представляешь, насколько.

– И Гора-Фудзи-сан такой же? — Тихо спросила она.

– О да. Этот такой же. Иной раз, даже хуже. — Улыбнулся Синдзи и повел плачущую девушку в трюм челнока. — Сайонара, Саюри. Живи хорошо, ведь я воюю за тебя в том числе. Помни об этом.

Он поцеловал ее в лоб напоследок и отправился прочь.

– Сайонара, Синдзи... — Услышал он напоследок.

***

После давно назревшего диалога и прощания с родственницей Синдзи отправился к Перебежчику, наблюдая, как рядом садятся челноки, выпускающие из трюма десантников из России. Одетые в черные комплекты брони, они дисциплинированно строились в ровные коробки.

Виктор решил устроить парад? Он не замечал за ним подобных наклонностей. Он никогда не произносил речей, и не выступал перед слушателями. Максимум, планерки с разбором полетов. Или он все-таки умел выступать перед толпой? С Виктором ни в чем нельзя быть уверенным.

Войдя в трюм корабля, Синдзи увидел, как матерящийся Морган вытащил какую-то серую тряпку, на которую вместе с Липом, Досиком и Святошей наносили грубые мазки белой краской.

– Хуле ты так криво рисуешь, уебан? — Рявкнул на Липа чрезвычайно оживленный и суетливый Морган. — Видишь контур эскиза? Ебашь по нему!

Озадаченный Синдзи пошел на медпалубу, где в это время находился Диктатор. Бойцы носились по трюму корабля, в суете ругаясь друг на друга. Выжившие новобранцы с Калестона тоже оказались при деле, вместе с Борчем отправившись перетаскивать остов сбитого Кадьяка.

– Что, блять, происходит? — Тихо выругался Синдзи и, когда вошел в трюм, услышал, как Диктатор матерится на всю палату.

– Быстрее, ускоглазая хуйня! Видишь, я с одной рукой лучше тебя справляюсь! Кидай видосы на общую папку, потом прогоним через программу!

– Я не хуйня. Я программист. — Послышался флегматичный ответ.

– Это я программист, а ты хуйня с задатками нажимать кнопки.

Джаспер явно находился в рабочем процессе, но увидеть объект его ругани все равно оказалось сюрпризом. Тот самый китаец, которого они захватили на Калестоне вместе с Дай Лингом, сейчас вместе с Диктатором взламывал целую кучу омни-тулов.

– Что за херня происходит? — Протянул озадаченный Синдзи.

– А ты чат команды не читал? — Сосредоточенный Джаспер даже не поднял глаз. — Скоро будет подведение итогов. И Виктор хочет сделать объявление.

– Объявление? Виктор? Перед толпой? — Синдзи почесал голову, пытаясь осознать сказанное.

Виктор был кем угодно, но желания произносить речи он за ним не замечал. Он всегда говорил тихо, спокойно, без лозунгов, и Синдзи не мог вспомнить ни одного эпизода, когда тот громко кричал.

– Ага. — Продолжил Джаспер, ожесточенно набирая комбинации одной рукой, как и его китайский визави. — Я так понял, он собирается трахнуть пленников. Попросил собрать как можно больше компромата. Типа видео, фоток