Ревизор: возвращение в СССР 55 - Серж Винтеркей

Позвонил ему. Артем тут же поднял трубку.

– Павел Тарасович, очень хорошо, что так быстро отреагировали, – довольным голосом сказал он.

– Ну так я же заинтересован, – сказал я. – Просьба‑то моя по‑прежнему актуальная: нужен же комсорг в МГУ, правильно? Мы же по этому поводу с вами сейчас разговариваем, правильно понимаю?

– Ну как бы да, но не совсем, – неожиданно уклончиво ответил Артём. – У меня просто поручение от первого секретаря ЦК ВЛКСМ Тяжельникова. Он просил организовать ваш с Павлом Сатчаном визит к нему завтра в первой половине дня. С Сатчаном я уже созвонился, он предложил встретиться в десять утра. Вас десять утра устроит? Там просто ваша инициатива по поводу поисковых отрядов получила новое развитие…

Тут я сразу же вспомнил про свою недавнюю встречу с Раулем Кастро. Тему комсомольских отрядов мы с ним не поднимали вообще. Но тут же мне пришла в голову мысль, что, скорее всего, он её во время своего визита вполне мог в ЦК ВЛКСМ обсуждать с тем же самым Тяжельниковым, к примеру. Так что я сразу же и догадался, какое новое развитие могла получить эта тема. Сам же рекомендовал братьям Кастро кубинцев отправить в советские поисковые отряды… Вот так – как говорится, Остапа несло, а теперь надо расхлебывать последствия своей болтовни…

– Да, десять утра меня устраивает, – ответил я Кожемякину. – Ну а что касается должности комсорга МГУ?

– Павел, не переживайте, я обещал – значит сделаю, – сказал Артём. – Просто там же и переговорим после того, как с Тяжельниковым встретимся.

Положив трубку, я решил всё же Гусева набрать. А то нехорошо, когда к тебе с такими кадровыми просьбами обращаются, так долго тянуть с ответом. По крайней мере, теперь у меня уже есть, что ему можно сказать…

– Анатолий Степанович, – поздоровался я с ним. Повезло, что он сразу же трубку снял. – Решил вот позвонить и сообщить, что работаю над вашим вопросом по поводу того, кого можно первым секретарём ВЛКСМ в МГУ назначить. Завтра у меня визит к Тяжельникову назначен. Либо с ним, либо с кем‑то из Бюро ЦК ВЛКСМ этот вопрос будем поднимать.

– Да ладно, Паша, – удивлённо сказал Гусев. – Не знал я, что ты, чтобы человека помочь мне найти на эту должность, так высоко заберёшься! Ну что же, так даже лучше будет. Гораздо проще, если сразу же и добро от Тяжельникова будет получено на кандидата. Тем более о Евгении Михайловиче только самое хорошее говорят. Какого‑нибудь разгильдяя он к нам точно не одобрит, чтоб прислали.

«Фух, с этим разобрались», – подумал я, повесив трубку. Хотя Кожемякин, конечно, мог бы и не играть в такую таинственность в духе графа Монте‑Кристо. «Тоже мне, можно подумать, сокровище какое‑то забытое ищем, а не человека на должность комсорга подбираем…».

Ну да ладно, мало ли он просто по телефону не хочет фамилию по каким‑то своим причинам называть. Может хочет, чтобы этот человек был полностью только ему обязан, и опасается, что я его сам сейчас наберу и сообщу, что это я ищу человека на эту должность, а вовсе не Артём, что он просто промежуточное звено. Что же, вполне может быть, учитывая карьеристские ценности у руководящего состава комсомола, что именно так Артём и думает…

Набрал на всякий случай вечером ещё раз Сатчана – а то мало ли, Артём что‑нибудь перепутал. Всё же до конца я ему не доверяю.

К счастью, Сатчан был полностью в курсе, и действительно, встречу в десять утра именно он предложил. Поговорили с ним немного о том, что всё же наконец‑то дело начало продвигаться по поисковым отрядам. Я выразил надежду, что это как‑то поспособствует дальнейшей карьере Сатчана.

Он сказал, что было бы совсем неплохо, учитывая, сколько мы эту тему уже толкаем по разным каналам.

***

Москва, штаб ВВС

Генерал Балдин был чрезвычайно доволен результатами недавнего звонка от Павла Ивлева. Ну а чего бы ему расстраиваться? Казалось бы, и просьба к нему, вроде как, от Паши прозвучала, но он был бы счастлив такого рода просьбы как можно чаще получать. Потому что сделал он, конечно, звонок знакомому генералу, что курировал военную часть на Лосином острове как бы и с просьбой к нему снайперскую винтовку в часть пристроить. Но одновременно получилось так, что тот Балдина зауважал гораздо больше, чем до этого. Ну еще бы, он же между делом узнал, что хороший знакомый Балдина от Фиделя Кастро личную снайперскую винтовку в подарок получил, будучи гражданским человеком.

Естественно, расспрашивать начал, что это за человек такой. Вопрос-то непростой, все же это боевое оружие. И узнал, что парень этот в Кремле работает, что тоже очень выгодно для Балдина прозвучало. А слухи дальше, конечно же, учитывая, что события достаточно неординарные, о том, что у Балдина своя лапа в Кремле высокого уровня, и по другим генералам дальше пойдут.

Так что, глядишь, и пенсия попозже у него наступит. Никто не захочет связываться с человеком с такими связями. А то задумаешь его на пенсию отправить, а может выйти так, что человек, разузнав об этом, связи свои подключит и тебя самого на пенсию отправит, а сам останется действующим генералом. В армии, как и везде, важны хорошие связи. И необходимо ими умело пользоваться, чем Балдин с удовольствием и занимался. Он понимал, что раз такая специфика есть, то нужно ею владеть на уровне не худшем, чем воинское ремесло, которое, казалось бы, должно для генерала являться основным в его виде деятельности.

Ну и дополнительный приятный момент. Сегодня вызвал его к себе его начальник из штаба ВВС. Ему Балдин ничего о просьбе Ивлева по поводу снайперской винтовки не сообщал. Но слухи уже широко распространились. И вот уже и начальник об этом услышал от кого-то и этим вопросом заинтересовался. Да так, что предложил завтра вдвоем съездить на эту самую винтовку посмотреть.

Да, для него все сложилось просто великолепно! Паша с его просьбами – это что-то. Жалко, что мало у него таких знакомых, у которых просьбы гораздо выгоднее для него самого, чем для