Ревизор: возвращение в СССР 55 - Серж Винтеркей

***

Москва, МИД

Сопоткин пришел к Громыко и сообщил:

– Андрей Андреевич, тут такое дело… Мы, как и согласовали с вами, пометили в канцелярии наш интерес к любым поездкам Павла Ивлева за рубеж. Так вот, мне доложили, что поступила информация о поездке Павла Ивлева в Японию в феврале на неделю в рамках гастролей театра «Ромэн».

– Не понял, каких таких гастролей? – удивленно спросил Громыко.

– Андрей Андреевич, так Ивлев же автор пьесы, что идет сейчас в «Ромэне». И он как драматург туда и едет, собственно говоря. Именно его пьесу будут ставить в Японии на подмостках Токийского театра.

– Хотелось бы еще быть уверенным в том, что речь идет именно о пьесе.

– нахмурив брови, сказал Громыко, что-то прикидывая. – А вдруг на самом деле это такая же поездка со скрытыми целями, как и на Кубу? Там же тоже у него официальной целью был семейный отдых, а не вот это вот все, что он по указанию Кулакова там затеял. Так что, с одной стороны, поездка вроде и короткая, всего на неделю, а вдруг там Кулаков ему какую-то задачу дал, которую тот будет реализовывать в Японии, путая наши карты и влезая в нашу деятельность?

– Не исключено, Андрей Андреевич. – согласно кивнул помощник. – Тут, естественно, мы можем только предполагать, учитывая, как все запутано вокруг Ивлева и того, зачем вообще Кулаков все это затеял. Его мотивы нам до сих пор непонятны. Я лично уже и предположить не могу, что может нас ожидать, если Ивлев в эту Японию поедет…

– Хорошо, Павел Васильевич. – сказал Громыко. – Я, пожалуй, приму меры для того, чтобы Ивлев никуда не поехал…

С помощником они больше этот вопрос не обсуждали. Так что Сопоткин понял, что Громыко решил сам разбираться с этим вопросом.

***

Москва, Лубянка

Селектор щёлкнул на столе у председателя КГБ.

– Юрий Владимирович, – услышал он голос своего помощника – там вам звонок. Помощник Громыко просит согласовать ваш с ним разговор.

– Соединяй, – велел Андропов. Он и сам собирался уже созваниваться с Громыко, чтобы обсудить с ним кандидатуру Машерова на должность министра сельского хозяйства СССР.

И так, собственно говоря, с этим делом прилично затянул. То одно дело, то другое. Один только разбор карагандинского расследования, где сотни арестованных каждый день, занимает очень много времени. Надо же прекрасно понимать, кто именно всем этим делом заведовал из вышестоящих. Ну и осторожность определенную проявлять. А то, если это дело выйдет на слишком серьезных людей в Москве, сам потом не знаешь, откуда может прилететь.

Так что к звонку Громыко Андропов отнесся крайне положительно. Есть шансы, что получится сразу же и вопрос по поводу Машерова с ним согласовать назревший.

– Юрий Владимирович, – услышал он голос Громыко спустя секунд тридцать. – День добрый. Тут такой вопрос. Поступила к нам в Министерство иностранных дел информация по поводу согласования визита театра «Ромэн» в Японию. Я хотел по поводу этого некоторые нюансы уточнить дополнительно. Хотелось бы встретиться с вами и переговорить...

– Да, Андрей Андреевич, конечно. Устроит вас через два часа, если я к вам подъеду? Тем более что мне еще некоторый другой вопрос тоже хотелось бы с вами обсудить...

– Да, конечно. Буду ждать.

На этом разговор закончили. По телефону некоторые вопросы все же лучше не обсуждать... Но Андропов был не на шутку заинтригован тем, что Громыко что-то в будущей поездке «Ромэна» в Японию заинтересовало. Его-то интерес в ней какой? И уж тем более непонятно, что он может захотеть у него по ней уточнить…

***

Москва, квартира Ивлевых

В пять вечера раздался телефонный звонок. Оказалось, что это Захаров. Что-то часто он мне стал названивать по вечерам.

– Паша, слушай, надо с тобой встретиться и один вопрос обсудить, по которому ты мастак. Можем встретиться в полседьмого вечера около моего дома? Погуляем, подышим чистым воздухом, поговорим. Тебе удобно будет?

– Да, конечно же, буду там, – ответил я ему.

Положив трубку, подумал, что же, интересно, Захарову от меня нужно. Ну ладно, скоро это уже и выясним. В указанное время приехал к скверу около дома Захарова.

Погода была паршивейшая, около нуля, то лил дождь, то пытался идти снег, да все еще это с метелью... Находиться на улице было очень неприятно. Так что, когда Захаров появился пятью минутами позже, он тут же залез ко мне в машину, решив не связываться с прогулкой. Пожав руку, сказал мне, что удобно находить мою машину даже в такую паршивую погоду. Силуэт у нее резко отличается от всех остальных, можно даже на номера не смотреть. Иномарка, все же. Но дальше перешел к делу.

– Паша, Гришин скоро будет разговаривать с Машеровым, уже есть договоренность. Будет предлагать ему идти министром сельского хозяйства при его поддержке. Ну и, само собой, насколько у меня есть информация, то и в Комитете государственного контроля его тоже поддержат, если повезет. Но пока что это будет выглядеть сугубо как инициатива Гришина.

Гришин способен справиться с чем угодно и сам, но будет, я подумал, совершенно не лишним, если я ему предложу какие-нибудь дополнительные аргументы, которые смогут заинтересовать Машерова для того, чтобы уговорить его согласиться быть продвигаемым кандидатом на эту вакантную должность. Может быть, у тебя сразу же какие-то идеи по этому поводу появятся? Понимаю, конечно, что было бы лучше, если бы ты заранее об этом знал. Но дело такое, по телефону такие вопросы никто не обсуждает.

– Да, конечно, Виктор Павлович, полностью согласен с вами, нетелефонный это разговор. Ну, давайте подумаем. Удачно, что я как раз недавно интервью для «Труда» у Машерова брал… Я могу предполагать, что в данный момент Машеров вполне доволен своей должностью. Находится на родной земле, является там главным человеком. Нравится ему и то, что среди его подчиненных полно его бывших соратников по партизанскому движению. Он им доверяет.

Так что, с этой точки зрения, вполне может быть, что для него это работа мечты. И он вовсе не хотел бы