Ненужная жена генерала. Семейный штаб закрыт - Виолетта Весна

— Кто его присваивает? — спросил Зуев.

— Первый уполномоченный оператор. Дальше каждый добавляет свой статус, но не создает новую заявку.

— Вы хотите доступ к ведомственной системе?

— Нет. Можно передавать номер и минимальный набор данных через согласованный шлюз. Технический вариант надо проверить отдельно.

Представитель управления связи поддержал идею, но предупредил, что до реальных учений интеграцию не успеют сделать. Временным решением стал общий реестр номеров без персональных сведений и назначенный связной с каждой стороны.

— Два руководителя исполнения остаются, — сказала я. — Владислав Михайлович отвечает за свою службу, я — за ресурсы АНО. Общий номер не означает общую команду.

— Это очевидно, — ответил Зуев.

— Утром было неочевидно.

Он хотел возразить, но Владислав остановил спор.

— Внесите формулировку в протокол. Раздельное руководство и общий номер заявки.

После обеда сценарий усложнили. В одном пункте закончились места для людей с ограниченной подвижностью. Перевозчик сообщил о задержке. Двое условных волонтеров не подтвердили смену. Новая форма показала пользу: Тимофей не считал их доступными, и маршрут сразу передали резервной паре.

Но обнаружилась другая проблема. Вика получила подтверждение гостиницы по телефону, а письмо задержалось. Я запретила назначение до письма. Через семь минут стало ясно, что тестовая почта попала в фильтр.

— В реальной ситуации мы потеряем время из-за спама, — сказала Вика.

— Значит, нужен второй способ подтверждения, — ответил Сомов. — Запись разговора или код в общей форме.

— Не запись целого разговора, — возразила я. — Там могут быть лишние данные. Достаточно кода ответственного и времени.

Мы добавили временный порядок: гостиница диктует код по зарегистрированному номеру, письмо досылает после. Ирина Васильевна, присутствовавшая как наблюдатель, отметила риск подмены и потребовала список номеров заранее.

К четырем дня я чувствовала усталость не по часам, а по количеству решений, которые требовали проверки. Раньше я гордилась, что выдерживаю такой темп одна. Сегодня Тимофей отвечал за номера, Вика за вместимость, а я вмешивалась только там, где менялись обязательства организации.

Во второй части мы уложились в контрольное время. Не идеально: один автобус прибыл на семь минут позже, две семьи пришлось поселить в разных номерах, а резерв общежития сократился быстрее плана. Но каждая карточка получила подтвержденный результат.

На итоговом разборе Сапожников перечислил девять замечаний.

— Ключевое: единый канал не равен единому работодателю, — сказал он. — До двадцать девятого марта подготовить временный порядок обмена номерами и статусами. Карпов, Зуев, Карпова — каждый отвечает за свой раздел.

Владислав поднял руку.

— С учетом отвода по конкурсу я не должен утверждать раздел АНО или оценивать его достаточность. От управления назначу Зуева. Сам согласую только безопасность и ведомственную часть.

Сапожников нахмурился.

— Вы руководитель управления. От обязанностей вас никто не освобождал.

— Поэтому я отвечу за полномочия управления. Но не буду давать заключение, которое комиссия потом сочтет влиянием на заявку супруги.

— После развода конфликт интересов все равно останется, — негромко уточнил Сомов.

Фраза прозвучала без злости, но несколько человек посмотрели на нас. Я не стала опускать глаза или делать вид, что не услышала.

— Порядок АНО утвердит наше правление, — сказала я. — Комиссия получит его через общий пакет.

Сапожников согласился.

После завершения участники разошлись не сразу. Зуев подошел к нашему столу и попросил Тимофея прислать схему единого номера.

— Только без персональных полей, — напомнил Тимофей. — Это пока техническая карта.

— Я понял.

— Утром вы тоже говорили, что поняли, — заметила Вика.

Я посмотрела на нее.

— Что? — спросила она. — Он сам сказал, что понял.

Зуев неожиданно улыбнулся.

— Пришлите до понедельника. Я отвечу списком замечаний, и во вторник созвонимся.

Это был первый разговор, в котором он не объяснял нам место среди своих сотрудников.

В половине шестого мы вынесли ноутбуки и коробку с бумажными формами в коридор. Тимофей вызвал такси: у него не было машины, а в автобус с оборудованием он идти не хотел. Вика уехала с представителем гостиниц.

Я закрывала коробку, когда подошел Владислав.

— Можно пройти с тобой до парковки? — спросил он.

— Можно.

Мы шли по длинному коридору рядом, не касаясь друг друга. Сотрудники здоровались с ним и отходили к стене, хотя места хватало. Владислав отвечал каждому, не ускоряя шаг.

— Ты был не обязан признавать ошибку так подробно, — сказала я у лестницы.

— Был обязан на разборе.

— Можно было сказать, что сведения центра устарели.

— Команду дал я. Если бы Зуев отправил автобус без проверки, я назвал бы его фамилию.

— Раньше дома ты редко применял к себе служебные правила.

— Знаю.

— Ты часто стал это говорить.

— Потому что часто выясняется, что я знал меньше, чем думал.