Современные вопросы исламской мысли - Мухаммад Легенгаузен

собой совершенный образ жизни, и что сам Бог открыл в Священном Коране: «Сегодня Я придал совершенство вашей религии и завершил на вас Свою милость, и одобрил для вас как религию ислам» (5:3). Но означает ли это, что ислам содержит повеления для всех видов наук и искусств, например, как проводить исследования в механической инженерии, или экономике, или должен ли ислам ограничивать себя предписаниями о том, как совершать молитву, писать завещание и т. п., полагая, что эти правила соблюдения ритуалов достаточны для всей жизни целиком? Не только образованные мусульмане, но и представители широких исламских масс озабочены этими вопросами, поскольку рядовой мусульманин желает знать, каким образом подчиниться воле Аллаха во всех аспектах своей жизни.

Мы ожидаем от наших богословов, что они скажут, запрещает ли ислам контрацепцию, употребление наркотиков для восстановления организма, лотереи, а также ждем ответов на целый ряд других вопросов, относительно которых существуют разногласия. И мусульманские ученые отвечают на наши вопросы, формулируя положения, основанные на Коране и авторитетных преданиях, но возникают и более широкие вопросы относительно пределов исламской мысли: существует ли такая вещь, как исламская экономика? Что можно сказать об исламской социологии, астрофизике, микробиологии? В интеллектуальной истории мусульман существуют традиции исследования различных сфер, таких как математика, астрономия и философия, и зачастую эти традиции именуются исламской математикой, исламской астрономией и исламской философией соответственно. В связи с этим возникает вопрос, имеют ли эти традиции нормативное или предписывающее значение. Совершенно ясно, что будет ошибочным полагать, будто ислам содержит предписания, каким образом думать о звездах и планетах, и что эти предписания включены в исламскую астрономию, но обращаясь от астрономии в сторону философии, ситуация становится менее однозначной, поскольку исламская философия, по крайней мере отчасти, была создана как попытка предоставить удовлетворительный религиозный подход к проблемам философии. И даже в том, что касается исламской астрономии, ее исламский характер, вероятно, не исчерпывается тем, что мусульмане ее развивали, поскольку оно сформировало часть последовательной интеллектуальной перспективы, которая образовала одно целое с разными другими элементами исламской мысли и науки.

Подобные вышеупомянутым вопросы о пределах ислама и его связи с естественными и гуманитарными науками, и в особенности – с философией, составляют предмет исследования философии ислама. Философия ислама явно отличается от исламской философии, поскольку если последний термин употребляется по отношению к традиции, развитой мусульманскими мыслителями, такими как, Ибн Сина, Сухраварди и Мулла Садра, философия ислама является исследованием философских пределов и применения религии ислама. Философия ислама также отличается от ’илм аль-калам, состоящего из систематизации мусульманской доктрины и ее рациональной защиты. Философия ислама занимается не доктриной и ее защитой, но установлением философской структуры доктрины и ее пределов.

Может быть полезным сравнение философии ислама с философией физики и философией религии. Философия физики представляет собой дисциплину, исследующую фундаментальные для физики философские проблемы – проблемы, относящиеся к физическим теориям, но не решаемые непосредственно путем экспериментального опыта, проблемы, касающиеся природы времени, пространства и движения. Часто определенная физическая теория зиждится на некоторой особой философской точке зрения, и философия физики занимается выяснением этой точки зрения и дает ей философскую оценку. Обращаясь к исламу, мы обнаруживаем, что некоторые фундаментальные для него философские проблемы, например, проблемы существования Бога и Его атрибутов, рассматриваются также иудаизмом и христианством. Таким образом, эти проблемы должны быть отнесены к философии религии. Что остается философии ислама – так это вопросы вроде того, какого рода философская психология может лучше всего объяснить кораническое откровение, импликации доктрины вилайа для политической философии и, в более общем виде, какие взгляды согласуются с учением ислама, соответствуют ему, наиболее приемлемы для него и предполагаются им. Более того, поскольку исламское учение было интерпретировано и разъяснено различными способами теологами (мутакаллимин), философами (хукама’) и гностиками (’урафа’), все эти вопросы касательно философской структуры учения ислама могут быть повторены с использованием определений, предполагающих более частную интерпретацию. Так, например, некто может спросить, какая философская теория религиозного опыта наиболее подходит к соответствующим дискуссиям Ибн аль-’Араби, или какая разновидность эпистемологической теории наилучшим образом подходит к дискуссиям о сомнении и уверенности, обнаруживаемым в работах по основам исламской юриспруденции (усул аль-фикх). Философия ислама таким образом может рассматриваться как широкая сфера философского исследования, имеющая отношение к руководству, данному Аллахом человечеству через Свою религию: «Поистине, религия у Аллаха – ислам» (3:19).

Хорошим примером исследования, которое можно включить в философию ислама, может служить исследование взаимоотношений между исламом и эмпиризмом. Действительно ли ислам несовместим с эмпиризмом? Есть ли какая-то форма эмпиризма, которая востребована в исламе? Является ли ислам более совместимым с рационалистической, нежели с эмпирической философией? Исследование таких вопросов не только полезно для того, чтобы приступить к изучению философии ислама, но оно также заслуживает внимания по той причине, что эмпирическое направление в философии оказало такое влияние на новое и современное западное мышление, что верное понимание отношений между исламом и эмпиризмом является существенным для осмысления пределов ислама и его философских отношений с западными естественными и гуманитарными науками. Но перед тем, как приступить к такого рода исследованию, следует выяснить, что такое эмпиризм.

Аллах Великодушный, Породитель смерти, Защитник всего существующего, Вечно-Присутствующий.

Каллиграфия из Великой Мечети. Бурса, Турция. 1399 г.

По прошествии эпохи Возрождения, когда европейская мысль искала выхода из рамок структур и ограничений схоластики, начинают оформляться два главенствующих направления философской мысли: рационализм и эмпиризм. Как рационалисты, так и эмпирики активно пытались выработать альтернативу аристотелевской средневековой философии. Как рационалисты, так и эмпирики критиковали аристотелевское понимание умозаключения и науки. Рационалисты добивались этого путем сужения пределов рационального, ограничивая их его наиболее просчитываемыми аспектами и ограничивая самоочевидное самой субъективной непреложностью. Эмпирики, с другой стороны, были менее заинтересованы в разуме как таковом, подчеркивая роль чувственного опыта в получении знания. Лидеры рационализма в современной европейской философии все были родом с европейского континента: Франция, Нидерланды и Германия были родиной соответственно Декарта, Спинозы и Лейбница в период, охватывающий семнадцатое и восемнадцатое столетия. Наиболее известными эмпириками нового времени были британские философы восемнадцатого столетия: Локк, Беркли и Юм, хотя прецеденты проявления эмпирического мышления в Британии могут быть прослежены вплоть до Роджера Бэкона и Уильяма Оккама.

Среди более современных философов, эмпиризм продолжает оказывать сильное влияние – так, например Уильям Джеймс называл свою версию прагматизма «радикальным эмпиризмом», и Рудольф Карнап, оставив логический позитивизм, назвал свою философию «логическим эмпиризмом». Общее между различными формами эмпиризма – это ставимый ими акцент на важности опыта для человеческого знания и тенденция подвергать сомнению то, что