Детки в клетке - Евгения Витальевна Кретова

Лифанов выдохнул с раздражением, откашлялся. Но в свой кабинет пригласил.

– Что ты кипятишься? – Поинтересовался Осипов, устраиваясь напротив стола Лифанова, пока тот опускал жалюзи на стенах своего кабинета-аквариума.

– Я спокоен как никогда, – тот дернул канатик на последней шторе и зло выругался. Рухнул в свое кресло и сцепил руки на животе. – Ну, что ты хотел обсудить?

Андрей с настороженным интересом наблюдал за коллегой:

– Вижу, ты не слишком расстроен произошедшем…

– Пф-ф, не фантазируй, Андрей! Олег не был мне сватом или братом, почему я должен в обморок падать из-за его смерти, словно гимназистка… – Он положил руки на стол. – Наоборот, мне нужно сохранить холодную голову, чтобы максимально оперативно организовать работу отдела и вернуться к работе над проектами… И твоим в первую очередь, – он выразительно изогнул бровь, подался вперед. – Я не понимаю, ты обо мне пришел поговорить?

– О проекте. – Осипов отметил нервозность и агрессию Лифанова. Игорь и прежде не отличался покладистым характером, а сейчас вел себя, как… руководитель лаборатории и начальник отдела. – В каком состоянии техническая документация, доступ у тебя имеется?

– Имеется, – Лифанов не спускал с него глаз, говорил с вызовом.

Осипов решил, что в эту игру им пора поиграть вместе, тоже подался вперед и положил локти на стол, склонил голову к плечу:

– И когда ты готов подключиться к работе?

– Сразу, как только перепроверю расчеты… – в тон ему отозвался Лифанов. – Ведь теперь под разработкой будет стоять мое имя, я хочу быть уверенным, что на прежних стадиях не допущено никаких ошибок…

– Ты в своем уме? – Осипов повысил голос, едва сдерживая желание придушить коллегу. – Эти расчеты делал сам Сухов! Или ты считаешь, что сделаешь их качественней?!

Лифанов криво усмехнулся:

– Я не поставлю свою подпись под расчетами до тех пор, пока не проверю каждую цифру, каждую формулу.

Он говорил, четко разделяя слоги, будто чеканя их, с удовольствием наблюдая, как Осипов покрывается пунцовым румянцем.

– Мы сегодня должны были представить первый этап исполнения комиссии. У Олега было все готово и подписано…

– И что? Ты видишь в этом кабинете Олега? Я – нет.

Осипов встал.

– Я поставлю в известность Александра Альбертовича…

– А вот это дельная мысль, – Лифанов тоже поднялся. Спрятал руки в карманах халата. – Андрей, не надо меня демонизировать только. Я не был участником этого проекта, Олег максимально дистанцировал его от меня, и тебе это прекрасно известно. Но дальше его вести придется мне. А значит, я должен разобраться с тем этапом, который вы уже прошли. Да, это неизбежно затормозит работу… – Он пожал плечами. – Но иначе никак.

Он говорил разумные вещи, но все равно в груди Андрея Осипова не таяло раздражение. Это было уникальное качество Игоря Лифанова – настраивать против себя всех, с кем ему приходилось работать.

Осипов заставил себя кивнуть.

– Я доложу директору…

Уже коснувшись ручки двери, Осипов оглянулся:

– Игорь, скажи, Олегу кто-нибудь угрожал в последнее время?

Лифанов застыл.

– В каком смысле?

– В прямом. – Андрей снова вернулся к столу. – Я хочу знать, говорил ли он тебе о том, что ему угрожали?

– А ему угрожали?

Андрей молчал. Даже если Игорь что-то знал или замечал, он не скажет. Не из страха, а из опасения, что его привлекут в качестве свидетеля, начнут таскать в полицию или куда там таскают свидетелей по делу об убийстве. Сейчас Игорь больше всего хочет, чтобы подозрения вдовы Сухова оказались фантазией потрясенной горем женщины, и никакого покушения не было. Тогда место начальника отдела и руководителя проектов окажется в руках Игоря уже к концу текущего месяца.

Лифанову не выгодно расследование убийства…

Как Осипов это понял, он сам не знал. По внезапной собранности и сдержанности реакции? По взгляду и плотно сомкнутым губам, резко очертившимся скулам? По пальцам, упершимся в край стола до белизны? По сбившемуся дыханию.

Но это говорило об одном – Олегу Сухову, действительно, угрожали. И если об этом знает Игорь, самый неподходящий для подобных откровений человек, то угрозы происходили на рабочем месте, Лифанов был или их свидетелем… или источником.

Андрей прищурился: почему он исключает корысть кого-то из сотрудников НИИ? Того же Игоря Лифанова? В разгар работы, когда контракты подписаны и работы уже ведутся, искать нового начальника отдела, вводить его в курс дела и делать допуски – это то самое драгоценное время, которого всегда и так мало. Назначение зама в случае смерти Олега – практически стопроцентная вероятность. Но зачем, из-за чего? Не из-за зарплаты же?

Морской ёж, уже успевший поселиться под сердцем, пошевелился, впиваясь хрупкими иголками в плоть.

– Что ты так на меня смотришь? – холодно поинтересовался Лифанов.

Андрей отвел взгляд: что за мысли.

– Постарайся быстрее войти в курс дела. Боюсь, если тебе потребуется слишком много времени, Три-А передаст проект кому-то другому.

Глава 21

Лисица смотрел на ее запрос, мрачнея с каждой буквой все сильнее и сильнее.

– Чернова, ты с ума сошла?

– Отнюдь. Согласно оперативной информации, коллеги из ФСБ обладают важным для следствия сведениями…

Начальник поморщился, отбросив бумагу, будто та была пропитана ядом:

– Что ты выдумываешь, Чернова, какая такая оперативная информация?

– Признание полковника Скобцева, например. Он намекнул, ясное дело, пока негласно, что убитый Абрамченко состоял в сетевой игре «Ромашка» и был ее активным участником. Данные о владельцах группы скрыты, можно, конечно, инициировать запрос в администрацию «НаСвязи», но во-первых, мы обнаружим себя, и если админы «Ромашки» причастны к смерти Абрамченко, они успеют скрыться, во-вторых, мы тупо потеряем время. – Александра улыбнулась: – И потом, в чем проблема? Мы ведь с коллегами одно дело делаем. Будут у меня полезные для них сведения, я тоже поделюсь.

И она ослепительно улыбнулась.

Лисица долго смотрел на нее.

– Ладно, уговорила, – он поставил подпись на постановлении и вернул бумагу Александре. – Что делать думаешь?

– Как я уже сказала, по мнению Скобцева, Иван Абрамченко состоял в некоей группе сетевых игроков, нечто наподобие «Зарницы» – задания, выполнение на скорость. Но некоторые задания отдавали криминалом. ФСБ за организаторами сообщества наблюдают уже некоторое время, ясное дело, по своей линии…

Лисица нахмурился и тут же поморщился, будто ему подсунули прокисший борщ. Чернова понимала его боль – если ФСБ ведет группу, ее криминальный размах попахивает экстремизмом. Но Чернова безмятежно продолжала, старательно изображая собственную наивность:

– … Думаю, их наблюдения могут существенно помочь следствию, нужно выделить те задания, которые носят криминальный подтекст, выявить схему передачи заданий, цели… Заказчиков. В общем, надо разобраться с этой игрой.

Лисица отозвался:

– Это всего лишь домыслы…

– Не совсем, – Александра достала из папки «Дело» распечатки с видеокамер, добытых накануне Наумовым. – Вот на этих снимках отчетливо