Искусство Разрушения - Оливер Ло

Мин проигнорировал старика. Он прекрасно помнил тот артефакт, что они вытащили с Запретной Зоны. Девушка явно использовала его, вот только такой резкий подьем силы без необходимой закалки тела просто сжигал ее изнутри. Хотя менее опасной она от этого не становилась.

Стартовое оцепенение быстро спало, уступив место поднимающемуся из самых глубин грудной клетки сдавленному вибрирующему смеху, так что юноше пришлось спешно опустить голову и спрятать растянувшиеся в откровенно издевательской ухмылке губы под тенью широких соломенных полей.

Ирония Небес работала безупречно. Вместо ожидаемого упертого наставника или брызгающего слюной фанатичного старейшины судьба подкинула ему высокомерную ледяную фею.

«Ты сама командуешь этим погромом? — глаза Мина блеснули веселым азартом. — Какое восхитительное совпадение. Значит, договариваться будет в разы интереснее».

Практики Обители торопливо шарахались прочь от спускающейся по мосту Шань Яо. Она излучала могильный холод. Взгляд девушки обшаривал перепаханный стихиями двор в поисках сохранившихся узлов защитной формации, пока вымороженный воздух оседал хрустящей изморозью на камнях.

Воительница уверенно направлялась к единственному уцелевшему сектору барьера, усиленному недавним вмешательством начертателя. Шаг за шагом она приближалась к опирающемуся на посох сутулому ученому в сером халате.

Шань Яо замерла в трех шагах от цели. Пар срывался с ее губ. Чужое восприятие уверенно считывало перед собой исключительно больного дряхлого ремесленника с явным запахом туши и аптекарской гнили, потому что многослойная личина мастера Хао продолжала отрабатывать вложенные усилия безупречно. Она не узнала его.

Девушка высокомерно вздернула подбородок, лениво опуская сочащиеся морозным дымом пальцы на рукоять висящего у пояса меча.

— Твоя поделка удержала западный фланг, начертатель, — её голос звучал отстраненно, без малейшего намека на эмоции, словно она констатировала факт гибели надоедливого насекомого. — Плотные контуры. Редкая школа. Должно быть, ты местный мастер или какой-то нанятый Обителью бродяга.

Она сделала лишь полшага вперед. Камни у сапог Мина немедленно побелели от инея.

— Я уважаю чужой талант, начертатель, — холодно продолжила Шань Яо, глядя на него сверху вниз. — форпост Обители Серого Пика сегодня падет, это предначертано небесами. Но такие руки не должны гнить в земле. Опусти свою палку. Упади на колени и принеси клятву верности Павильону Тихих Вод прямо сейчас. Моё слово станет твоей защитой. Ты будешь рисовать для нас в теплых залах, и я сохраню тебе жизнь. Если же откажешься…

Острые ледяные шипы заклубились вокруг ее запястья с явным намерением изрешетить непокорного пленника.

— То разделишь участь тех глупцов, что валяются у центральных ворот. Решай. У тебя есть три вдоха.

Юноша выслушал ультиматум с плотно сжатыми на древке руками. Его плечи внезапно затряслись от рвущегося наружу глухого клокотания, которое очень быстро миновало стадию задушенных смешков и выплеснулось из-под соломенной шляпы в виде абсолютно наглого хохота.

Реакция пленника в пустом промороженном дворе выглядела дико. Висящие в воздухе шипы хищно дернулись, а глаза девушки недобро сузились.

— Ты находишь угрозу смерти забавной, книжник? — ледяным тоном осведомилась она.

Начертатель вскинул подбородок. В тени широких полей по-прежнему просматривались острые впалые скулы дряхлого мастера, однако живой темный взгляд смотрел на воительницу с такой пугающе знакомой издевательской насмешкой, что Шань Яо инстинктивно подалась назад.

— Простите мою несдержанность, Великая Госпожа, — просипел Мин дребезжащим, издевательски покорным тоном, слегка покашляв в кулак. — Просто вы так грозно рассуждаете о сохранении жизней. А я, грешным делом, засмотрелся на вашу боевую стойку.

Он небрежно перехватил посох и сделал короткий шаркающий шаг вперед. Острые шипы со звоном придвинулись к его горлу, но парень даже не моргнул.

— Видите ли, — тон книжника внезапно перестал быть робким, налившись тягучей, хозяйской насмешкой. — Я человек, плотно изучающий медицину. И от моего профессионального взгляда не укрылось, что при всей этой пугающей морозной ауре вы слегка недогружаете левую ногу. Буквально крохотная заминка при переносе веса. Глубокое проникающее ранение бедра, чуть выше колена? Чужеродная ци, яды, возможно…

Шань Яо остолбенела. Пальцы девушки на рукояти меча побелели от напряжения.

— Меридиан там восстановлен безупречно, это факт, — продолжал рассуждать Мин, деловито цокая языком и внаглую рассматривая фигуру воительницы. — Но гнать через свежий рубец столько агрессивного льда — сущая глупость. Ваш недавний и слишком резкий прорыв не дал рубцу полностью затянуться. Выглядит невероятно эффектно, не спорю. Однако последствия будут плачевными. Я бы мог предложить вам превосходную согревающую растирку для этого чудесного бедра, Госпожа. Только боюсь, мои руки не справятся с нужной силой нажима через одежду… а просить вас раздеться прямо здесь, на холодном камне, не позволяет моя врожденная скромность.

Если бы в этот момент в центр площади ударила молния, это вызвало бы куда меньше шока.

Густая алая краска мгновенно пробилась сквозь неестественную бледность Шань Яо, залив кожу от тугого воротника до самых ушей. Ледяной доспех угрожающе затрещал, попросту не справляясь с резким скачком температуры её собственного тела. Безупречная, холодная фея Павильона Тихих Вод вдруг поймала себя на том, что какой-то грязный ученый только что не просто безошибочно указал на её самую тщательно оберегаемую тайну, но еще и сальным тоном проехался по её анатомии!

И самое ужасное — откуда этот уличный мусор мог знать в таких мельчайших подробностях про отравленный шип, удар которого она получила⁈ Мозг девушки на секунду закоротило от дикой смеси паранойи, уязвленной девичьей гордости и жгучего стыда.

— Ты… грязный оборванец! — выдохнула Шань Яо, тяжело задышав.

Растерянность продлилась ровно один удар сердца. Вбитая годами тренировок спесь моментально смяла кратковременное смущение, и в глазах воительницы полыхнула абсолютно неконтролируемая жажда убийства. Она больше не собиралась вести светские переговоры или брать дерзкого начертателя в плен. Его нужно было убить самым жестоким способом!

Воздух вокруг Шань Яо взорвался снежным бураном. Клинок со звоном покинул ножны, и девушка бросилась вперед. Смертоносная ледяная волна хлынула на ухмыляющегося книжника, безжалостно сметая остатки каменных плит на своем пути.

Глава 10

Как остудить гнев ледяной феи

Ледяные шипы зависли у самой шеи. Они обещали пронзить сонную артерию за долю вдоха, заставляя кожу Мина покрываться мелкими мурашками от вполне осязаемого холода, пока взгляд Шань Яо неотрывно сверлил его лицо. Уязвленная девичья гордость, щедро подогретая давлением ци на пике Формирования Потока, сейчас жаждала только одного — стереть с лица земли дерзкого книжника, который