Заклейменная вдова. Ключница генерала-дракона - Лилия Тимолаева

— На современном плане этого нет, — сказал Гектор.

— Там стена толще. Я решила, что она укреплена из-за башни.

— Пойдём проверим.

— Сначала списки. Если кто-то уже вошёл в архив, караул у двери его не остановит. Нужно понять, кто отсутствует.

Они вернулись в штабную комнату.

Феликс собрал на столе ведомости комиссии, списки гарнизона, распределение работников и записи караульных. Три писаря переписывали имена, устраняя различия в написании.

— Все ворота закрыты, — доложил капитан. — У западного служебного выхода обнаружена свежая царапина на замке, но створка не открывалась. Печать генерала цела. В большом зале находились сто три человека, включая слуг и работников.

— Сколько могли приблизиться к госпоже Фелтон? — спросил Гектор.

— За время ужина — не меньше двадцати. Во время эвакуации рядом прошли все, кто выходил через западную дверь.

Беатрис села напротив Феликса.

— Разделим время на три части. Сначала внешний двор, когда ключи находились у комиссии. Затем подготовка ужина. Последняя часть — сам ужин и эвакуация.

— Связка всё время была прикреплена цепочкой, — напомнил капитан.

— Цепочка удерживала кольцо. Для снятия маленького ключа достаточно было приблизиться к правому боку и заслонить руку плащом или папкой.

Феликс разложил списки.

— Во внешнем дворе ключи держали госпожа Крофт, её первый секретарь, генерал и вы.

— Секретарь передавал связку ещё одному человеку, когда пытался найти печать, — сказала Беатрис. — Мужчине в сером плаще с короткой бородой.

— Имя?

— Ведомость комиссии, третий экипаж. Он вышел сразу после двух старших чиновников.

Писарь нашёл запись.

— Советник Тадер Кельм.

— Он ужинал у дальнего края главного стола, — добавил Феликс. — Во время падения люстры вышел через восточную дверь.

— Где сейчас? — спросил Гектор.

— В комнате на третьем этаже. У двери караул.

Имя записали в отдельную колонку, но Беатрис не считала это доказательством. Советник мог просто помочь с печатью. У десятков людей был такой же удобный момент позднее.

Они сравнивали списки несколько часов.

Выяснилось, что двое работников, проверявших люстру, после ужина находились в прачечной. Оба утверждали, что цепи были целы, хотя потолочную втулку они не снимали. Секретарь Одилии, сидевший у двери, выходил в кухонный коридор за несколько минут до подачи второго блюда. Он объяснил, что искал слугу. Трое солдат проходили через зал перед ужином, перенося дополнительную скамью. Один чиновник комиссии вообще не появился за столом и весь вечер работал в своей комнате под наблюдением двух писарей.

Числа сходились, но ясности не прибавлялось.

К полуночи штабная комната наполнилась запахом чернил, воска и остывшего чая. Писари устали, путали строки и переписывали одни имена дважды. Беатрис отправила двоих отдыхать, оставив самого опытного.

Гектор стоял у окна. Во дворе горели караульные огни, возле внутренних ворот двигались солдаты.

— Ни один человек не исчез, — сказал Феликс.

— Значит, ключ всё ещё в крепости, — ответила Беатрис.

— Или спрятан в экипаже.

— Вынести его за внешние ворота нельзя. Возможно, крепость сама остановила бы человека.

— Проверять это я не намерен, — сказал Гектор.

Феликс потёр переносицу.

— Начну обыск комнат комиссии.

— Нет, — остановила его Беатрис. — Одилия использует это против генерала. К тому же виновник мог спрятать ключ в чужих вещах.

— Тогда обыщем всех.

— Получим восемьдесят оскорблённых чиновников, сорок испуганных работников и ни одного честного ответа.

Гектор отошёл от окна.

— Ваше предложение?

— Проверить путь к архиву. Ключ украли ради двери, а не ради серебра. Человек должен был либо уже воспользоваться им, либо ждать удобного времени.

— Караул у архива ничего не заметил.

— У главной двери.

Гектор посмотрел на старый план, лежавший рядом с книгой ключников.

— Пустота за стеной.

— Возможно, это коридор.

Феликс поднялся.

— Я пойду с вами.

Из коридора вошёл дежурный и передал капитану записку.

Феликс прочитал её.

— Госпожа Крофт требует немедленного совещания. Угрожает вскрыть архив своей печатью утром независимо от нашего разрешения.

— Ответьте, что совещание состоится после рассвета, — сказал Гектор.

— Она уже отправила двух секретарей искать вас.

— Найдите им занятие подальше от архива.

Феликс усмехнулся.

— С удовольствием.

Он забрал бумаги и вышел. В штабной комнате остались Беатрис, Гектор и пожилой писарь, который продолжал сверять имена.

Гектор взял лампу.

— Архив.

Они покинули башню и направились через внутренний двор.

Ночь была ясной и морозной. Снег под стенами отражал свет окон. Ротвальд сохранял внешнее спокойствие, но за каждым окном кто-то бодрствовал. Комиссия не расходилась по комнатам, солдаты менялись у усиленных постов, работники перешёптывались в служебных коридорах.

Военный архив располагался на первом этаже северной башни. У двери стояли четверо солдат. Замок представлял собой серебряную пластину с изображением закрытого глаза.

Беатрис коснулась холодного металла.

— Это его дверь.

— Следов вскрытия нет, — сказал старший караульный. — С момента приказа никто не подходил.

— Что было раньше?

— До ужина здесь стоял обычный пост. Один человек у лестницы.

— Он видел дверь?

— Из-за поворота коридора — только частично.

Гектор отпустил солдат на несколько шагов и осмотрел стену рядом с архивом. Каменные блоки были крупнее, чем в остальной башне. Между дверью и углом оставалось около шести футов глухой стены.

По старому плану за ней находилась пустота.

— Коридор начинается не здесь, — сказала Беатрис. — Его вход ближе к большому залу.

— Почему?

— Военный архив строили для коменданта. Ему нужен был путь от совещаний к документам, чтобы не выходить в общий коридор. Если ход существует, он соединён с залом или кабинетом.

Они вернулись в главное крыло, но вместо парадной лестницы выбрали нижнюю галерею. На стенах здесь висели портреты прежних комендантов. Часть лиц потемнела от времени, под некоторыми рамами отсутствовали таблички.

У окна Гектор остановился.

— Вы спросили в экипаже, был ли Ульрих женат.

Беатрис не ожидала возвращения к разговору, начатому в первый день.

— Я помню.

— Он собирался жениться после северного похода.

Она посмотрела на него.

— Вы сказали, что он не был женат.

— Это правда. О помолвке знали только несколько человек. Семья девушки не хотела объявлять её до возвращения отряда.

— Что с ней стало?

— Через полгода она уехала к родственникам на запад. Я не пытался узнать больше.

Они продолжили идти.

— Ульрих был младше меня на