Атомщик 1939. Книга 2 - Антон Дмитриевич Емельянов

— Андрей Александрович, — в кабинет заглянул верный Капустин.

Один из тех людей, кто понимал, как именно яйца попадают в яичницу и не боялся ради Жданова запачкать руки, репутацию или сыграть не самую приятную для старика роль.

— Что такое?

— Я хочу напомнить, что нам через полчаса выезжать на комиссию по стройке ЛФТИ.

— Тот прототип? — Жданов поморщился. — Давайте скажем Антонову, что я даю ему еще пару дней. Он ведь будет рад? А у меня дела, ты же видишь.

— Если честно, не думаю, что он будет рад.

— Кому какое дело.

— Дело в том, что мы же не единственные, кто будет принимать его прототип.

— Что значит не единственные⁈ — Жданов почувствовал, что со съездом, кажется, очень многое упустил из виду.

— Будут люди с Кировского, Ленгорсовета, ЛФТИ. Еще НКВД Антоновым по-прежнему интересуется. И я взял на себя смелость пригласить корреспондента «Смены»: все-таки молодежный проект, пусть напишут…

Жданов посмотрел на Капустина как на идиота. Все-таки он хоть и верный, но какой же злопамятный старик. Обиделся за что-то на Антонова, с радостью согласился подыграть московским гостям и, что хуже всего, вместо того чтобы вовремя остановиться, чуть не пропустил приезд Молотова. Повезло, что, как верно заметил тогда студент, его, Жданова, тылы были прикрыты. Поэтому он не стал уж слишком глубоко копать в той ситуации.

Но Капустин снова не сумел удержать себя в руках. Газета — этих-то куда тащить? Впрочем, пожалуй, в чем-то так даже проще будет. Еще одна причина не спешить, перенести комиссию, и в следующий раз сделать все аккуратно без лишних глаз и ушей. Обычно Жданов, наоборот, предпочитал решать свои дела открыто, но с Антоновым было слишком много всего непонятного, и инстинкт подсказывал — не рисковать. Свои ленинградские его точно поймут.

— Это из наших, — как оказалось, Капустин еще не закончил. — Из Московских же у нас задержался товарищ Первак от Наркомздрава.

— И кому он тут нужен?

— Он оказался полезен. Именно он подсказал, что на комиссию решили приехать еще и Маленков с Берией.

— Лично? — все недавние планы Жданова можно было выбрасывать в мусорную корзину.

Эти двое! У него в Ленинграде! Без приглашения! Да на проекте Антонова! Слишком много дерьма за один раз.

— Лично.

— И ты начал с каких-то глупостей? — Жданов с яростью посмотрел на Капустина, внезапно задумавшись, а точно ли этот дед так безобиден, как он все это время считал. Вот и сейчас: взгляд отвел, плечи опустил, но все равно же ни капли не сожалеет о том, что натворил. С другой стороны, кажется, он еще вчера подходил с чем-то по поводу Антонова, и Жданов сам не стал его слушать. Проклятье!

— Не подумал. Виноват, — Капустин продолжил каяться.

— К черту, извинения.

— Так вы поедете?

— Конечно, поеду, — Жданов чуть не выругался вслух.

А что тут еще оставалось делать. Спокойный день слишком быстро и слишком неожиданно превратился в очередную битву. И пусть он встречает врага на своей территории, но готов ли он? Какие решения принимать в случае провала или успеха Антонова — отвлекся, не подготовился, а ведь инициативу в обоих случаях упускать будет никак нельзя

Глава 10

Андрей Александрович Жданов приехал на место вовремя и совершенно не узнал технологическую шахту, что еще недавно копали тут московские метростроевцы. Внешний периметр больше походил на штатную воинскую часть. Подросший забор, колючая проволока, вышка наблюдения и даже прожекторы, чтобы подсвечивать все это дело ночью. Проходная тоже подросла. Там хватило места, чтобы их встретили нарядно одетые работники, мимо которых тут же протолкался словно из воздуха появившийся Антонов.

— Ваши карточки на время нахождения на объекте. Это для порядка, — студент протянул 1-му секретарю Обкома картонку на ленточке, где красивым типографским шрифтом были выбиты его имя и должность.

Взгляд опытного Жданова сразу отметил, что у него карточка красная, у Капустина — серая, а у Антонова желтая.

— Цвета помогают ориентироваться, в чем человек разбирается, а в чем нет, — студент заметил его взгляд и тут же все пояснил. — Например, желтые карточки — это ученые, нас стоит слушать на тему физики. Про стройку можно спросить рабочих с зелеными карточками, служба охраны — черные, медики — белые с красным крестом.

— У вас своя охрана? — Жданов понял, что ему докладывали гораздо меньше, чем стоило бы.

— Важные для страны технологии, опасаемся шпионов, — Антонов ни капли не смутился того, что покусился на привилегию государства на обладание силой.

И ведь не глуп, а все равно рискнул. Жданов настолько погрузился в эту мысль, что чуть не пропустил приглашение в комнату для инструктажа. По мнению студента тут было слишком опасно, чтобы столь важные люди рисковали собой, не получив должной информации. Все-таки умел он вывернуть какие-то вещи чуть ли не наизнанку. Устанавливать правила для членов Политбюро и делать вид, что так оно и должно быть.

Впрочем, Жданов видел у входа новенький ЗИС-101, значит Берия с Маленковым уже тут и уже согласились на эту лекцию. Что ж, тогда и он не станет спорить. Первый секретарь прошел во внутренний двор, краем глазом отметив, что тот похож на аккуратный парк, а потом в помещении с гордой вывеской «Школа» встретил и остальных гостей. Свои — Попков, Иоффе, Зальцман — сидели отдельной группой. Чужаки — Берия, Маленков и примкнувшие к ним Первак и Гоглидзе — отдельно.

— Не долго пришлось меня ждать? — Жданов не смог не подчеркнуть этот момент. Мелочь, но именно из таких мелочей и складывается ощущение, кто в доме хозяин.

— Мы не скучали, — Берия поправил очки-пенсне, как будто специально, чтобы пронзить его быстрым холодным взглядом. Ну вылитая, змея.

— Да, гостеприимный хозяин любезно пригласил нас осмотреть музей объекта, — добавил Маленков, выравнивая счет. Мол, ты заставил нас ждать, но теперь что-то пропустишь.

— Что за музей? — Жданов бросил недовольный взгляд на Антонова, но тот словно его не заметил, предпочтя просто ответить на сам вопрос.

— Мы решили с самого начала для истории собирать все, что сломаем в процессе. Так что там несколько наших уникальных приборов и фотографии героев,