Бастард рода Неллеров. Книга 12 - Серг Усов

Как уже эта кольчуга под курткой надоела, жуть просто. Но наконец-то сегодня скину и, надеюсь, надену не скоро. По столице буду перемещаться в приличествующих одеждах, до Гринфора тут рукой подать, ездить стану по наезженной дороге, так что, обойдусь в дальнейшем без брони, особенно, в такую теплынь, что стоит в эти дни. Термометр, из тех, которые не уложил в поклажу, а держал у себя в фургоне на столике, показывал сегодня двадцать шесть градусов. Конечно, реально температура прохладней градусов на пять, просто под тентом воздух нагревается, а всё равно, ехать мне было жарко. Да, привык уже к тяжести металла на теле за время частых поездок и путешествий, но радости это мне не доставляет.

Остановились в «Лисьем углу», вполне приличном постоялом дворе, аж с тремя гостиничными зданиями, одной, но очень большой, конюшней и прочими хозяйственными постройками и площадками для повозок. Народу здесь полно. Многие дворянские семьи, да и просто люди с деньгами в эти смутные времена предпочитают временно покинуть свои имения, особенно, если те не имеют надёжной защиты, небольшие городки и поселения и переждать под защитой стен Рансбура. Хотя, как рассказал капитан Прачет, в столице сейчас чёрт-те что творится. Полный разгул беспредела, который устраивает и местный криминал или голодранцы, пытающиеся воспользоваться неурядицами в королевстве, и дворяне, поддерживающие различные политические и династические партии, и съехавшиеся в город большое количество наёмников, авантюристов или просто мутных личностей.

Я не сильно-то и удивился, что мест на виселицах перед воротами не хватило. Из бойниц стен торчат брёвна, на концах которых болтаются по одному-два-три трупа. Считать не стал, на пара сотен преступников нашли свой печальный конец только у северных ворот. А сколько казнено на площадях или перед другими воротами, можно лишь предполагать. Не в самые счастливые времена для Рансбура прибыл в него. Тем не менее, чувствую необычайный душевный подъём, и от окончания путешествия, и от скорой встрече с родными людьми, и от передающегося мне радостного настроения от моих спутников, а особенно спутниц — миледи Паттер, почтенных Юльки Ромм и Люсинды Гартон. Вот уж у кого мечтательные улыбки с лиц с самого утра не сходили.

В ворота постоялого двора въехали без особой помпы, афишировать мою личность не стали. Не пришлось, точнее. Вопрос с размещением решили тупо деньгами. Пользуясь обстановкой, местные отельеры так взвинтили цены на свои услуги, что и без того дорогие номера ажиотажного спроса не вызывали. Дворян среди приезжих, как одиночных, так и с семьями, хватало, только почти у всех из них кошели были совсем тощие. Торговцы, приехавшие в Рансбур по делам, имели где остановиться и без гостиниц за городскими стенами. Так что, всё нормально у нас с постоем. В дефиците были лишь общие комнаты на десять-двадцать человек, но я могу себе позволить поселить своих людей в номера по четыре-пять человек, что решавшие эти вопросы сержант Николай Торрел и отставной сержант, наставник моих будущих спецназовцев, и сделали, заодно определившись с постоем для лошадей и размещением повозок. Мне же сняли самый дорогой двухкомнатный номер, заплатив за ночь пять драхм. Для сравнения, в позапрошлом году я в «Золоте Кранца» с видами на дворец платил столько же, снимая целые апартаменты. Совсем у людей нет совести.

Милорд Карл, которому ради извлечения из фургона подарков для любовницы и сына, пришлось ждать, пока двое рабов Алисы, при погрузке в обители поставившие его сундук в самый низ под вещи хозяйки, закончат копаться и выставят наконец нужное из-под тента, распсиховался и отвесил по паре сильных тумаков. Чем возмутил лейтенанта-мага, которая по отношению к своим слугам особой добротой не отличалась, но считала, что колотить их никто посторонний не имеет права. Пришлось успокаивать друзей. Всё ж долгая дорога не очень благотворно влияет на нервы.

— Господин? — подскочил ко мне на входе трактирщик лично, намётанным взглядом быстро определив главного в компании, сегодня его обогатившей на семьдесят три драхмы.

— Милорд Степ, — кратко представил меня сержант Торрел. — Пусть господина проводят в его номер. Ник, Иван, — мотнул он головой моим штаб-сержантам, чтобы сопровождали. За жмутся друг к другу ещё и Елена с Ирэн, прихватив скромный набор вещей.

Я тут долго жить не собираюсь, поэтому всё остаётся в фургонах, даже письменные принадлежности распорядился Сергию не брать. Сегодня без всяких трудов, просто небольшой отдых. Через пару часов собираюсь отправить гонцов к своим родственникам, предупредить, что добрался, а дядюшку Курта, что утром въеду на его подворье. Насчёт размещения в городе моего отряда вопрос решит молодой папашка. Думаем, опять арендовать Михайловский замок. И расположен удобно, и оснащён всем необходимым, что требуется воинскому подразделению на лошадях и с обозом.

— Пройдёмте, господин, — пригласила девушка.

Ступени скрипят, полы вымыты отвратительно, номер с претензией на роскошь — атласные занавески, большая кровать в спальной комнате, рядом даже коврик, пусть и потёртый — но стены давно не белены, а единственный гобелен на стене у кровати, когда я из любопытства его приподнял, оказывается, служит завесой тайны для клопов. Нет, гадость я магией выведу, вопросов нет, но, блин, пять драхм за это драть, как по мне, явный перебор. Владелец просто оборзел. Может сообщить ему всё ж, кто я такой, считай третий по значимости служитель церкви в столице после его высокопреосвященства кардинала и его преосвященства епископа? Ладно, обойдусь. Зато окна выходят на въездные ворота и передний двор, станет скучно могу придвинуть сюда табурет и смотреть за жизнью приезжающих. Ого, а это у нас кто?

Через ворота въезжает десяток отлично вооружённых всадников в латных доспехах, сопровождающие человека в чёрном. Ну, почти в чёрном. Берет всё ж разноцветный, красный с синим и три белых пера. Интересно, кого это ощипали? И что за леди так мрачно вырядилась? Чёрт, ослеп я что ли? Это ж моя сестричка, Агния ненаглядная. Красавица, полковник. Нет, раз в чёрном, то, получается, для неё уже королевой выправлен генеральский патент.

— Так, девушки, давайте здесь всё раскладывайте, Сергию тоже помогите его вещи в прихожей комнате разложить, а я вниз, — спешу, замечая, что губы сами собой сложились в улыбку. — Ник, Иван, чего встали истуканами? За мной!

На постоялом дворе, и без того шумном, при появлении коменданта столицы поднялся и вовсе переполох, да такой, что я ещё на лестнице услышал вскрики и громкие голоса,