Две ведьмы - Вячеслав Михайлович Козырев

– Что ты его папа, – хрюкнул Кащей.

– Ничего больше не скажу, – насупился Санька. – Сами разбирайтесь.

– Ладно, ладно, – успокоил его Кащей. – Просто тебе снова очень повезло. Давай дальше?

– А что дальше. Пришёл Баюн, привёл Василису, они меня спасли.

– А куролиск? В яме остался?

– Почему? Мы его на Заколдованное болото, к Кикиморе отправили. Баюн говорит, что они подружились.

Кот кивнул.

– Странно, в ворону ни один приличный маг не превращается, разве только колдунья, – пробормотал Кащей, вскочил и попытался расхаживать по темнице. Но ткнулся о стену, сердито фыркнул и подошёл к Василисе.

– А ты что скажешь?

– Я вас не видела. Только ворону и Чёрную тучу.

– Маловато, – вздохнул Кащей и повернулся к Саньке. – Попробуем с другой стороны. Ты зачем меня искал?

– Домой хотел, – смутился Санька.

– Куда?! – подскочил Кащей. – Ты же решил здесь остаться. Я тебя к Бабе Море водил, разрешение получил, а теперь выходит, всё обратно переигрывать? – И сердито уставился на Василису. – Вы что, поругались?

– Да нет, – защищая невесту шагнул вперёд Санька. – Я хотел из нашего времени гостинцев принести: мороженого, конфет всяких.

Кащей предостерегающе вскинул брови и покосился на Василису.

– Да она уже знает, – махнул рукой Санька. – Я ей всё рассказал.

– Ну и денёк, одни сюрпризы, – изумлённо пробормотал Кащей. – Получается, когда ты захотел вернуться в свой мир, тебя посадили к куролиску. Странно. Когда, говоришь, это произошло?

– Утром.

– А меня днём.

– Но ведь кто-то представился вами, – не выдержал кот. – И лично мне почему-то кажется – этот «кто-то» не хотел, чтобы вы встретились.

– Скорее не хотел, чтобы он отправился домой, – ответил Кащей.

– Ерунда, – решительно проговорил Санька. – Кому я мог помешать. Жил себе спокойно и сюда попал чисто случайно.

– Не скажи, – возразил Кащей. – Я в ту пору отлучился в Тридесятое царство и проморгал этого писаря, а когда вернулся, Любаву уже сглазили. Она только успела мне шепнуть, чтобы я доченьку её, Василису, охранил. Вот я и присматривал, а когда понял что задумал Хряк, решил найти богатыря, который смог бы защитить царство Берендея и, главное, Василису. Сам-то я не могу в дела живых вмешиваться. Зеркало показало тебя. Между прочим, не так легко было тебя сюда доставить. Долго пришлось бабу Мору и Вия уговаривать, пока не согласились. Так ты здесь и оказался.

– Но вы же меня обратно отправили.

– Отправил, а ты вернулся.

– Так ведь Василису украли.

– А ты откуда узнал?

– Приснилось.

– Сны просто так не снятся, – усмехнулся Кащей. – Правда пришлось сделать вид, что я не при чём.

– Точно, – обрадовался Санька. – А я-то всё голову ломал, почему вы на меня рассердились. Баюн так и сказал, что вы за меня по шапке получили.

– Было дело. Но не бросать же Василису и царство на произвол судьбы. И потом, ты же решил насовсем остаться.

– Хорошо, – согласился Санька. – Тогда откуда эти злодеи узнали, что я вас ищу?

– Есть много способов.

– Послушайте, – не выдержала Василиса. – Давайте потом разберёмся, кто и что на вас наслал. По-моему, сейчас нужно думать, как отсюда выбраться.

– Золотые слова, – покачал головой Кащей. – Зрит в корень.

– Поесть бы, – неожиданно проговорил Санька и смутился.

– Сколько тебя знаю, ты всё время поесть хочешь, – вздохнул Баюн.

– На голодный желудок думать вредно, – ответил Санька с таким жалобным видом, что все рассмеялись.

– У меня есть немного, – сказала Василиса.

Она снова развязала котомку и стала выкладывать содержимое. Достала зеркальце, отложила его в сторону и вытащила хлеб.

– Погоди-ка, – встрепенулся Кащей. – Дай сюда.

Он взял зеркальце и принялся его рассматривать.

– Знакомая вещица. Баба Яга дала?

Василиса кивнула.

– Так, встаньте рядышком, да поплотнее, – приказал Кащей.

Санька взял на руки кота и встал рядом с Василисой. Кащей отнёс зеркальце к стене, прислонил, чтобы в нём отражалась вся компания и, присоединившись к остальным, приказал:

– Домой.

Раздался тихий звон, и они втянулись в зеркальце.

Баба Яга стояла возле большого котла, в котором пузырилось кипящее варево и, помешивая в котле большой поварёшкой, мурлыкала себе под нос:

– Эх помело-о. Пам, пара, пара, пам, пам.

Сегодня она варила свежепридуманный оздоровительный супчик. Горсть молчун-травы, горсть травы-немоты, немного липового цвета, а для приятного вкуса чуток таволги. Одна столовая ложка делала самую болтливую бабу полной молчальницей, и этим рецептом уже активно интересовались все мужики в округе. Бабка добавила ароматной смеси из одуванчиков, укропа, полыни и острого перца, зачерпнула немного бульону и понюхав, восторженно потянула носом. Запах нежный и слегка пряный. Супчик был уже практически готов, оставалось положить приворотной травки. Яга отложила поварёшку на стол, взяла с полки маленькую баночку с приправой и осторожно сняла крышку. Затем подошла к котлу, зацепила щепотку смеси, но только приготовилась высыпать в котёл, как раздался ужасающий грохот.

Три человека вместе с упитанным котом вывалились из висящего на стене зеркала и рухнули прямиком на лавку. Дремавший на лавке чёрный кот в последний момент успел извернуться, с диким воплем сиганул к двери и выскочил во двор. Лавке повезло меньше, она не выдержала такого грубого обращения и развалилась. На полу, среди деревянных обломков, образовалась небольшая куча мала из переплетённых тел, рук, ног и торчащим из них кошачьим хвостом.

Бабка от неожиданности выронила банку, и она, брызнув маленьким фонтаном, плюхнулась в котёл и утонула. Варево моментально окрасилось в ярко-красный цвет, вскипело и принялось плеваться кипящей жидкостью. Вверх поднялся столб пара и окутал избушку.

– Ах вы ж ироды! – взвизгнула Яга. – Я тут целый день, как заведённая, а вы… Да я вас…

И немудрено. Снадобье, которое она начала варить ещё с первыми петухами – безвозвратно испортилось. К тому же, пропала вся приворотная травка. Она росла только в одном месте на дальнем болоте и собирать её можно было только при Лунном свете в сухую погоду и всего лишь три дня во время цветения. Теперь придётся ждать целый год.

Такое наглое вторжение невозможно было оставить безнаказанным. Она схватила метлу, подскочила к гостям, собираясь задать им хорошую трёпку, но испуганно ойкнула, увидев поднимающегося с пола Кащея Бессмертного.

– Кащеюшка, гость дорогой, – елейным голоском проговорила она, спрятав метлу за спину. – Не ушиблись?

– Нет, – ответил Кащей.

– Ой, и молодые тут, – удивлённо захлопала глазами Яга. – И котейка.

– Они самые, – подтвердил Баюн и принялся вычёсывать застрявшие в шерсти щепки.

– Здравствуй бабушка, – вежливо сказали Санька с Василисой, отряхиваясь и потирая ушибленные бока.

А Баба Яга лихорадочно соображала. Если Саньку украл Кащей, то почему они вместе, да ещё с Василисой и котом в придачу? И почему они вывалились из зеркала, хотя Кащей и так умеет мгновенно перемещаться куда угодно? А может Василиса нашла Саньку, но Кащей их вместе с котом околдовал, узнал, что она помогала Василисе и теперь явился по её душу.

Но задавать такие вопросы опасно, и Яга, неожиданно для себя, ляпнула:

– Есть будешь?

Кащей покосился на ядовито-красное месиво и отрицательно покачал головой.

– Нет, спасибо. Я недавно… – и, не придумав ничего лучшего, добавил. – Напился… Чаю.

– Чай, это хорошо, – согласилась Яга и замолкла, настороженно глядя на гостей.

В таком деле, пусть они сначала сами выскажутся, тогда станет ясно, что к чему.

Однако и Кащей не торопился продолжать разговор. Он раздражённо дёрнул носом, пытаясь придумать, как объяснить это внезапное вторжение. Впервые он угодил в такое глупое положение и теперь не знал, как из него выпутаться.

– Мы к тебе за помощью, – выступила Василиса, стараясь разрядить неловкое молчание.

– За травкой лечебной, – ввернул кот.

– За ней, за самой, – обрадовался Кащей. – Шёл по лесу, по своим делам, глядь – эта парочка с котом. Говорят – тебя ищут. Вот я и подумал – дай составлю компанию. Как раз собирался к тебе в гости, а то давно не заглядывал.

– Да уж почитай лет пятьсот, – не удержалась и съязвила Яга.

– И я о том же, – согласился Кащей, довольный, что старая согласилась с этим бредовым объяснением. – Да уж больно далеко было до твоей избушки. Они устали.