Тайны пушкинских раритетов. Предметный мир поэта - Лариса Андреевна Черкашина

постигнем тайну и пушкинских пистолетов. Вернее, их дальнейшую судьбу.

Пистолеты из Амбуаза

Плачь, муза, плачь!..Александр Пушкин

Дуэльная пара

Зато история пистолетов, одним из коих был сделан Дантесом тот смертельный выстрел, хорошо известна. Она будто вобрала в себя имена и судьбы персонажей разных эпох: дипломатов, танцовщиков, политиков, поэтов, президентов – барона де Баранта, Лифаря, Лермонтова, Миттерана, Горбачева. И ещё потомка Пушкина – Георгия Воронцова-Вельяминова.

В том злосчастном году младший сын барона Эрнест де Барант по просьбе виконта д'Аршиака, секунданта Дантеса, одолжил своему приятелю дуэльные пистолеты, принадлежавшие отцу. (К слову, эти же пистолеты в начале 1840-го участвовали в дуэли между Михаилом Лермонтовым и Эрнестом де Барантом, по счастью, бескровной.)

Серж Лифарь на выставке в Париже с пистолетом, возможно унесшим жизнь Пушкина. Фотография. 1937 г.

Сын посланника ко времени своего поединка с Лермонтовым числился атташе французского посольства. Судьба младшего Баранта, «салонного Хлестакова», более ничем не примечательна, потомства он не оставил и скончался холостяком в сентябре 1859 года. Пистолеты меняли хозяев: вначале их владельцем стал старший сын барона Проспер де Барант, затем – муж сестры Эрнеста полковник Луи де Шательперон.

В достопамятном 1937-м дуэльная пара явилась экспонатом юбилейной пушкинской выставки в Париже, душой и создателем которой стал Серж Лифарь, горячий поклонник русского гения. Причём в каталоге выставки, что прошла в зале Плейель, значились и большие свинцовые пули, входившие в дуэльный комплект, а в особой коробочке, как уверял Сергей Михайлович, сохранился «тот самый порох».

Пистолетов пара,Две пули – больше ничего —Вдруг разрешат судьбу его.

Вот что увидел на парижской выставке пушкинист Модест Гофман: «Следующая (пятая) витрина посвящена дуэли Пушкина с Дантесом и вызывает невольную жуть и трепет. В ящике лежат пистолеты, бывшие на месте дуэли 27 января 1837 года: два пистолета, шомпол, молоток, пороховница с порохом, с тем самым порохом, большие свинцовые пули…» Потом следы пистолетов, что, свершив свой путь из немецкого Дрездена в русский Петербург и оказавшись в Париже, надолго затерялись…

У наследников полковника Шательперона их выкупил французский антиквар, затем они попали к коллекционеру Пьеру Полю. Последний и завещал своё собрание городу Амбуазу для создания в нём музея Почты.

Находка

Раритетные пистолеты хранились в частном музее в местечке Лимрэ, на берегу Луары близ Амбуаза, где и были обнаружены Георгием Воронцовым-Вельяминовым, праправнуком поэта, опубликовавшим на страницах «Огонька» статью о своей находке «Роковое оружие».

Правда, племянница Георгия Михайловича, парижанка Ольга Бодело, рассказывала мне, что это её отец, Владимир Воронцов-Вельяминов, путешествуя по маленьким французским городам, случайно наткнулся на памятные пистолеты, о чём и поведал брату, а её родному дядюшке. Георгий, заядлый пушкинист, не преминул тотчас отправиться по указанному братом адресу, и результатом той поездки явилась статья в популярном советском журнале.

Музейная табличка лаконично сообщала, что одним из этих пистолетов был смертельно ранен русский поэт Пушкин, автор… «Станционного смотрителя». Для Музея почты факт весьма значимый!

Вечная загадка: какой же из дуэльной пары работы дрезденского мастера Карла Ульбриха послал свой смертельный заряд?

Дуэльные пистолеты так и остались вместе, как два орешка под скорлупой, в своём дорогом футляре, соединив навечно имена поэта и его убийцы.

И эти пистолеты, наделённые недоброй славой, не затерялись, не исчезли в потоке времени, а обрели статус музейных экспонатов. Будто в назидание потомкам.

Во время визита Михаила Горбачёва во Францию в 1989 году президент Миттеран сделал широкий жест – передал своему коллеге исторические пистолеты, столь значимые в России. Так злосчастные пистолеты вновь оказались в Петербурге. В доме поэта на набережной Мойки, 12.

Дворец в Амбуазе. В этом французском городе, в Музее почты, хранится дуэльный гарнитур убийцы поэта Жоржа Дантеса

Ящик с пистолетами в стеклянном футляре был водружён в центре зала. И в тот же день, как вспоминал директор Всероссийского музея Пушкина Сергей Михайлович Некрасов, случилась беда: в зале, где были помещены экспонаты, внезапно обрушился потолок, да не одна – потом прорвало трубы…

А в самой Франции не кончались протесты: президент Миттеран не имел права передавать России раритеты, имеющие исторический статус! Сотрудники пушкинского музея с радостью расстались с печальными экспонатами. И «роковое оружие» дипломатической почтой вновь отправилось с берегов Невы во Францию, в Амбуаз.

Дрезден – Петербург – Амбуаз. Три города в истории скорбной реликвии. В действительности их было куда больше: Берлин, Париж, Веймар. И ещё Москва. Двум реликвиям – одной, унесшей жизнь русского гения, и второй, заключавшей в себе пусть призрачную, но всё же надежду на исцеление, шкатулке для медикаментов и хирургических инструментов, – той самой, что была некогда вместе с её владельцем лейб-медиком Николаем Арендтом в доме на Мойке, в кабинете умирающего поэта, – двум музейным экспонатам однажды довелось-таки встретиться. И случилось это в Москве, в годовщину смерти поэта, в стенах музея на Пречистенке, куда из Франции на выставку «Русский поединок» были доставлены дуэльные пистолеты.

Сабли и рапиры

– Ин изволь, и стань же в позитуру.Посмотришь, проколю как я твою фигуру!Эпиграф из комедии Княжнина к одной из глав «Капитанской дочки»

Учитель фехтования

Со времён лицея не чужды были Пушкину физические занятия, укреплявшие мышцы. Видимо, не раз повторяли наставники воспитанникам древнее изречение: «Mens sana in corpore sano», что в переводе с латыни значило – «В здоровом теле здоровый дух». В строгом лицейском распорядке достало место гимнастике, фехтованию, играм. Воспоминания о тех младенческих забавах не изгладились из памяти поэта.

С юных лет Пушкин в совершенстве владел искусством фехтования. Лицеистам, в их числе и будущему поэту, несказанно повезло – ведь их учителем фехтования был сам Александр Вальвиль, блестящий фехтовальщик и автор труда: «Рассуждение о искусстве владеть шпагою». Лицеист Пушкин те уроки усвоил прекрасно, «считаясь чуть ли не первым учеником известного фехтовального учителя Вальвиля». Уроки Александра Вальвиля обычно давались по средам и субботам, иногда, правда, заменяясь танцевальными.

Две жертвы одной дуэли. Старинная гравюра

Уж не славный ли учитель фехтования упомянут под именем месье Бопре в «Капитанской дочке»?! В главе «Поединок»: «Опустясь по крутой тропинке, мы остановились у самой реки и обнажили шпаги. Швабрин был искуснее меня, но я сильнее и смелее, и monsieur Бопре, бывший некогда солдатом, дал мне несколько уроков в фехтовании, которыми я и воспользовался. Швабрин не ожидал найти во мне столь опасного противника. Долго мы не могли сделать друг другу никакого вреда; наконец, приметя, что Швабрин ослабевает, я стал с живостию на него наступать и загнал его почти в самую реку».

Есть свидетельство умению поэта мастерски владеть рапирой, – аттестат, что был вручён в июле 1817-го выпускнику Царскосельского лицея Александру Пушкину: «В течение шестилетнего курса обучался в сем заведении и оказал успехи… в российской и французской словесности, а также в фехтовании превосходные…»

Турецкая сабля

Славное странствие по Кавказу в