Игорь Кущ и «Сектор Газа». Авторизованная биография - Ярослав Георгиевич Солонин

У него были все шансы стать бригадиром в «Секторе Газа» при условии, что позиции Хоя как мастера останутся непоколебимы. Кущ так-то не отрицает, что первенство мастера слова навсегда останется за Хоем.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Чтобы написать «Из колхозной молодёжи панковал один лишь я», это додуматься надо, это надо быть Хоем. Ну, кстати, ритм там был взят из репертуара группы «Альфа». Из «Гуляки», на стихи Есенина, сделали. Символично, что Хой и Есенин. Есть что-то общее у них. Да в Хое и от Гоголя мистицизм вот этот и народность. Русское наследственное. Он им обладал. Вот возьмёт балалайку – и на ней играет, возьмёт гармошку – и на ней играет, возьмёт баян – и на нём что-то играет. Ему дано природой. Он раз-раз-раз – и заиграл. И баян заиграл. Понимаешь, это дар божий, природный дар.

АЛЕКСЕЙ ЛИСЕНКО

Ну все отмечали то, что Юра всегда чётко знал, как оно там, что должно быть. На первых порах Кущ его поражал тем, что он новый такой пласт музыкальной культуры предложил, о чём Хой не знал, не слушал, не обращал внимания.

Глава 16

«Это “Сектор Газа”, понял, чувак?»

Уже в июне 1989 года группа «Сектор Газа» перешла на новый уровень: в её портфолио появилось сразу два альбома. С этим можно и нужно было что-то делать. Официально издать такую музыку во времена монополии «Мелодии» на тиражирование не представлялось возможным. К этому времени свои винилы на «Мелодии» выпустили «Аквариум», «Кино», «Ария», «Алиса» и другие признанные властью группы. Но, к примеру, альбомы Егора Летова на виниле стали выходить уже после развала СССР, и выпускали их уже коммерческие лейблы. Что уж говорить о «Секторе Газа». Да и качество магнитоальбомов «Колхозный панк» и «Плуги-вуги» было лоу-файным[9], хотя и сносным по тем временам для любительской группы. Альбомы официально никогда не издавались, а в то время тиражировались старым дедовским способом, как Высоцкий и «Гражданская оборона» – через перезаписи.

Собственно, это одни из последних альбомов эры подпольной звукозаписи. Рок-магнитоальбомы в СССР распространялись по большей части нелегально: на бобинах и на кассетах. Зачастую музыканты и их друзья сами тиражировали альбомы, сами оформляли – кто во что горазд, и дальше альбомы расходились по цепочке, сотая или двухсотая перезапись не предел. Так меломаны страны, если они вращались в нужных кругах, своевременно узнавали о новинках советского рока. Это был Интернет своего времени, только вместо оптоволоконных кабелей между городами (а зачастую и странами), вместо проводов – миллионы магнитофонов. Как отмечалось в книге Александра Кушнира «100 магнитоальбомов советского рока», «это была не пиратская перезапись по цепочке, а именно коммуникационная сеть, где первостепенную роль играли люди и их отношения».

Уже тогда стало понятно, что «Сектор Газа» – не что иное, как русский и советский рок. Не случайно «Плуги-вуги» и «Колхозный панк» не вошли в только что процитированную антологию Кушнира.

И кстати, о качестве. Дебютные магнитоальбомы советских рокеров максимально далеки от идеала, за исключением тех, кто сразу попал на студию Андрея Тропилло. Вячеслав Бутусов называл первые альбомы «Наутилуса» абсурдом с точки зрения архитектуры звука, «Притчи графа Диффузора», «Искушение Св. Аквариума», «С той стороны зеркального стекла», «Музыка общественных туалетов» группы «Аквариум» интересны в первую очередь с этнографической точки зрения. И на фоне этих творений дебют «Сектора» вполне съедобен. Я встречал людей, которые только эти работы и котируют, называя последующие «попсом». Но это уже уход в другую крайность. Важен сам факт: всё, что тогда получалось у ребят, приводило в изумление их самих. И не только их.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Через пару дней Дельцов смонтировал нашу долгожданную запись, за которую ему заплатили, по-моему, 250 рублей. Смонтировал, а Юрцу запись не отдаёт. Говорит: «Пусть будет у меня». То есть у него. Тогда Семён говорит: «Послушай, Юр, какого хуя наша запись, за которую мы заплатили, у Дельцова должна остаться? Пойди и забери. Хрен его знает, что он с ней сделает. Колы-то ему отдали»[10]. Юрец пошёл к Дельцову отдать запись. Тот в ответ: «А зачем она, Юра, тебе? У меня надёжнее будет». Юрец опешил поначалу. В общем, запись забрал. Я вот вспоминаю это сейчас, спустя 13 лет, и думаю, за дураков он нас всех держал, что ли? Короче, я Дельцова невзлюбил за это. Дальше началось самое интересное. Ко мне заехал в 12 часов Семён, мы поехали к нему домой на ВАИ, чёрт-те куда, за авиационным заводом. Поднялись на четвёртый этаж, позвонили, Юрка открыл дверь.

Затем, согласно автобиографии Куща, записанной в 2002 году, он и Семён зашли, познакомились с супругой Юрия Галиной и маленькой дочкой Ириной, ей в августе исполнялось три года. Комната Хоя представляла собой иконостас из рок-плакатов.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Группа «Алиса», Цой. Короче, все стены обклеены. Я где-то час всё это рассматривал. Потом Юрец включил «Гражданскую оборону». Скажу прямо: такого говна я ещё не слышал. «Вот круто», – сказал Юрец. Мы с Семёном переглянулись. Скоро я не выдержал и сказал: «Выключи или сделай потише. Чего тут крутого? От чего тут тащиться? Нет ни музыки, ни текста». Пусть на меня не обижаются те, кто любит «ГО». Ради бога, потому что моя точка зрения – и только. «Да нет, ты не понимаешь, пусть, – сказал Юрец. – Здесь настоящий панк-рок, и мы должны так же играть. Ты внимательней послушай, вот такой звук должен быть на гитаре». А звук был, я бы сказал, ядовито-мерзкий.

Потом Семён Тетиевский разрядил обстановку, сказав: «А как насчёт пивка попить?» На том и порешили, отправившись в местную разливуху. Пиво способствовало снятию разногласий и задушевному тону беседы. В два часа дня зашёл Олег Крюк и принёс ещё литров пять в канистре. Праздник продолжился. Захмелев, Хой озвучил свою сокровенную мечту – познакомиться с Егором Летовым.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Я сидел и думал: «Чего он так прётся от “ГО”?» Ведь то, что он придумал сам, его песни мне понравились сразу, а «ГО» – без комментариев. Потом Семён говорит: «Ставь нашу запись». И тут мы обалдели: «У нас всё звучит гораздо круче». А может, это от пива? Юрка долго слушал нашу запись, видимо, она его самого зацепила. В общем, мне переписали на аудиокассету, я поехал с ней домой.

Кущ приехал на Фабричку в восемь часов вечера. Во дворе за столиком сидели пацаны лет 13–16. Кущ подошёл к ним и спросил: «Ребята, у