Лидер - Роман Романович

К призме устремились сотни капелек крови, духовная сила, крупицы разных стихий, обычная энергия. Возможно, что было и что-то другое. Один из Волков попытался разрушить эту штуку, но Толиан его тут же осадил. Темнота собралась воедино, обернулась змеёй и вцепилась наглецу в шею.

Я смотрел на это и понимал, что ступил на по-настоящему тёмный путь. Отбирать чужое, чтобы самим становиться сильнее. Вот в чём заключалась суть Чёрной Орхидеи.

Почему-то я не сомневался, что Толиан может выпить всех Волков досуха. Оставить высушенные мумии на поляне. Вряд ли дело в его доброте, а значит… Неужели между фракцией и академией есть договорённость?

Когда Толиан закончил, я всерьёз засомневался, выживут ли Волки, если им не оказать серьёзную помощь. Уже никто не кричал. Это были истощённые тела, что валялись как попало. Вспомнив, что они пришли сюда меня убить, я подавил сострадание.

— Чёрная Орхидея имеет право забирать чужую силу, но не убивать? — спросил я Толиана.

— Ты всё правильно понял, глава, — расплылся он в довольной улыбке. — С тобой весело ходить на дело. Редко когда против нас выходит столько идиотов за раз. Как насчёт… — кивнул он в сторону фракции Войны.

— Пойдём, пообщаемся с ними, — ответил я.

А сам задумался, что двигало этими отморозками, в смысле, фракцией Войны. Одно желание подраться? Снискать славу? Или их послали, чтобы потрепать мне нервы? А ведь тот Старший Мастер, управляющий огнём, атаковал меня в момент ранения и драки с командиром Волков. Где тут благородство честной драки? Пришли толпой, напали, когда их было в два раза больше, легко били в спину.

Нет уж. Тут смердит чем-то большим, чем желание просто подраться и получить полезный опыт.

Но какой-то слишком сложный план получается. Фракция Войны нападёт первой. В то же время прибегают Волки. Дальше вмешиваются убийцы. Кто из них связан между собой? Выглядело так, будто три стороны были не прочь использовать друг друга, но действовали по отдельности. Их наняли одни и те же люди или разные?

Вспомнив о пленном Старшем Мастере, я свернул и направился сначала к нему. Парень так и сидел в камне. Кажется, потерял сознание. Я разрушил темницу, проверил пульс. Живой ещё, дышит. И да, Темница имела щели, чтобы пленник не помер раньше.

— Хватайте ублюдка, — сказал я своим, что ходили за мной следом. — И тащите к остальным.

Теперь я всё же направился к основному сборищу. Те уже успели оклематься. Почти все на ноги встали. Я призвал змея обратно. Тот пронёсся над землёй, обернулся вокруг руки. Открытые участки кожи обожгло жаром. Про себя удивился, насколько хорошую одежду подарил отец. Мне сегодня досталось, а вот она так и осталась целой. Вроде бы. Потом проверю.

Четверо Старших Мастеров вышли мне навстречу.

Я остановился, навёл на них посох.

— Заплатите силой или кристаллами?

— О чём ты? — спросил огневик с вызовом. — Нам не за что платить!

— Ты так думаешь? — смерил я взглядом его и обожжённую рану на груди после удара змея. — Вы помешали моей тренировке. Пришли сюда толпой и не искали честной битвы. Лично ты ударил мне в спину, когда я сражался с другими. И ты мне говоришь, что на вас нет долга?

Подумалось, что я сейчас как Ардеус. Как же легко ступить на кривую дорожку. Самое убийственное — я сейчас не ощущал, что неправ. Наоборот. Как мне и сказали ранее, спущу брошенный вызов — и количество подобных историй увеличится кратно.

Чтобы сократить количество насилия в будущем, от меня сейчас требовалась жестокость, готовность давить и выжимать до конца.

— Это была хорошая драка! — ответил парень. — На том и разойдёмся!

— Ты прав. Хорошая драка, — оскалился я. — Два отряда и группа убийц против нашей небольшой группы. Впрочем, мне надоело болтать. Вы сделали свой выбор.

— Остановись! — крикнул другой парень, который меня обстреливал быстрой техникой. — Ты сильно потратился, как и твои люди! Если продолжим сражаться, без смертей не обойдётся!

Я направился к нему, остановился почти вплотную.

— Минусы будут? — спросил я, чувствуя, как внутри ворочается гнев. — Мне проще убить вас здесь всех, чем тратить время на таких идиотов.

Парень сам нарвался. Дёрнулся, что-то захотел сделать. Я ударил ему ладонью в горло. Повезло ему, что силы бинху не осталось. Тренировки отца въелись в меня основательно и удар мог выйти смертельным. Парень оказался крепким. Попятился, схватился за горло, захрипел, но не умер.

Огневик на это сложил печати и нацелился на меня, но змея с моей руки сорвалась и вцепилась ему в палец, откусывая. Парень закричал от боли, растерял концентрацию, а я выбросил посох в сторону третьего мастера.

Атаковать не стал. Подвижек в мою сторону тоже не случилось, хотя на нервах противник приготовился ударить. Но не рискнул.

— Кто-то ещё дёрнуться хочет? — спросил я.

— Мой палец! — закричал огневик.

Змей зашипел на него, надвинулся угрожающе, и парень попятился, окутавшись многослойным щитом.

— За наглость — с вашей фракции к завтрашнему утру пятьдесят пилюль Формирования Слоя Духа хорошего качества, — сказал я, стараясь выбрать такую цену, которая будет обидна, неприятна, но которую проще заплатить, чем биться до конца. — Если утром её не будет, Чёрная Орхидея откроет на вашу фракцию охоту. Либо деньги, либо кровь. Решайте сами. А теперь… — махнул я рукой, — проваливайте.

— Если ты хочешь драки! — крикнул огневик. — То мы всегда рады!

Я направил змея, он врезался в его щиты, вгрызся в них, отрывая куски и поглощая. Парень на это дохнул пламенем, но лишь усилил змея. Не выдержав, этот любитель драк бросился бежать. Змей настиг его, ударил в спину. Парня швырнуло на землю. Змей вцепился в ногу, оторвал кусок мяса. Раздался вопль боли.

— Жалкое зрелище, — сказал я. — Столько шуму, а бросил раненых членов фракции.

— В их фракции несколько тысяч человек, — сказал Толиан, что стоял у меня за спиной.

— Меня это должно впечатлить? — удивился я.

— Если не заплатят, завтра начнётся весёлая и лёгкая охота, — усмехнулся он.

И наш противник на этих словах дрогнул, попятился, принялся оттягиваться в лес, уходить с поляны.

Ко мне же подошёл Дзендао, на этот раз оригинальный, насколько я мог судить.

— Это хорошо, что ты их прогнал, — сказал он, подходя.