Полковник Романов - Игорь Сергеевич Градов

спиной, заткнули кляпом рот — чтобы не смог позвать кого-нибудь на помощь. Потом кинжалом добили раненого рядового — перерезали ему горло, чтобы не мучился. Комарин ободряюще хлопнул Мишу Карпова по плечу: молодец, парень, сделал всё, как надо, быстро, ловко и бесшумно — как и должен действовать настоящий разведчик.

Теперь начинался следующий этап операции. Подтащили оглушенного, связанного японца к своим для допроса. Есаул Евдокименко сделал злобное лицо (а напугать он мог легко — огромный, страшный, с большущей черной бородой — настоящий лесной злодей!) и через переводчика Доржу спросил: «Жить хочешь?» При этом демонстративно достал огромный кинжал, приставил пленнику к голу. Шашки казаки с собой на операцию не брали — в крепости они совершенно бесполезны, а вот кинжалы прихватили практически все — отлично подойдут для ближнего боя, когда сойдемся в рукопашной,

Японец посмотрел на кинжал, на злое, страшное лицо есаула, нервно сглотнул и усиленно закивал: да, хочу, очень. Евдокименко задал следующий вопрос: «Кричать станешь?» И показал на рот пленника, заткнутый кляпом. Сержант отрицательно замотал головой. «Ладно, — сказал есаул, — давай побеседуем». Кляп вынули, но есаул на всякий случай чуть сильнее прижал кинжал к горлу пленника. На шее появилась алая капелька крови, потекла по смуглой от загара коже вниз…

Глава 24

Глава двадцать четвертая

Японец прокашлялся, отдышался и молча посмотрел на Евдокименко: с чего начнем? Есаул тянуть не стал, объяснил просто и доходчиво: «Нам нужно войти в крепость, и ты нам в этом поможешь. Когда подойдем к двери, скажешь пароль, чтобы нам открыли. Если сделаешь все так, как надо, останешься жить, но если попытаешься нам помешать — я лично тебя зарежу. Понял?» И еще немного надавил на кинжал.

Японец что-то ответил, Доржу перевел:

— Он просит, чтобы ему дали слово офицера.

Евдокименко согласился — справедливое требование. Всем было хорошо известно, что слово русского офицера нерушимо. И твердо пообещал, что оставит сержанта в живых (но в плену, само собой). Разумеется, только в том случае, если всё пройдет тихо и гладко. Иначе… И еще раз продемонстрировал свой страшный кинжал. Японец снова яростно, усердно закивал.

После короткого допроса выяснилось, что и как было устроено в крепости. В ней имелось пять уровней. Первый, самый нижний, — сторожевой, в нем — пулеметные точки против неприятельской пехоты и конницы. Второй — основной, там находится батарея из четырех короткоствольных 75-мм гаубиц, контролирующих все подступы и подходы к укреплению. Они держат под прицелом прилегающую местность и должны еще издалека обстреливать русские танки, особенно тяжелые «КВ», не давая им подойти близко. А заодно уничтожать любую другую русскую технику, артиллерию и живую силу.

Третий и четвертый уровни — непосредственная охрана горной дороги: бойница в бетонных стенах устроены так, чтобы бить по тем, кто все-таки сможет прорваться через нижние заслоны. Там стоят крупнокалиберные пулеметы и 37-мм противотанковые пушки для поражения бронетехники. С пистолетного выстрела по танкам и броневикам не промахнешься, а 37-мм снаряды вполне могут пробить защиту легких «Добрынь» и средних «Муромцев» (не говоря уже о «Ратниках»). Против тяжелых «Владимиров» они, конечно же, бессильны, но КВ по этой дороге сами не пройдут — слишком уж крутой подъем, не залезут. Да и по габаритам в горные повороты они не впишутся.

Пятый уровень, самый верхний — жилой, там расположены казармы для солдат, кухня, столовая, узел связи, баня, лазарет, небольшой кинозал и пр. Глубоко в скалах вырублены вместительные склады для продуктов и боеприпасов, хранилище для воды, жилые комнаты для господ офицеров (в том числе — для коменданта крепости), а также офицерская столовая (она же — штаб, где обычно проходят все совещания). Все уровни крепости связаны между собой многочисленными внутренними лестницами и длинными, узкими коридорами. В общем, это весьма по-умному спланированное и с большим старанием возведенное укрепление, способное выдержать длительную осаду. Все входы-выходы снаружи, как уже говорили, закрыты толстыми стальными дверьми, которые к тому же еще и прекрасно замаскированы.

Ситуация стала немного более понятной, и на небольшом совещании, проведенном прямо тут же, на камнях, составили план действий. Решили, что нужно разделиться на две группы. Первая, под командованием поручика Павла Елизарова (двенадцать разведчиков и двадцать казаков) постарается пробиться вниз, на второй, третий и четвертый уровень и уничтожить орудия (в первую очередь — гаубицы). Это их главная цель, от этого, собственно, будут зависеть все последующие действия отряда.

Следовало спуститься очень быстро, не вступая в долгую перестрелку, а затем заминировать и взорвать орудия. Как только сделают это — пустить в воздух красную ракету. Она станет сигналом для батальона, и бронетехника пойдет в атаку. Если без шума и пальбы пробиться все-таки не удастся (что, скорее всего, и произойдет, учитывая количество внутренних дежурных постов), тогда сигналом для общих действий батальона станут выстрелы в самой крепости — их точно услышат. И начнется штурм.

Японцам придется действовать на два фронта и отражать сразу две атаки: изнутри и снаружи, что позволит (очень надеемся!) быстро и с наименьшими потерями завершить операцию. При удаче гарнизон крепости уйдет сам, без долгого и упорного сопротивления — спасая свои жизни. Мешать мы им не станем, пусть бегут. Для нас важно, чтобы дорога на перевал оказалась свободной, а пленные японцы нам вообще не нужны — нет времени с ними возиться.

У второй группы (семнадцать казаков под руководством Евдокименко) задача будет совершенно особая: проникнуть в офицерскую часть крепости и взять в плен (или ликвидировать — как выйдет) командный состав. Это приведет к дезорганизации обороны и, следовательно, к быстрой капитуляции гарнизона. Нападение должно быть очень шумным и громким, чтобы японцы подумали, что здесь, наверху, сосредоточены основные силы диверсионной группы. И чтобы кинули сюда все свои резервы — устранить внезапную угрозу. Евдокименко и его ребятам придется взять на себя бо́льшую часть обороняющихся, связать их боем и тем самым облегчить успешное выполнение задачи для группы поручика Елизарова (его цели являются приоритетными).

Надо зажать японцев наверху и продержаться до тех пор, пока нашим не удастся уничтожить орудия. По сути, семнадцать человек во главе с самим есаулом должны прикрыть собой товарищей, выиграть для них время, чтобы они смогли взорвать орудия. И, если потребуется, задержать японцев даже ценою своих жизней. Этот бой может стать для многих последним, но все были готовы к этому.

Итак, цели были ясны, а задачи — определены. Приступили к выполнению плана операции. Привели в порядок форму