Простушка для мажора - Рина Фиори

– Ром, платье помнёшь, – упираюсь ладошками в его широкую грудь, отодвигаюсь и расправляю складки простенького, но милого однотонного синего платья.

– Надо бы тебе гардероб обновить, – хмыкает, разглядывая меня внимательно.

– Тебе не нравится? – уголки моих губ опускаются вниз против воли.

– Нет-нет, – парень нежно обхватывает моё лицо ладонями и ловит взгляд. – Мне всё в тебе нравится, просто хочу увидеть тебя в чём-то более современном, что ли…

И снова поцелуй. Мне кажется, что в последний пару часов мы целовались раз сто, не меньше. Градский какой-то ненасытный в этом плане, и я понимаю, что парню, возможно, нужно нечто большее, чем простые поцелуи, вот только у меня для него не очень хорошие новости. Вряд ли я так быстро смогу дать ему это нечто большее, не готова пока открыться полностью.

– Может, поедем уже? – спрашиваю робко, чуть отодвинувшись от парня.

Его горячее участившееся дыхание немного пугает меня.

– Эх, Цветочек, я бы с удовольствием отказался от этой поездки, – мне кажется, или парень плотоядно облизнулся только что?

– Но родители ждут, так? – произношу строго и делаю ещё один шаг назад.

– Поехали, – усмехается Ромка, заметив мой испуганный взгляд.

Он меня за ребёнка держит, что ли, не поняла?

Впрочем, устраивать допрос не вижу смысла, неизвестно, к чему это приведёт.

Мы выходим из квартиры и садимся в машину. По пути заезжаем в кондитерскую за тортом, всё время мило разговариваем ни о чём. Я стараюсь даже не думать о том, что могу нервничать из-за предстоящей встречи.

Родители Градского живут в частном доме. Огромном настолько, что мне становится не по себе, когда Рома берёт меня за руку и проводит внутрь.

Хочу, чтобы всё время держал меня так крепко, потому что теперь мне, наконец, становится страшно.

– Есь, прости, – выпускает мою ладонь из крепкого захвата, – телефон.

Парень, подмигнув, оставляет меня в прихожей шикарного особняка своих родителей, а я стою и мысленно молюсь о том, чтобы никто не вышел нас встречать до того момента, пока парень вернётся.

Не представляю, что буду делать и говорить один на один с родителями Ромы, боюсь жутко, хотя умом и понимаю, что ничего страшного произойти не должно.

– Да, Свят, – доносятся до меня обрывки разговора Градского, – Тоха доложил? Ну-ну, – звуки стихают после громкого хлопка дверью.

Догадываюсь, что Роме позвонил один из его друзей, и наверное, теперь у Градского будут проблемы из-за меня. Ведь парень нарушил условия этого дурацкого спора.

– Деточка, – мелодичный, женский голос отвлекает меня от грустных мыслей. – Есения, верно?

Киваю в ответ и вежливо здороваюсь, рассматривая шикарную женщину напротив с невероятно пронзительным, но уже знакомым мне взглядом тёмных глаз. Точь-в-точь, как у Ромки.

– Проходи-проходи, – она приглашает меня внутрь, но стоит мне сделать только шаг, как мать Градского неожиданно раскидывает руки в стороны и мягко обнимает меня, как родную.

Что-то странное происходит у меня внутри от такого тёплого приёма совершенно незнакомых людей. Мы проходим в гостиную и там встречаемся с отцом Ромки.

– Какая красивая, – одобрительно кивает мужчина.

В волосах – лёгкая проседь, видно, что он старше своей жены на порядок.

Смущаюсь окончательно, а Ромы всё нет и нет.

– Где же наш оболтус? – спрашивает Градский старший.

– Ему позвонили, по телефону… – лепечу, растерянно указывая взмахом руки в сторону входной двери.

Голова кругом от происходящего, надо бы собраться с мыслями, но как же непросто это сделать

«Будь собой» – подсказывает мне внутренний голос совершенно неожиданно.

Голосом моей мамы…

Набираю в грудь побольше воздуха и выдыхаю, почувствовав некоторое облегчение. Кажется, что теперь я не одна, я будто ощущаю невидимую поддержку рядом, и от этого становится всё гораздо проще.

Спустя пару минут Рома возвращается в дом, ещё раз представляет нас с родителями друг другу, хотя мы уже и сами познакомились.

Вечер пролетает незаметно, а я чувствую себя спокойно и уверенно, будто не у богатых людей в доме нахожусь. Всё так просто, без лишних сложностей, косых взглядов.

Идеально…

– У тебя, наверное, проблемы из-за меня? – спрашиваю у Ромы, стоит его родителям оставить нас ненадолго. – Спор ты теперь проиграл, да?

– Забей, – бросает уверенно, – глупости это всё.

– Но как? – поворачиваюсь вполоборота и удивлённо смотрю на парня. – Ты же теперь должен что-то сделать или отдать, разве нет? И всё из-за меня… – произношу с грустью, понурив голову.

– Ты не слышишь меня? – повторяет Градский строже. – Я же сказал: фигня это всё, понимаешь? Ты серьёзно думаешь, что из-за какого-то спора я брошу тебя здесь и вернусь обратно в деревню? Ты меня плохо знаешь, – произносит с некоторой обидой в голосе.

– Просто я… волнуюсь за тебя, – говорю прежде, чем успеваю подумать.

Рома не сразу реагирует, и я даже успеваю понадеяться, что он пропустил мою реплику мимо ушей.

– Волнуешься? – на симпатичном лице появляется хитрая ухмылка. – Обо мне? – вижу, что его загребущие лапы опять подбираются ко мне поближе, а мне и отступать некуда, потому что я сижу в самом углу.

Спасибо родителям Ромы, они вовремя возвращаются в комнату.

– Ну что, молодёжь, вы, я так понимаю, порадовать нас пришли? Свадьбу уже запланировали? – в лоб спрашивает Градский старший.

Ромка закашливается, а я превращаюсь в каменную неподвижную статую. Не могу понять, что чувствую сейчас и после затянувшейся паузы почему-то первая начинаю говорить.

– Мы не планировали ничего такого, мы просто общаемся… – виновато смотрю на мать Ромы.

Такая приятная женщина, жаль её огорчать.

– Ну, вот… – тянет разочарованно хозяин дома, – а мы уже понадеялись, что пристроим нашего оболтуса в надёжные руки, – мужчина лукаво подмигивает мне, и я только сейчас понимаю, что это всё было не всерьёз.

– Они шутят, да? – пихаю Ромку в бок.

– Не факт, – цедит парень так, чтобы слышала только я.

К концу вечера мы тепло прощаемся и уезжаем, но всю дорогу я не могу перестать думать над словами Ромкиного отца. Понимаю, что мужчина просто хотел немного повеселиться, однако мне стало не по себе от такой шутки.

– Глупость какая! – фыркаю себе под нос, пытаясь успокоить разбушевавшееся воображение.

– Может и не глупость, – вторит мне Градский, будто читая мысли.

– Ты серьёзно? Тебе двадцать два, мне девятнадцать…

– Ты думаешь, мне слабо? – Ромка реагирует на мои слова странно.

Вместо того, чтобы сказать, что о женитьбе не будет думать ещё ближайшие лет десять, парень поворачивает разговор в совершенно неправильную сторону.

– Спорим? – протягивает мне руку, когда мы въезжаем на территорию его дома.

Даже в темноте я вижу, как глаза парня поблескивают от азарта.

– Нет! – выпаливаю испуганно. – Ты в