Один на рассвете - Ден Шиллинг

спасательной операции в иранской «Пустыне-1» десятилетиями ранее), и второй — в составе 6-й команды «морских котиков». У него было запланировано еще две операции с другими подразделениями, когда один из офицеров оперативного отдела 24-й эскадрильи сообщил ему: «Возвращайся домой, и свяжись со снайперами “красного” отряда [6-й команды «морских котиков»]».

Для Энди Мартина, человека, который хотел выслеживать и убивать террористов, «это было то, чего я ждал всю свою жизнь, потому что я очень хорошо знал снайперов “красного” отряда, и эти парни собирались с ними разобраться». Его первые операции на войне были хорошими, но ему еще не довелось поубивать террористов. Первая война в Персидском заливе была веселой, но там не было убийств, и для Энди Мартина это было единственное, что он хотел сделать перед смертью, и он знал, что «морские котики» разделяют его подход. Он и не подозревал, насколько справедливым для его замыслов окажется выражение «Бойся своих желаний». После долгого перелета домой и короткого Рождества с семьей он отправился в Вирджинию-Бич, чтобы встретиться с «морскими котиками» и Чепменом.

*****

Подтверждение о том, что им вдвоем вместе с Энди предстоит отправиться с группой Слэба, застало Джона дома, в Фейетвилле. У него оставалось всего несколько дней, которые он мог провести с тремя самыми важными женщинами в своей жизни, поэтому между подготовкой к войне на работе и сбором вещей дома он использовал время по максимуму. Джон и Вэл отнеслись к его командировке просто — «ничего нового». «Я знала, что он отправляется на задание, — вспоминает Валери, — но он не рассказывал мне никаких подробностей. Мы оба привыкли к этому».

В последнее утро дома, когда он поцеловал на прощание Мэдисон и Брианну, он заметил два их розовых бантика. Подняв их, он нежно потер между мозолистыми пальцами и спрятал в нагрудный карман — крошечные сувениры, которые будут напоминать ему о его маленьких любимых дочурках. Валери довезла его до расположения штаба ОКСО и высадила у ворот. Быстро поцеловав ее и сказав: «Я пошел», — он улыбнулся и помахал рукой, проходя мимо строгой охраны. Ее ждали домашние хлопоты, поэтому она развернула машину и уехала. Они привыкли к его приходу и уходу, а также к опасностям, связанным с работой боевым диспетчером в 24-й эскадрилье. «Для нас это было обычным делом. Я не знала, что вижу его в последний раз».

*****

В снайперской группе «красного» отряда 6-й команды «морских котиков» царила обычная предбоевая атмосфера. Все было как обычно, за исключением одного момента: большинству бойцов еще только предстояло отправиться в боевую командировку, и ни один из них еще не испытывал себя в бою, как они того хотели: убивать террористов, ответственных за теракты 11-го сентября, и их сторонников, в частности талибов. Группу дополнили два боевых диспетчера, и теперь в ней было ровно десять человек.

Желание Джона присоединиться к операции сдерживалось образовавшейся ржавчиной на его контртеррористических навыках. Он проработал в группе «геодезистов» два года и лишь периодически проходил боевую переподготовку. Проблема усугублялась его возрастом: он был старше почти всех остальных снайперов в группе (сейчас ему было почти тридцать семь), и беспокоился о своей способности идти в ногу со временем. Это его настолько волновало, что он доверился Слэбу, который успокоил: «Не волнуйся, у тебя все получится». Но Джона мучило и другое: как бы сильно он не хотел участвовать в этой операции, чтобы увенчать свою военную карьеру, наличие дома двух маленьких девочек, которые его обожали, изменило его взгляды. Жизнь существовала не для того, чтобы убивать — за исключением 24-й эскадрильи и 6-й команды «морских котиков», когда ты отправляешься на войну.

Наконец в конце января этот день настал. Все снаряжение было собрано и доставлено на авиабазу авиации ВМС Оушеана, где их ждал транспортный самолет C-17. Подобно драккарам викингов за тысячу лет до этого, эти самолеты должны были переправить их через Атлантику к диким землям и месту сражения.

В ожидании, все люди собрались в снайперской комнате в расположении 6-й команды «морских котиков». Все были одеты в серые лётные костюмы ВВС, с небольшими рюкзаками для длительного перелета. Поздний полдень был прохладным, но не настолько, чтобы надевать куртки, и между военнослужащими группы велись лишь малозначащие светские разговоры. Когда подъехали синие автобусы ВМС, чтобы отвезти их к самолету, Слэб собрал своих людей вокруг себя.

— Послушайте, — произнес он, и все взгляды обратились к нему, чувствуя, что он думает о чем-то бóльшем, чем расписание полетов. — В этой командировке произойдет несколько вещей. Первое — каждый из вас кого-то убьет. Второе — вы все вернетесь живыми домой.

Для Энди Мартина, жаждущего совершить свое первое убийство, это была та самая вдохновляющая речь, которую он так ждал. «Да, мать твою!» — такова была его единственная мысль. Он обвел взглядом окружающих: кто-то кивал, кто-то сохранял каменное выражение лица, но все были согласны: «Да, мать твою!»… пока его взгляд не упал на Джона, выражение лица которого представляло собой нечто среднее между осознанием и ужасом. «Думаю, тогда он впервые осознал всю серьезность ситуации, — вспоминает Энди. — Когда кто-то, кого ты уважаешь как лидера, говорит тебе что-то подобное, это нельзя воспринимать легкомысленно». — И добавляет: «Когда ты на какое-то время выходишь из игры, возникает когнитивный диссонанс от того, как все устроено. От того, как и что мы делаем. Не то чтобы он был неспособен, просто я думаю, что это сильно ударило по нему, когда он понял, что “игра началась”».

Оба боевых диспетчера пропустили этот момент мимо ушей и больше о нем не вспоминали. Двери автобуса открылись, и группа расположилась на местах, покидая Америку ради своей войны.

Глава 8. Февраль 2002 г

Когда «морские котики» и оба боевых диспетчера высадились в Афганистане вместе со всей группой управления 6-й команды спецназа ВМС, стало ясно, что аэродром Баграм уже не является тем полем боя, которым он был всего два месяца назад. В результате неустанной работы американских военных тыловых кудесников, перебрасывавших то, что бедным афганцам казалось бесконечными запасами материальных средств и оборудования, не говоря уже о постоянных самолетах, он стал похож на крупный коммерческий аэропорт развитых стран.

Единственными реальными признаками того, что вы находитесь в Афганистане, были голые заснеженные горы, окружавшие базу, безыскусная маловыразительная архитектура города и февральские ветры, дующие с Гиндукуша, пронизывающие плотную одежду и обжигающие открытые участки кожи, обещая бои в холодных условиях для людей, разгружающих самолеты C-17, прибывшие из Вирджинии-Бич.

Операции в стране