Туда и обратно - Андрей Николаевич Савинков

управлением, кто обеспечивает жизнедеятельность населённого пункта. Перейти из средневековой феодальной логики — ну пусть феодально-торговой, всё же тут имела место торговая республика — к развитой бюрократической. При этом полностью исключать глав торговых кланов из состава Совета никто не собирался, это тоже было бы глупо: в конце концов, именно они обеспечивали приток налогов и рост благосостояния, так что их резать — это пилить сук, на котором сидишь. А вот разбавить совет своими людьми…

— Какой ещё верховный жрец города! — Следующее предложение Александра заставило зашуметь уже сразу нескольких сидящих за столом людей.

— Который скоро приплывёт из моего графства для окормления верующих в нашего Бога. Того Бога, я напомню собравшимся, который помог городу предотвратить вторжение демонов. Я, как уже говорилось, не собираюсь всё время сидеть в Карланде, думаю, мы достигнем некого консенсуса и я наконец смогу отправиться по своим делам, но паства-то в городе останется. Надеюсь, ни у кого нет возражений, что это важная часть городского управления?

Конечно, возражения имелись. Голосовать за «пустое место» под будущее назначение туда неизвестно кого советники не горели желанием, вот только большинство уже было в руках Александра. Ну и, конечно, заявление, что взбаламутивший местное болото граф собирается Карланд покинуть как можно быстрее, тоже придало членам совета порцию некоторого оптимизма. В конце концов, сегодня проголосовали в одну сторону, завтра проголосуем в другую…

И всё равно, для избрания Серова бургомистром голосов в итоге не хватило. Всё же графу слегка не хватало авторитета, чтобы по примеру Нерона ввести в сенат свою лошадь — тем более что и лошади особо подходящей не имелось — а устраивать тотальный беспредел ему всё же не хотелось. Ситуация застыла в некотором равновесии: Александр, можно сказать, получил возможность официально управлять городом до решения вопроса с «несогласными» в порту, и при этом сил для того, чтобы просто уладить этот «бунт» с помощью оружия, у него несколько не хватало.

Ну а вечер Серов решил провести в Храме. Сначала провёл уже ставшую почти традиционной службу — паства удивительным образом росла день ото дня, и Александр уже совершенно отчётливо чувствовал нехватку помощников на этом «направлении» — а потом, когда все ушли, достал бутылку приличного вина, привезённого сюда из Княжества Коркоран, сел за стол перед статуей «себя» и позвал свою божественную часть. На разговор.

— Я бы и в другом месте откликнулся, — Серов жил в этом мире уже больше десяти лет, видел разные чудеса, но момент, когда каменный болван «ожил», огляделся и достаточно ловко спрыгнул с пьедестала, всё равно вызвал толпу мурашек, пробежавших холодными пятками по загривку. — Хотя, конечно, так удобнее. Меньше сил расходуется.

Ожившая статуя схватила стоящий в стороне стул, придвинула его к столу и села. Стул натужно скрипнул, но выдержал, видимо, массу камня божественная сила никак не уменьшила. Дальше каменный двойник обратил внимание на бутылку вина и один стоящий на столе стакан и вопросительно посмотрел на Серова. И опять же от лицезрения себя же в каменном виде попаданцу на мгновение стало не по себе. Вслух же он ответил:

— Ты же каменный. Тебе некуда вино пить.

— И что? А как же уважение, уважение, что уже само по себе ничего не стоит? И вообще — это по меньшей мере не вежливо…

— Клоун. Позёр. — Поморщился Серов, потом подумал и переспросил: — Это что же, я вот так на самом деле выгляжу, когда «остроумно шучу»? Какой ужас, какой позор…

— Чего звал-то?

— Как оно там? Быть богом?

— Жалеешь, что отказался и выбрал участь человека? — Каменный двойник приподнял бровь.

— Не знаю… — Серов и правда не знал. Сколько он за эти пару недель себе раз задал вопрос о том, правильно ли поступил, даже посчитать невозможно. Много. — Просто интересно.

— Боюсь, что не смогу тебе объяснить. Если вкратце — обустраиваю себе… Домен. Строю рай и ад для душ людей, которые в меня верили, — статуя ещё раз с сомнением посмотрела на бутылку вина, неожиданно сделала неуловимое движение в воздухе и достала из него ещё один стакан. Потянулась к бутылке, налила себе вина и с заметным удовольствием сделала несколько глотков. И отсутствие у неё пищевода с желудком, видимо, никак этому не помешало.

— А вот на эти понты тебе силу тратить не жалко, значит.

— А на это почти ничего и не тратится. Тут ведь вопрос не в сложности воздействия, а в том, как оно влияет на мир. Безмагическая зона, брошенная на вражеских магов, влияет на мир значительно, а появление ещё одного стакана — нет. Я тебе больше того скажу: я могу вообще ничего не делать, а просто сообщить тебе какую-то важную информацию… Например, вот ты письмо из графства получил, что Ариен с остальными отплыли, а вот что с ними в пути — ты не знаешь. А я знаю, потому что там на кораблях есть верующие в меня, но сказать тебе — не могу. Вернее, могу, но тогда меня таким откатом нахлобучит, мама не горюй. Потому что это значительное влияние на мир. Поэтому даже самый сильный бог не может просто так взять и стереть с лица земли континент. Вернее, может, но сил на это уйдёт просто невыразимое количество, мне до такого уровня ещё расти и расти. И кстати, отсюда же растут ноги вот этих всех приколов из мифов, когда бог приходит к человеку и даёт ему задание. Квест. На то, что делает человек, ограничения не распространяются, вот так вот!

— Сложно как-то всё это, — Александр, тот который человек, а не статуя, сделал неопределённое движение рукой, как бы демонстрируя своё отношение к ситуации.

— Ну, это не я придумал, я пока только мелкий божок, могу играть по тем правилам, которые мне предлагает вселенная.

— А потом, когда?

— Кто знает…

Некоторое время две части одного человека сидели друг напротив друга молча. Потом Серов высказал предложение:

— Нужно тебе божественное имя придумать.

— У меня есть имя. У нас, в смысле.

— Хрена с два, — граф покачал головой. — Граф Александр Серов — это я. Я не могу призывать паству верить в графа Александра Серова, который там на небесах. Это шизофрения, как ты себе это представляешь? Надо придумать имя и вписать его в твою Библию. Нашу. Не важно, в общем.

— Ну вот и займись. Как люди меня будут называть, такое имя у меня и будет, это так работает, ты разве ещё не понял? Боги не пишут свои библии, за них это делают люди.