Аполлинарий Михайлович Васнецов - Лидия Алексеевна Беспалова

Аполлинарий Михайлович Васнецов энергично хлопочет о картинах для музея. Он обращается устно и письменно к художникам с просьбами о пожертвовании картин. Фонд музея оказался хотя и небольшим, но весьма качественным. В. М. Васнецов, А. М. Васнецов, Н. Н. Хохряков, А. Е. Архипов, С. В. Досекин, М. X. Аладжалов, С. Т. Коненков, К. А. Коровин, С. В. Иванов, С. В. Малютин, М. В. Нестеров, В. Д. Поленов, А. А. Рылов и другие подарили музею по нескольку своих произведений.

В 1910 году состоялось торжественное открытие музея, насчитывавшего тогда тридцать семь полотен живописи и одну скульптуру.

Так благодаря инициативе и энергии небольшого круга людей на севере России был создан один из первых художественных музеев. Заботы о пополнении музея постоянно занимали Васнецова и в последующие годы.

Глава четвертая

В. И. Ленин в своей беседе с К. Цеткин говорил о положении художника: «Подумайте о том влиянии, которое оказывали на развитие нашей живописи, скульптуры и архитектуры мода и прихоти царского двора, равно как вкус и причуды господ аристократов и буржуазии… Наша революция освободила художников от гнета этих весьма прозаических условий. Она превратила Советское государство в их защитника и заказчика»[75]. В годы гражданской войны и восстановительного периода, как бы ни велики были трудности в жизни молодой Советской республики, партия постоянно уделяла внимание искусству. Сразу же после победы Октябрьской революции были национализированы художественные ценности страны, были созданы комиссии по охране памятников и художественных собраний. Художники получили возможность для свободного творчества, обращенного к народу.

Становление советского искусства происходило в обстановке исключительно сложной и ожесточенной борьбы с буржуазным формалистическим искусством, явившимся наследием предреволюционной культуры начала XX века.

Октябрьская революция вывела русское искусство из тупика. Партией был выдвинут лозунг «искусство должно служить народу». Шла борьба за утверждение идейного, реалистического искусства.

Однако в первые годы после революции в руководстве Пролеткультом, отделом ИЗО Наркомпроса и художественными учебными заведениями укрепились формалисты, которые, прикрываясь революционной фразеологией, умышленно искажали политику партии по идеологическим вопросам. Будучи убежденными противниками реализма, отрицая художественное наследие прошлого, они обрушились на художников-реалистов, объявляя их искусство чуждым пролетариату.

Формалисты выступали против идейной и доступной народу живописи, они пришли к отрицанию станковой картины, которую, по их мнению, следовало заменить художественно сделанной вещью, предметами обихода, необходимыми для будущего коммунистического общества.

Грубое и недоброжелательное отношение к художникам-реалистам со стороны формалистического руководства создавало затруднения в деле привлечения к работе старых художников, которые чувствовали враждебное к ним отношение, не имели возможности выступать со своими работами, но продолжали свою деятельность, пренебрегая трудностями.

В художественных учебных заведениях формалисты добились того, что художники-реалисты были ими отстранены от преподавания или должны были сами отказаться от педагогической деятельности.

Борьбу художников-реалистов с формалистами за создание искусства социалистического реализма возглавила под руководством Коммунистической партии Ассоциация художников революционной России (АХРР), возникшая в 1922 году и объединившая многих представителей реалистического направления. Активная деятельность ахрровцев, поднимавших в своих правдивых и понятных народу произведениях насущные вопросы жизни молодой Советской республики, способствовала оздоровлению искусства. Формалисты постепенно вытесняются с захваченных ими позиций в руководстве изобразительным искусством.

А. М. Васнецову шел шестьдесят второй год, когда произошла Великая Октябрьская социалистическая революция. Им был уже пройден длинный жизненный и творческий путь, накоплен большой запас знаний и художественного мастерства, приобретен педагогический опыт.

Нужно знать образ мыслей и характер Васнецова, чтобы понять всю глубину трагедии, пережитой художником в годы засилья формалистов в искусстве.

Достаточно обратиться к ряду писем Васнецова этих лет к разным лицам, чтобы убедиться в том, какие надежды он возлагал на послереволюционное искусство, призванное служить освобожденному народу.

Еще в юности художник определил свою цель в жизни — служение народу. К этой цели он последовательно шел всю жизнь. Ему казалось, что теперь, после освобождения народа, как никогда ранее, он сможет весь свой огромный опыт художника-реалиста отдать служению новому обществу, на стороне которого были все симпатии художника. Тем тяжелее оказались для Васнецова преследования художников-реалистов формалистами.

В 1918 году Васнецов вместе с другими мастерами реалистического искусства был вынужден вследствие происков формалистов покинуть Училище живописи, ваяния и зодчества, где преподавал семнадцать лет. У него была отобрана и личная мастерская, находившаяся в здании училища. Это было тяжелым ударом для Васнецова. Он почувствовал себя выброшенным за борт общественной и художественной жизни.

Приготовление к Новогодней ярмарке. 1919

Стареющий художник не всегда был способен разобраться в сложной идеологической борьбе, происходившей в те годы в искусстве. Он чувствовал сильное недоверие ко всем многочисленным «измам» и постоянно возникавшим художественным группировкам. Остро ощущалась им и обида на новое руководство отделом изобразительного искусства, вынудившее художника уйти из училища.

Все это привело к тому, что Васнецов замкнулся в своем искусстве. Позиция, занятая Васнецовым по отношению к новым художественным группировкам, помешала ему увидеть и в АХРР зачатки возрождения реалистического искусства.

В 1918–1919 годах Васнецов пишет ряд этюдов и картин, которые редко выходят за пределы мастерской.

Остро переживая вынужденный уход из училища, Васнецов чувствует себя страшно одиноким. В нетопленной квартире, при свете керосиновой коптилки художник раскрывает старые альбомы, где хранились с детских лет его рисунки родной вятской природы, и погружается в милые ему воспоминания детства. Они целиком захватывают Аполлинария Васнецова, и под их впечатлением он создает серию акварелей, объединив их общим названием — «Моя родина».

«Много раз меня спасало искусство в трудные минуты душевного состояния и напастей судьбы, — писал Васнецов своему другу Н. Н. Хохрякову, — окунешься в искусство, увлечешься картиной и пишешь себе да пишешь, не помышляя ни о чем. Глядишь, и горе улетело».

Создание серии «Моя родина» вернуло автору душевное равновесие, он снова ощутил себя художником. «Моя родина» поражает глубиной чувства, огромной любовью к русской природе и виртуозностью исполнения. Применяя излюбленную технику соединения акварели с углем и цветным карандашом, придающим картине некоторую графичность, Васнецов добивается чрезвычайно правдивого изображения видов села Рябово и его окрестностей.

Серия состоит из восьми акварелей размером в ватманский лист и меньше. Лучшими из них являются «Приготовление к Новогодней ярмарке», «Осень. Вид из окна столовой» и «Наш дом».

Наш дом. 1919

В акварели «Приготовление к Новогодней ярмарке» изображено зимнее утро. Небо