Запечатанный во тьме. Том 6 - А. Никл

— Можно? — произнесла она, глянув тому мужику с двумя клинками, который угрожал мне, в глаза.

Он несколько секунд смотрел на неё, после чего кивнул и сделал шаг в сторону. Она прошла, взялась за окно и приподнялась на носочки, так как из-за маленького роста попросту не доставала.

Мне же подходить туда и не требовалось, я и без этого понял, кто появился на арене.

Карл.

Ну надо же… какое «везение», что именно к его бою я очнулся.

И да, девушка оказалась права — этот бой действительно должен быть интересным.

Одет он был так же эпатажно, как всегда, если не сказать ещё более вычурно. На нём был ярко-алый камзол с золотыми пуговицами, каждая из которых была размером с кулак и блестела так, что могла ослепить. Рукава украшала бахрома, болтавшаяся при каждом движении и норовившая запутаться в пряжках его высоких сапог. Воротник стоял неестественно высоко, подпирая подбородок, а на груди висела какая-то странная цепь с кулоном в виде черепа. Словно он собирался не на бой, а на карнавал.

Но за этим клоунским видом скрывалось нечто опасное. Я это знал. Толпа, впрочем, пока не понимала, они свистели и улюлюкали.

Его противником оказался здоровенный мужик с двуручным мечом. Огромный, кряжистый, с широкими плечами и мощными руками, покрытыми сетью старых шрамов. Чуть ли не полная противоположность клоунскому виду Карла. Настоящая гора мышц и стали. Он был одет в тяжёлый кожаный доспех, усиленный металлическими пластинами, и двигался так, будто земля под ним проминалась.

Ведущий представил сперва Карла, а потом и его. Ульфгар Железный Кулак. И он выглядел как раз как тот, кто способен раздавить противника одним ударом.

Поединок начался, и с первых же секунд стало понятно… Карл вышел на арену с явным намерением покрасоваться. Возможно, даже поиздеваться.

Каждое его движение было похоже на что-то постановочное и театральное. Он делал лишние круги вокруг противника, демонстрировал эффектные вращения клинками и бросал взгляды в сторону зрителей, словно проверяя, смотрят ли на него.

Ульфгар сделал мощный, размашистый выпад. Но Карл, словно бы специально ждал до самого последнего момента, и лишь когда меч вот-вот должен был снести ему голову, уклонился, изогнув шею. А сам же сделал оборот и тут же возвел руки к небу.

Толпа взревела от восторга.

— Давай, большой мальчик! — крикнул он с улыбкой. — Ну же! Старайся лучше!

Кристаллы подхватили его голос и разнесли по все арене. Отчего толпа ещё больше распалилась.

Ульфгар взревел и замахнулся снова. Меч описал дугу, но Карл уже был в другом месте. И снова принялся дразнить его.

Мужик зарычал. Он рубил снова и снова, вкладывая в каждую атаку всю свою мощь, но Карл каждый раз ускользал, причем в самый последний момент. Но я-то знал, что для него это очень медленно.

И он наслаждается моментом. Специально красуется. Делает то, что ему нравится больше всего.

Хм. И зачем ему вообще эти Стражи нужны? Вот его стихия. Красоваться перед толпой, с широченной улыбкой на лице.

Подобные мысли пронеслись в моей голове. И это было в целом очень правдоподобно.

— Ты серьёзно? — продолжал кричать Карл, дразнясь. — Так дело не пойдет.

Он в очередной раз увернулся от лезвия, которое прошло в сантиметре от его головы. Ульфгар потерял равновесие, споткнулся и едва не рухнул лицом в песок, но кое-как удержался.

А потом Карл остановился, заняв цент арены. Посмотрел в сторону нашей комнаты отдыха, где должен находиться я, и… он заорал, а усиленный кристаллами голос разнесся по всей арене.

— Арнеееей! — разнеслось по всему пространству. — Ты думаешь, ты тут навалил стиля? А-а⁈ — Он выждал паузу, уклонившись от очередного, не очень-то расторопного удара. — Узри, что такое настоящий стиль!

В этот момент он закрыл ладонью свои глаза.

— Прощай, мир! — пафосно произнёс он. — Я ухожу в темноту!

А потом медленно повернулся спиной к противнику и замер.

И… вот теперь мне всё стало понятно. Этот идиот снова соревнуется со мной в чем-то вымышленном. Хотя я начал понимать, о чем он… Стиль говоришь? Даже и не пытался, если что.

Он явно старался затмить моё выступление, и я отчётливо вспомнил его странное поведение. Он наверняка думал, что я специально пытался красоваться, а теперь делал всё, чтобы переплюнуть меня.

Думая об этом, я не смог сдержать ухмылку на лице.

Ульфгар, запыхавшийся и разъярённый, увидел этот жест как оскорбление. Но вообще-то, в целом, так оно и было. Не просто издевательство, а буквально плевок в лицо.

Он взревел, размахнулся двуручным мечом и обрушил его на голову Карла. Меч кстати, словно бы стал больше и сильно тяжелее. Даже я с такого расстояния почувствовал это. Однако скорости ему это не прибавило.

Только вот Карла уже не был на том месте. Он снова ушёл от удара, но на этот раз не глядя.

— Медленно. Очень медленно, — прошипел сквозь зубы Карл, стоя к нему спиной. — Попробуй ещё раз. Дам тебе две попытки.

Толпа неистовствовала. Люди орали, свистели, топали ногами. Ведущий, которому явно нравилось это зрелище, подхватывал:

— Ого! Невероятное чувство пространства! Даже закрыв глаза, участник Карл уклоняется от атак! Это ли не мастерство? Это ли не высший пилотаж? Друзья, какой же красивый бой!

Карл, услышав это, даже не удержался от того, чтобы поклониться зрителям. Однако по его внешнему виду, можно было догадаться, что ему слегка надоело. Точнее стало скучно.

Как и обещал, он позволил ещё дважды атаковать себя. При этом каждый раз поворачивался спиной, как бы открываясь для удара. А потом, в какой-то момент, резко пригнулся, развернулся, и в тот же миг его клинок описал дугу. Ульфгар успел лишь приподнять меч, чтобы парировать, но Карл был быстрее.

Ульфгар не выдержал, и его оружие отлетело в сторону. Он застыл, глядя на свои пустые руки без меча и без кистей…

Карл на этом не остановился. Он сделал шаг вперёд. Следующий удар пришёлся по корпусу противника. Тонкий клинок прошёл по касательной, распарывая кожаный доспех. Кровь брызнула. Ульфгар охнул, отступил на шаг и упал, после чего принялся отползать. Но Карл уже был рядом. Только вот он не добивал. Он просто шёл за ним, глядя на него сверху вниз. И той наигранной улыбки уже не было на его лице.

Даже трибуны застыли в шоке от этой перемены.

Когда его противник окончательно выдохся, Карл замахнулся и выждал секунду, глядя на императорскую ложу.

Глава империи быстро понял, в чем дело, и так же сообразил, что это прекрасный момент проявить своё милосердие.

Он поднялся, осмотрел трибуны, а потом перевел свой взгляд на арену,