Развод. Генерал, начинайте с нуля - Виолетта Весна

— Можно.

Андрей коснулся ладонью моей щеки только после ответа. Поцелуй был коротким. В нем не было требования немедленно вернуть двадцать четыре года близости. Когда я отстранилась, он убрал руку.

— Еще? — спросил он.

— Нет. На сегодня достаточно.

— Хорошо.

Мы вернулись к кафе ровно в половине одиннадцатого. Моя машина стояла в другой стороне.

— Я провожу до нее, если разрешишь, — сказал Андрей.

— Не нужно. Улица освещена, идти пять минут.

— Тогда напиши, когда доедешь. Если хочешь.

— Напишу.

Он не предложил продолжить вечер у него или у меня. Мы попрощались у перекрестка и разошлись.

Дома я сняла пальто, умылась и только потом отправила: «Доехала».

«Спасибо за вечер», — ответил он.

Я набрала: «Я готова встретиться еще раз после окончательного решения по конкурсу. До этого порядок тот же».

Андрей написал: «Согласен. Дату предложишь ты».

Ночью я спала спокойно. Утром не искала в его сообщениях скрытых обещаний. Первый поцелуй после развода ничего не отменял: ни нотариальную встречу, ни отдельные адреса, ни мою долю в бюро. Он означал только то, на что я согласилась вчера.

Двадцать первого ноября Лариса переслала мне служебное уведомление, доступное партнерам бюро. Андрей сообщил координатору конкурса, что получил предварительный запрос от московской промышленной группы. Компания не была связана с его прежней службой и не входила в круг клиентов «Состава». Официального предложения пока не было.

В письме Андрей указывал, что останется в текущем отборе и сообщит о сроках ответа, если получит офер. Он просил не ускорять процедуру и не менять критерии.

— Разумно, — сказала я.

Лариса закрыла письмо.

— Только разумно?

— В рабочем документе — да.

— А лично?

— Лично я рада, что он не просит меня выбрать за него город.

Через два дня клиент утвердил трех финалистов: Андрея, Илью и Ольгу. Я получила только список, потому что он подлежал раскрытию всем участникам. Итоговые баллы оставались закрыты.

Каждому финалисту выдали одинаковое задание: подготовить план первых ста дней директора по операционной устойчивости. Требовалось назвать пять приоритетов, состав команды, метрики, порядок работы с происшествиями и границы полномочий. На подготовку дали до восемнадцатого декабря.

Андрей не написал мне о выходе в финал. Я не поздравляла его. Наше следующее свидание зависело не от его победы, а от завершения процедуры.

Это различие имело для меня больше значения, чем сам список из трех фамилий.

ГЛАВА 18. Два предложения

Двадцать четвертого ноября Андрей попросил о коротком разговоре. В сообщении сразу назвал тему: московская промышленная группа готовила официальное предложение, срок ответа мог наступить раньше финала конкурса. Он хотел предупредить меня, потому что выбор города имел отношение к возможным личным встречам.

Я предложила созвониться вечером. Встречаться до завершения отбора мы договорились только по необходимости, а необходимость можно было обсудить по телефону.

В девять он позвонил. Я сидела за рабочим столом и просматривала договор с новым клиентом. На экране ноутбука оставалась открыта таблица расходов бюро на следующий год.

— Удобно говорить? — спросил Андрей.

— Десять минут. Что именно предложили?

— Руководство программой операционных изменений в группе заводов. Офис в Москве, поездки по регионам. Предварительный доход выше, чем у «ВолгаКонтура». Юристы проверили ограничения: пересечения с моей службой не нашли. Офер обещают к первому декабря, ответ попросят до десятого.

— Финал здесь восемнадцатого.

— Да. Я сообщил московской стороне, что участвую в другом отборе. Попросил срок до девятнадцатого. Они пока не согласились.

— Что ты хочешь от меня?

— Не решения. Хочу понять, исключает ли Москва возможность продолжать наши встречи.

Я закрыла таблицу. Вопрос был честным, но ответа у меня не было.

— Я не поеду за тобой сейчас, — сказала я.

— Я не предлагаю переезд.

— И не буду обещать отношения на расстоянии, пока у нас было одно свидание.

— Понимаю.

— Если ты выберешь Москву, можно встречаться в двух городах и посмотреть, подходит ли нам такой формат. Но я не стану каждую пятницу ждать, что ты изменишь график ради работы.

— Это справедливо.

— Не соглашайся автоматически. У тебя может быть другой предел.

Андрей помолчал.

— Мой предел — жизнь, в которой я принимаю должность, а потом предъявляю тебе расписание как готовое условие. Я уже так сделал. Но отказаться от содержательной работы только ради шанса на отношения тоже будет нечестно. Тогда каждую трудность я смогу считать твоей ценой.

— Значит, сначала оцени работу.

— Так и сделаю. Потом спрошу, совместимы ли наши решения.

Мы договорились не возвращаться к разговору, пока он не получит письменные условия. Десять минут закончились. Я пожелала ему спокойной ночи и вернулась к бюджету.

Впервые его карьерный выбор не отменял мой план на завтра. Утром я встретилась с владельцами тольяттинской компании, провела четырехчасовую сессию и получила согласие на проект. Договор был меньше контракта с «ВолгаКонтуром», но давал бюро стабильную загрузку на полгода.

Лариса поставила передо мной чашку кофе, когда мы вернулись в офис.

— Теперь можем нанять младшего консультанта в феврале, — сказала она.

— Если подпишем до пятнадцатого декабря.

— Подпишем. Ты сегодня не обещала им невозможных сроков и все равно продала.

— Это комплимент?

— Наблюдение. Год назад ты бы взяла еще два этапа на себя, чтобы снизить цену.

— Год назад дома был человек, чьи переезды я должна была учитывать.

— Ты не должна была. Ты учитывала.

— Да.

Я не хотела строить новую самостоятельность только как отрицание прежней жизни. Поэтому открыла план на следующий год и записала, чего хочу вне зависимости от Андрея: два новых консультанта, программа для руководителей среднего звена, отпуск в июне, поездка к Ксении зимой и решение по старой квартире после окончания компенсационных выплат. Пункт о личной жизни оставила пустым. Не потому, что он был неважен. Я не собиралась превращать отношения в квартальную задачу с заранее назначенным результатом.

Первого декабря Андрей переслал мне не сам офер, а короткое сообщение: документ получен, срок ответа — десятое декабря, работодатель отказался ждать окончания самарского финала. Встречу он не просил.

Я ответила: «Поняла».

Вечером он снова позвонил.

— Я обещал сообщить условия, — сказал Андрей. — Можем обсудить сейчас или оставить до моего решения.

— Давай обсудим. Но я не буду сравнивать должности за тебя.

— Москва предлагает бессрочный договор, три месяца испытания, базовый офис там и до двенадцати командировок в месяц. Задача — объединить операционные стандарты пяти заводов. Подчинение генеральному директору группы.

— Почему они выбрали тебя без конкурса?

— Конкурс был закрытым. Два интервью и проверка рекомендаций из доступных им источников. Рекомендации от бывших подчиненных, не от действующих чиновников. Я запросил перечень людей, с которыми они говорили.

— Что настораживает?

— Они ждут быстрых кадровых решений до аудита. И называют сопротивление на местах главным