Мельница 5 - Михаил Васильевич Шелест

Тадаси Минобэ выпрямился и бросил взгляд на Тиэко, спрятавшуюся у меня за спиной.

— Не надо, — сказал он. — Потом проверим. Сейчас, и вправду, нам надо немного успокоиться и поговорить.

— Тогда пусть ваши бодигардеры, — я умышленно применил «американизм» по отношению к членам банды якудза, чтобы ещё немного «опустить» главу японской мафии, — сядут в машины и уедут за ворота. Тут вас никто не обидит. Это я вам гарантирую.

— Ты слишком самоуверен, мальчик.

— Я вчера отлупил лучших учеников Со-сэнсэя, получил у него сразу пятый дан и лицензию на открытие филиала в России. Если это вам что-то говорит, вы поймёте сейчас, что моя уверенность чем-то да подкреплена. А убедиться, что я не блефую, у вас ещё будет возможность.

— Так это ты, тот, кто вытащил Со-сэнсэя из могилы? И о ком сейчас по Японии ходят слухи, что ты живой Будда-воскреситель?

— Моя степень просветления сильно преувеличена. Но Со-сэнсэя я излечил, да.

Тадаси-сан махнул рукой телохранителям.

— Уезжайте!- крикнул он им.

Глава 13

Как настоящий самурай Тадаси-сан не показывал, что ему больно. Мы прошли в зал и сели за стол. От чая Тадаси отказался, буквально отмахнувшись от прислуги, предложившей напиток.

— Воды, — сказал он отрывисто.

Скользнув взглядом по пистолету, положенному мной на стол и направленному дулом к нему, но чуть в сторону, он поднял взгляд на меня, а не на Тиэко, которую словно не замечал. А Тиэко присесть за стол не решилась.

— Тиэко, можешь принести мне чай? — спросил я её, не отрывая взгляд от «тестя».

— Да, милый, — ответила Тиэко.

— И воду твоему отцу, — добавил я.

— Да, милый, — повторила Тиэко и чисто «по-японски» склонила голову.

Тиэко вышла.

— Готов принести свои извинения, если вы сделаете это первым, — сказал я.

Тадаси шевельнул левой бровью и через пару секунд сказал.

— Прошу извинить, если своими неосторожными словами нанёс вам оскорбление, Миса-сан.

— Принимаю ваши извинения, Тадаси-сан. И в свою очередь прошу извинить за нанесённый вам удар, который вырвался у меня рефлекторно в ответ на вашу агрессию. Что поделать? Иногда наши рефлексы воина решают за нас.

— Вы воин?

— Безусловно. Династический. Как и вы, Тадаси-сан.

— И, наверное, не в одной жизни? Если говорить о перерождениях.

— Так и есть. Многое, из того, что я знаю и умею, пришло оттуда. Ведь мне только восемнадцать лет.

Бровь Тадаси снова дёрнулась.

— Снова прошу меня простить, Миса-сан, за мою несдержанность. Если бы я знал…

— Опустим пустословие. Вы же понимаете, что оправдания — это ритуал. Мы его уже благополучно прошли.

Я исполнял из себя «Будду». Что делать? Раз уж уготовлена мне его роль, надо соответствовать. Раз публика жаждет Будду, будет им Будда. Мне жалко?

— Хе-хе-хе… Бильмондо, так Бильмондо, — подумал я, вспомнив анекдот.

В какой-то мере это было бы кощунством, если бы Буддизм был религией. Но Буддизм был философией и так и воспринимался мной. Поэтому я и не считал его опасным для своего православия. Философию ведь можно не принимать как догму. Кстати, и трактовок Буддизма имелось много разных. У каждого сидящего на горе открывается свой вид на мир.

— К слову о деньгах, — сказал я.

— О деньгах не беспокойтесь, Миса-сан, — прервал меня Тадаси Минобэ.

— Вы не поняли, — перебил я Тадаси. — У нас с Тиэко, действительно, есть деньги. Я уже заработал… э-э-э… достаточно средств, чтобы потратить их на свадебные подарки и на саму свадьбу. Думаю, через пару дней денег у меня ещё прибавиться.

— Каким образом? — удивился Тадаси.

— Ко мне обратился за исцелением Какуэй Танака. Он согласился немного заплатить за это и сейчас проходит курс исцеления в вашем гостевом доме.

— Какуэй Танака⁈ Премьер-министр Какуэй Танака⁈ — поразился Тадаси Минобэ. — И сколько…

Тадаси прервал себя.

— Извините, Миса-сан. Я позволил себе излишнее любопытство. Но позвольте уточнить. Вы намерены использовать ваши способности целителя для пополнения, э-э-э, хм, своего бюджета? Хм! Я имею в виду вашу способность исцелять.

— Почему нет? — спросил я.

— Нет-нет! Я не вижу в этом ничего зазорного. Наоборот! Это честь для нас и нашего дома, что исцеления происходят именно здесь.

Тадаси Минобэ встал из-за стола и поклонился.

— Благодарю вас, Миса-сан! Вы, как я слышал, исцеляете наложением рук?

Я кивнул.

— В Токио есть общество целителей «Усуи Рэйки Риохо Гаккай», которые тоже исцеляют наложением рук. Её основатель — Микао Усуи даже получил разрешение на использование своей системы для лечения. Сейчас его дело продолжают ученики его учеников. Такая система излечения у нас называется «рэйки».

— Я знаком с ней, — покивал я. — У меня другая система, более точная и поэтому более эффективная. Если хотите, испытаете её на себе, Такаси-сан.

Такаси Минобэ посмотрел мне прямо в глаза. Его глаза превратились в узкие амбразуры, из которых выглядывали дула зрачков.

— Я чувствую себя здоровым, — сказал он и натянуто улыбнулся мне.

— Сейчас я прикоснусь и любая боль исчезнет, а если я подержу вашу руку в своей около пятнадцати минут, пройдёт и та опухоль, что образовалась от моего, хм, удара. А там опухоль, боль и огромная гематома. Я знаю это точно. Оно вам надо, рассказывать своим друзьям якудза, откуда у вас такой синяк? Ведь у вас же скоро встреча в сауне.

Откуда-то я знал, что Тадаси Минобэ встречается каждую неделю с «друзьями» в гостиницах, где есть бани с термальными источниками.

— Ну, попробуй, — сказал Татаси и протянул мне руку словно для рукопожатия.

Я сжал его ладонь в своей. Крепко сжал, чтобы он не вырвался. Тадаси попытался вырвать руку, потому что его ожгло моим жаром, но я не отпустил.

— Потерпите, Тадаси-сан. Это сейчас пройдёт. Боль уже прошла, правда?

Тадаси кивнул.

— И жар сейчас пройдёт, — сказал я и сбавил энергетическое усилие.

— Честно говоря, у меня имеются проблемы с почками, — тихо, чтобы не услышала стоящая у дверей Тиэко, сказал Тадаси Минобэ.

— Имелись, Тадаси-сан. Имелись проблемы с почками. Думайте о прекрасном. Например, о том, что скоро зацветёт сакура. И давайте, сядем в дзэн.

Мы сели друг