Мельница 5 - Михаил Васильевич Шелест

перед другом на колени. Я закрыл глаза, чтобы не видеть его глаз, но наблюдал за ним периферийным зрением. Он был великолепен в своём чёрном костюме, и белой рубашке с галстуком. Так мы просидели целых десять минут. Я засёк время по своим ручным часам.

— Всё, Тадаси-сан! Теперь вам долго не придётся жаловаться на здоровье. Если вас не подстрелят, конечно, конкуренты.

— Вы ясновидец? — буркнул Тадаси.

— Немного. Как любой, даже медицинский Будда[1]. Но вы проживёте долго. Если что случится, и я буду далеко, звоните. У меня получается исцелять на расстоянии.

Тадаси в очередной раз приподнял свои чёрные, как вороньи крылья, брови и поклонился.

— Спасибо, Миса-сэнсэй. Позвольте называть вас так?

— Только не в присутствии людей, — покрутил я головой. — Всё-таки, вы мой тесть.

Чёрные брови снова дрогнули.

— Будущий, я надеюсь. Если вы позволите мне взять вашу дочь в жёны.

— Позволю, Миса-сан.

— Но чему же вы хотите учиться у меня, Тадаси-сан? — спросил я, улыбаясь.

— Вашему искусству врачевания.

Я покрутил головой.

— Хм! Неожиданно, — подумал я и уточнил. — Исцеления. У меня, в отличие от вас, нет медицинского образования. И… Боюсь, что это невозможно без, хотя бы, ощущения Дхармы. У нас в России это называют святым духом. Сам Бог не познаваем, а святой дух, исходящий от него, можно ощутить. Без этого моя система не работает. Можно, конечно, изучить шиатсу и воздействовать энергией «ки» на точки, как я сейчас это делаю, исцеляя мистера Танаку. Он будет сутки находиться в моём шаманском круге, усиливающим воздействия на точки. Хм! Хотя…

Меня вдруг осенило, как я могу папу Тиэко ввести в «нормальное» общество и заставить отойти от криминала. Совсем отвратить от криминала его вряд ли получится, из якудз так просто не уходят, но дать ему легальную сферу деятельности, — это вполне в моих силах.

— Я могу сделать и для вас такой круг, в котором ваши внутренние силы возрастут значительно. Впрочем… Я могу вам оставить этот круг в вашем гостевом доме. Пользуйтесь им и исцеляйте, кого пожелаете.

— Не может быть! — воскликнул Тадаси Минобэ. — А как же вы?

— Ещё себе сделаю. Это не сложно, — сказал я и подумал. — А ведь можно назвать гостевой дом храмом моего имени и назначить Тадаси Минобэ медицинским Буддой. А ещё лучше храм построить. Называет же своим именем храм Со-сэнсэй.

— Я с детства, когда узнал о «рэйки», мечтал лечить людей и даже окончил медицинский колледж. Но как-то не задалось, мда… Не получилось из меня доктора медицины.

— Получится целитель, — уверенно сказал я. — С моими амулетами вы скорее почувствуете и познаете Дхарму. А с вашим врачебным опытом — искусство исцеление. Вы шиатсу знаете?

— Конечно, — кивнул головой Тадаси Минобэ.

— Тогда пошлите, — сказал я.

Тадаси беспрекословно подчинился и пошёл следом за мной.

Дело в том, что после того, как я просканировал мозг Зары после её смерти, многое из того, что знала она, стал знать я. В том числе и способы изготовления различных артефактов и знание заклинаний и заговоров. Здесь в Японии я купил себе шахматы, выполненные в виде фигурок конных и пеших самураев, сёгунов, принцесс, и солдат-копейщиков.

— Вот из них я и сделаю магические амулеты, — подумал я.

Когда мы подошли к гостевому дому, я сказал, обращаясь к Тадаси:

— Попробуйте войти в него.

Тадаси Минобэ, почувствовав подвох в моих словах, посмотрел на меня.

— Он, что, заперт?

— В обычном понимании нет. Но вы в него войти не сможете. Попробуйте.

Тадаси открыл дверь и… не смог переступить порог. Сразу за дверью лежали два моих защитных оберега. Экспериментируя с ними, я понял, что количество оберегов может быть хоть сотня, но не меньше пяти. «Ведьмин» же круг должен быть строго пятиконечным. Ни больше, ни меньше. Поэтому у меня и получилось разложить деревянные бусины-амулеты, сделанные из моих чёток, по всему дому, практически повторив его периметр.

Тадаси попытался перенести ногу через порог снова и снова, но тщетно. Было видно, как он пытается преодолеть парализующий его страх, но он сдался.

— Не могу, Миса-сан, — покрутил он головой. — Что за чёрт?

— Дайте руку. Ты, Тиэко, погуляй пока тут. Мы скоро.

Сказал, и мы с Тадаси Минобэ шагнули за порог и вошли в комнату, где находился Танака. Тот привстал и что-то хотел сказать, но я поднёс палец к своим губам.

Я тут же мысленно передал Тадаси картинку окружающего нас мира, и он даже присел от неожиданности.

— Туда, — я показал вниз в синеву и наверх к ярко горящему свету, — тянуться не надо. Вредно для здоровья. Посмотрите на мистера Танаку, как если бы вы хотели разглядеть энергетические каналы и увидьте их.

— Я… Вижу, — прошептал Тадаси.

— Хорошо. Теперь увидьте иглы, которые я вставил в тонизирующие и седативные точки.

Тадаси Минобэ даже наклонил вперёд голову и прищурился, пытаясь разглядеть, но прошептал:

— Не вижу игл и точек не вижу.

— Точки — они условны. Вот здесь! — я показал пальцем на теле Танаки точку. — Видите синюю иглу?

— Вижу, — почти просипел Тадаси. — Честное слово — вижу!

— Вот, вот, вот и вот, — продолжал тыкать я пальцем в Танаку, стоящего посередине комнаты с раскрытым ртом.

— Да-да-да-да, — повторял за мной Тадаси.

— Во-о-о-т… Теперь опускаешь руку сюда…

Я показал на тёмную синь.

— Берёте одним пальцем силу… Одним, Тадаси-сан, и, прикасаясь к точке, вкручиваете её либо по часовой, либо против. В зависимости от переполнения или недостатка энергии… Ну, это вы должны знать.

— Я знаю! — сказал Тадаси Минобэ. — Но я никогда не верил, что это и правда так действует. Так просто!

Я посмотрел на него, а потом на Танаку, а потом снова на Тадаси и улыбнулся.

— Да. Так просто. Пойдёмте, не будем мешать мистеру Танаке исцеляться.

* * *

Мистер Танака выздоровел. Это показали все сделанные им на следующий день анализы и ультразвуковое исследование сердца, почек, печени и ещё чего-то. И в этот же день он привёл с собой ещё одного сильно больного и очень известного японца — Минору Сибуя — кинорежиссёра и сценариста. В шестьдесят шестом году режиссёр ушёл из большого кино на