Любовь в петле - Марина Север

Вика ойкнула.

– Сереженька, – услышала Марина в трубке, – ты уже все? А я вот тут в Интернете лазаю, новости смотрю.

После этого подруга сбросила вызов.

Марина вытащила книгу из сумки и убрала в тумбочку. Не нужно, чтобы муж ее видел. У них уже был один неприятный инцидент с учителем истории и книгой.

Они поужинали, и у Максима зазвонил телефон. Он улыбнулся и ответил:

– Привет сотрудникам внутренних органов!

Было видно, что муж обрадовался, услышав голос Димы Филиппова, друга и коллеги.

– Здорово, Макс! Не надоело еще штаны протирать дома?

– Нет. Такое занятие мне по душе. Как дела? Не думаю, что ты звонишь, чтобы узнать, как я протираю штаны.

Диман рассмеялся.

– Нет, про штаны неинтересно. Я что звоню: ты нашел Константина? Ну, того, соседа своего? Он же у нас по делу проходит.

Максим только сейчас вспомнил, что так и не позвонил Диману, чтобы рассказать о Маркове.

– Слушай, дружище, ты прости, забыл позвонить. В общем, тут такое дело. Костик в субботу ночью повесился.

На проводе повисла пауза.

– М-да, – только и сказал Филиппов.

– Мы сами в шоке. Только вчера похоронили. За этой беготней я и забыл про тебя. Непонятно только, почему и зачем. Ходит, конечно, по деревне версия, что из-за неразделенной любви, только вот чьей? У него была одна пассия, когда мы в гости к ним ходили, но она утром уехала без него, а встречался он с ней потом или нет, я не знаю. Один раз дозвонился ему на сотовый, трубку взяла девушка. Кто такая – не знаю. Я ему обрисовал ситуацию, просил приехать, поговорить. Он приехал и повесился.

– Да уж, история! Значит, версия, как и у нас, – самоубийство?

– Да. Тут без вариантов.

Диман помолчал немного, а потом сказал:

– Странно все это. Тебе не кажется? Чего бы этим двум здоровым парням вешаться через две недели после приезда? Никогда не поверю, что из-за неразделенной любви. Им же не по шестнадцать лет.

Макс потер лицо рукой.

– Диман, я с тобой согласен, но против заключения судмедэксперта не попрешь. Сам знаешь.

– То-то и оно, – усмехнулся Филиппов.

Они еще поболтали о работе, обсудили сотрудников и попрощались. Марина слышала их разговор, но о своих догадках не стала говорить мужу ничего: как точно выяснит, так расскажет.

***

Утром, после того, как Марина ушла на работу, Максим решил сходить к Марковым. Пока Катерины не было дома, он хотел пообщаться с Семеном, да узнать, как Татьяна Петровна. Позавтракав, Максим оделся и вышел во двор. Погода стояла прекрасная. Солнышко уже поднялось достаточно высоко и грело своими лучиками. Это, конечно, не лето, но тоже хорошо. Он вышел за калитку и пошел в сторону дома Марковых.

Тузик, как всегда, разразился лаем. Максим заметил, как шторка на окне слегка отодвинулась и вернулась обратно. Кто это был, он не рассмотрел. Подойдя к входной двери, поднял руку, чтобы постучать, но не успел: дверь открыла девушка.

Максим не сразу понял, кто это, но когда присмотрелся, то узнал: это была Лаура. Странно, неужели она не уехала сразу после похорон? Что она вообще тут делает? Не член семьи, даже не друг – посторонний человек, который остался у них. Интересно, почему они разрешают ей так долго находиться в доме?

Максим не стал ее об этом спрашивать.

– Добрый день, – сказал он, – а Семен или Татьяна Петровна дома?

Девушка смотрела на него своими раскосыми глазами. Было видно, что она не очень довольна его визитом. Она действительно была красива. Даже слишком. Странно, что он раньше этого не замечал. Хотя когда ему – он видел ее всего пару раз. На встрече Константина и на его похоронах.

В такую девушку Константин мог с легкостью влюбиться.

– Татьяна Петровна плохо себя чувствует, а Семен спит. Он всю ночь пил. Вы не забыли, что у него брат умер?

Максим заметил, что последние слова она произнесла не с горечью в голосе, а с каким-то вожделением, радостью. Хотя ему, возможно, просто показалось.

– А не могли бы вы его разбудить? Мне поговорить с ним надо.

Девушка изменилось в лице. Теперь оно стало злым и недовольным.

– Я же вам сказала: Семен спит, он еще не проспался. Приходите завтра днем. Я передам, что вы к нему заходили.

Она закрыла дверь перед носом Максима, так и не впустив в дом. Сколько он помнил, Марковы всегда приглашали к себе, что бы ни случилось. Но она не одна из них, она вообще непонятно кто.

Максиму ничего не оставалось, как развернуться и пойти домой. По пути он зашел в магазин. Сегодня работала Надежда. Он взял хлеба, немного сосисок и печенье. Девушка смотрела на него недовольным взглядом. После того, как он осадил ее, когда она собирала сплетни про его жену и чуть ли не назвала убийцей, они перестали разговаривать, только здоровались – и все.

Из магазина Максим пошел домой. Дел особых дома не было, но все-таки чулан надо разобрать: выбросить ненужное, а остальное аккуратно сложить на полку. Переодевшись, Максим занялся разбором чулана. Он так увлекся, что не услышал, как кто-то зашел к ним во двор. Только после того, как хлопнула калитка, пришлось оторваться от работы. Максим прислушался: собака молчала. Может, ему показалось? Он зашел в дом и посмотрел на часы: половина четвертого, скоро должна прийти жена. Максим умылся, переоделся и вышел из дома. Неожиданно он увидел незваного гостя: перед ним, примерно в десяти шагах от калитки, стояла… Лаура.

– Здравствуйте, – поздоровался Максим, – вы давно тут стоите?

Он обернулся и посмотрел на будку: собаки не было. Странно. Она всегда реагирует на чужаков, а тут молчит. Лаура молча смотрела прямо на него. Она слегка наклонила голову набок, рассматривая Максима, гипнотизировала его своими красивыми глазами. Он не мог пошевелиться. Ему казалось, что все тело стало каким-то ватным, недоступным контролю. Оно не слушалось его.

Девушка медленно приближалась, сладко улыбаясь. В руках у нее была толстая веревка. У Максима подкосились колени.

Неожиданно Лаура заговорила:

– Максим, добрый день, – говорила девушка, – как у вас дела? Как ваша супруга?

Он смотрел на нее и не мог отвести глаз. Ее голос проникал к нему в голову, оставляя легкий приятный след.

– Как жалко, что она бросила все и уехала сюда, в деревню, одна, без тебя. А ты так любишь ее! Ты такой несчастный, остался совсем один в этом холодном городе, где много странных и мерзких людишек.

Она подходила все ближе, ступала