Вологодчина в русском фольклоре - Николай Владимирович Уваров

местному преданию, когда Иван Васильевич с женой катался на большой лодке по Сиверскому озеру, а нянька с царевичем на другой, один из гребцов неловко накренил лодку, и нянька с ребёнком упали в воду. Няньку спасли, а царевич утонул.

Другой вариант предания представлен в книге Приклонского А.А. «Кирилловский уезд» (правдивое сказание о днях злопамятных), изданной в 1916 году.

В этом предании говорится, что царевич Дмитрий утонул по пути в монастырь в Шексне-реке:

Ниже пустыни славной Кириловой,

Выше Рыбной слободки над Волгою,

Где Шексна-река круто согнулася,

Где колышутся травы прибрежные,

Где волна набегает на отмели,

Где журчит она тихо у берега

И сверкает несчётными струйками

Помяни там пред Богом Всеведущим

Со смиреньем: младенца Димитрия!

Гибель царевича в Шексне подтверждает участник поездки князь Курбский: «И не доезжая монастыря Кирилова, ещё Шексною-рекою плывучи, сын его, по пророчеству святого, умер. И оттуда приехал до Кирилова монастыря в печали».

По краткому же летописному известию, царевич Дмитрий умер на обратном пути: «назад едучи к Москве».

В 1569 году Грозный «казнил за измену» князя Владимира Старицкого, его жену и двух малолетних детей и приказал отряду опричников ехать в Кириллов, а оттуда в женский Воскресный Горицкий монастырь, княгиня проживала там под именем инокини Евдокии. Царь велел Старицкую утопить в Шексне, а её прислужниц убить.

В «Летописи событий Кирилло-Белозерского Успенского монастыря, впервые опубликованной в краеведческом альманахе «Кириллов» в 1997 году, сообщается предание, украсившее эту смерть.

«Говорят, будто Иоанн приказал убрать по-царски лодку и, наклав в неё каменья, посадил туда инокиню Евдокию вместе с её невесткой инокинею Александрой. С крутого берега, по мановению царя, лодка была спущена и княгини вместе с нею утонули».

В списках Ивана Грозного, посланных в Кириллов, Ферапонтов и Прилуцкий монастыри, сказано: поминать «иноку княгиню Евдокию, Марию, да с ними 12 душ и со старицами, а имена их ты сам веси, Господь!»

На территории Кирилло-Белозерского монастыря есть церковь Иоанна Листвичника. По преданию, надвратная церковь создана неизвестным зодчим на средства Ивана Грозного. Придел церкви – Иоанна Листвичника – «посвящён», очевидно, сыну Грозного – Ивану.

В. Сергеев. Кириллов. Церковь Сергия Радонежского.

Предания, связанные с пребыванием Ивана Грозного в Тотьме и селе Устье

Тотьма – один из старинных городов Вологодчины, основанный в 1137 году. Выгодное экономическое и географическое положение Тотьмы было замечено Иваном IV. После введения опричнины, Тотьма вошла в состав опричного удела царя, о чём свидетельствуют летописные источники.

Во времена последнего продолжительного пребывания в Вологде, Грозный якобы посетил и Тотьму водою по реке Сухоне.

Тотемские предания представляют образцы народной этимологии. Названия топонимов связываются с пребыванием Ивана Грозного в конкретной местности.

В Тотьме сохраняется предание, что царь останавливался в шатрах, вблизи города, на лугу, который и поныне называется Государев луг. Недалеко от него есть место, называемое виселки: здесь будто бы поставлены были виселицы и Грозный чинил свой суд и расправу.

Другое предание, связанное с именем Ивана Грозного, касается удивительного названия речки Пёсья Деньга.

Ехал царь из Вологды в Тотьму по какой-то надобности и пред самым городом царский возок увяз посреди речки. Поспешившие на помощь мужики вынесли возок на сухое место. Растроганный царь захотел лично расплатиться с ними. Но вот незадача: одна деньга выскользнула из рук Ивана Грозного и канула в грязную речную воду. «А и пёс с ней, с деньгой – то! – воскликнули мужики, – главное – с живым царём постояли».

Подобное предание связано и с названием реки Царёва. Якобы во время своего посещения Тотьмы Иван Грозный проезжал по дороге около реки. Местность с прекрасными сосновыми борами и с широкой песчаной рекой ему приглянулась и он объявил ее «Царёвой».

Название Усть-Стрелецкой Слободы также связано с пребыванием паря в Тотьме. Когда царь Иван Грозный плыл из Вологды в Тотьму, то оставил здесь стражу из стрельцов, а на обратном пути о них забыл, и они остались тут жить, превратившись в простых крестьян.

«Лета 7053 (1545) поехал государь и великий князь Иван Васильевич по монастырями был на Вологде у Спаса на Прилуке, в Корнильеве, Павлове, к Борису и Глебу на Устье и возвратился в Москву, в 7– ой день».

Из Устья Иван IV намеревался, как считают исследователи, проехать в Спасо – Каменный монастырь, однако из-за сильной непогоды на Кубенском озере, которую он несколько дней пережидал в Устье, в монастыре ему побывать так и не пришлось.

Невдалеке от берега для него был установлен шатёр, потом на этом месте был поставлен памятный поклонный крест, позже была срублена деревянная часовня, а впоследствии построена и каменная.

В 1555 году в Москву из Вятки водным путем была препровождена чудотворная икона «Никола Великорецкий». От Устюга до Вологды икону перевозили по Сухоне. В старинной рукописи, опубликованной в XIX веке краеведом Н. И. Суворовым, говорится: «В пути, не доплывши до Вологды 35 верст, ладья на каржу (т. е. каменистую мель) в воде наплыла, пролом дна сделался, ладья водою наполнилась, почему образ чудотворца Николая вынесен был на берег Сухоны, где и ныне часовня существует, а бывший тут храм деревянный волею всевышнего сгорел». Иконе Николы Великорецкого особое значение придавал царь Иван Грозный, в связи с чем на месте ее спасения был учрежден по его указу мужской монастырь – Николаевская Мокрая пустынь.

На этом пустом ныне месте раньше стояла деревянная церковь Николая Чудотворца, а в конце XV века в источниках здесь отмечался Николаевский Мокрый монастырь, или пустынь.

Е. Логинов

Неизвестный западноевропейский мастер. Царь Иван Васильевич Грозный. Гравюра 16 век.

Девица из Чудского племени

По течению реки Устьи, впадающей в Вагу, на правой стороне её, в Благовещенском приходе, напротив устья Кокшеньги, между двумя ручьями, на возвышенной горе проживавшая чудь оставила по себе признаки: вал кругом сопки (кургана) – как бы род крепости и в некоторых местах ямы, сходные с погребениями. При разработке той сопки под хлебопашество крестьяне в недавнее время находили бугры глины.

Из этого заключают, что на тех местах были чудские печи.

От тех населенцев чудского племени взята была в деревню Михайловскую девица в супружество за крестьянина Черепанова. Девица та была мужественна, имела необычайную силу в сравнении с прочими девицами. Потомство же её уже ничем не отличалось от новых её земляков.