Пышка не для Дракона - Лиссбет Котцова

Пусть пока с пустыми местами.

Я убрала записи в ящик и впервые за весь день вспомнила о письме Лиоры.

«Не доверяй официальным копиям».

Теперь эта фраза звучала иначе.

У любой копии есть источник.

Путь.

Момент, когда данные переходят из одной системы в другую.

Я достала письмо.

Положила рядом со своей схемой.

Три номера партий.

Один я уже знал из сна.

Каэр подтвердил, что он связан с магическими проводниками.

Я не стала добавлять его в хозяйственную таблицу.

Это был другой уровень данных.

Закрытый.

Опасный.

Но мысль уже возникла.

Если человек хотел подменить информацию, ему не нужно было переписывать весь учёт.

Достаточно выбрать место перехода.

Точку, где одна служба считает товар уже отданным, а другая ещё не считает принятым.

Я смотрела на письмо так долго, что перестала слышать шум снаружи.

Потом заставила себя убрать его.

Рано.

Сначала книги.

Доказательства.

Не догадки.

На следующий день Лоран сдержал слово.

К полудню мой стол исчез под бумагами.

На третий день я уже различала почерки нескольких писарей, знала, какие отметки означают временную передачу, какие возврат, а какие порчу. Один раз обнаружила ошибку и обрадовалась.

Оказалось, служащий переставил две цифры.

Обычная ошибка.

Я даже почувствовала облегчение.

Затем нашлась вторая.

Тоже объяснимая.

Потом третья.

Всё это постепенно разрушало красивую теорию, которую я едва не придумала в первый вечер.

Именно поэтому вечером третьего дня я решила остановиться.

Глаза болели.

Плечи затекли.

На столе стояла давно остывшая чашка.

Я закрыла последнюю книгу.

Потянулась.

И случайно увидела лист, на котором отмечала исходные три позиции.

Две уже получили объяснение.

Не идеальное, но достаточное.

Третья осталась.

Я посмотрела на дату.

Потом на новую книгу внутренних перемещений.

Нашла запись.

Передача в мастерскую.

Всё нормально.

Открыла подтверждение мастерской.

Количество меньше.

Ненамного.

Я нахмурилась.

Проверила возврат.

Часть материала вернули.

Теперь почти сошлось.

Почти.

Разница оставалась маленькой.

Настолько, что я бы не стала задерживаться, если бы рядом не лежала ещё одна книга.

В ней была другая позиция.

Другой товар.

Другой ответственный.

Та же неделя.

Маленькая недостача.

Я замерла.

Взяла карандаш.

Отметила.

Потом ещё одну книгу.

Ещё один товар.

Не тот, который смотрела вчера.

Период тот же.

Разница снова небольшая.

Я почувствовала знакомое рабочее напряжение.

Не восторг.

Не страх.

Момент, когда случайность ещё вполне может быть случайностью, но уже обязана пройти проверку.

Я начала считать.

Не суммы.

Доли.

У одной позиции исчезло чуть больше двух процентов.

У второй три с небольшим.

У третьей меньше четырёх.

По отдельности ерунда.

В большой системе такие потери можно объяснить десятком причин.

Я взяла ещё четыре случайных позиции из других периодов.

Там расхождения тоже были.

Но даты распределялись иначе.

Вернулась к нужной неделе.

Посчитала снова.

Среднее получилось почти ровным.

Около трёх процентов.

Я сидела неподвижно.

Три процента.

Недостаточно, чтобы склад опустел.

Недостаточно, чтобы поднять тревогу.

Недостаточно, чтобы один управляющий, просматривающий сотни строк, немедленно увидел катастрофу.

Но если три процента исчезают не из одного товара.

А из разных.

В одно и то же время.

В разных книгах.

Тогда вопрос уже не в размере недостачи.

Вопрос в том, почему она умеет прятаться одинаково.

Я потянулась за чистым листом.

И в этот момент в дверь постучали.

Лоран вошёл, увидел гору открытых книг и тяжело вздохнул.

– Вы всё ещё здесь.

Я молча развернула к нему лист.

Он подошёл.

Посмотрел.

Сначала без интереса.

Потом внимательнее.

– Что это?

– Пока ничего.

– Вы говорите так каждый раз, когда нашли что-то, что вам не нравится.

– Учусь у вас.

Он провёл пальцем по датам.

– Разные товары.

– Да.

– Разные службы.

– Да.

– Разные ответственные.

– Да.

– И суммы небольшие.

– Очень.

Лоран посмотрел на меня.

– Тогда что вас тревожит?

Я указала на последнюю колонку.

Он прочитал проценты.

Один.

Другой.

Третий.

Потом вернулся к датам.

Тишина в кабинете стала плотнее.

– Все в один период, – произнёс он.

– Именно.

– Это может быть сезонная особенность.

– Может.

– Задержка учёта.

– Может.

– Ошибка при передаче между складами.

– Может.

Я подняла глаза.

– Поэтому завтра мы не ищем, чего не хватает.

Лоран нахмурился.

– А что?

Я положила палец между двумя колонками.

Туда, где товар переставал принадлежать одной книге и ещё не появлялся в следующей.

– Ищем место, где эти три процента успевают исчезнуть.

Глава 10. Путь товара

Глава 10. Путь товара

На следующее утро я попросила не новые отчёты.

Я попросила одну поставку.

Лоран посмотрел на меня с явным облегчением человека, который наконец услышал разумное количество работы.

– Одну?

– Одну.

– Вчера вам было мало четырёх книг.

– Вчера я пыталась понять систему. Сегодня хочу проверить, можно ли вообще проследить товар через неё от начала до конца.

Он поставил чашку на край моего стола.

– Какой товар?

Вот здесь пришлось выбирать осторожно.

Самая большая недостача выглядела заманчиво.

Поэтому я сразу её отбросила.

Если искать преступление, начиная с самого подозрительного результата, очень легко подогнать под него весь процесс.

Мне нужен был не красивый пример.

Нужен был обычный.

– Медные пластины для хозяйственного ремонта, – сказала я. – Та партия, что пришла чуть больше месяца назад.

Лоран нахмурился.

– Почему она?

– Потому что там есть небольшое расхождение, но ничего драматического. Если мы не сможем понять путь обычной меди, за дорогие магические материалы мне вообще рано браться.

Он посмотрел на меня внимательнее.

– Вы собирались браться за магические материалы?

– Нет. Мне их всё равно никто не покажет.

– Правильный ответ.

– Учусь жить в обществе.

Лоран сел.

За окном Вейрхольм уже шумел.

За несколько дней этот шум перестал быть для меня просто фоном. Я начала различать его части. Скрип телег с нижней дороги. Колокол у складского двора. Стук из мастерских. Команды во внутреннем дворе.

Большая система просыпалась каждое утро раньше меня.

Мне это нравилось.

В большом хозяйстве невозможно долго притворяться важным только потому, что у тебя красивое имя. Рано или поздно кто-то должен проверить крышу, посчитать мешки, принять обоз и понять, почему кузница снова требует больше угля, чем обещала.

Вейрхольм жил именно на таких людях.

Дракон мог сжечь половину склона белым жаром.

Но если к зиме не привезли масло, железо и зерно, крыло не очень помогает.

Наверное, поэтому Каэр так внимательно спрашивал на