Провинциальный остеопат. Том 4 - Артем Сластин

Я наложил тейп, слегка направив лопатку в нужное положение.

— Всё, — сказал я, когда убрал руки. — Сегодня никаких метаний.

Когда закончил, посмотрел на часы и только тогда понял, сколько времени прошло. Три спортсмена, подряд, не выдыхая. Такого у меня ещё никогда не было, пожалуй, со времён СКД, когда ко мне пришёл мой первый набор. Я уже успел и забыть, насколько это выматывает, но усталость была приятной, так как результат был налицо.

С этой мыслью я открыл блокнот и коротко записал:

«Сазонов — голеностоп, грушевидная, ягодичная. Домашние упражнения.»

«Миронова — таз, контроль корпуса, дыхание. Нагрузку не форсировать.»

«Кравцов — грудной отдел, малая грудная, лопатка. Тейп.»

«Контроль через две недели.»

Стоило мне дописать последнее слово, как перед глазами высветилось привычное меню интерфейса.

«Количество новых подопечных: 3.»

«Начальный этап реабилитации: запущен.»

«Награда за первый этап: +30 очков.»

«Тридцать? Неплохо», — подумал я.

Когда интерфейс свернулся, я убрал блокнот и устало сел на стул. Тридцать очков за начало работы с тремя спортсменами были приятным бонусом, но куда важнее, что теперь каждый из них был официально зачислен в мои подопечные. А это значит, что все будущие спортивные успехи будут напрямую сказываться на моём личном счёте виртуальных очков.

Лысев тем временем поставил на стол чайник, достал пакет сушек и приоткрыл форточку.

— Ну что, Алексей Николаевич, — сказал он, закуривая у окна. — Ребята впечатлены.

— Это хорошо, — ответил я, убирая расходники в сумку.

Валерий Иванович затянулся и некоторое время молча смотрел на старые фотографии спортсменов, развешанные по стенам.

— Скажу тебе честно, Алексей Николаевич, когда писал тебе, то думал, что очередной спец, у которого пафоса больше, чем мозгов, но готов признать, что ошибался.

Я усмехнулся.

— Вы и понятия не имеете, сколько раз я это слышал. Все в первую очередь смотрят на возраст и сразу делают выводы.

Мужчина кивнул.

— Вот только те, кто старше тебя, помочь так и не смогли.

— А я и не помог, — честно ответил я. — Точнее, не полностью.

— Больше, чем твои предшественники, — заключил Лысев. — Поэтому давай так, предлагаю тебе работать дальше.

Я перестал складывать тейпы и прищурился.

— В каком формате? Живу-то я в Москве.

— Раз в две недели приезжаешь к нам. Все трое будут исключительно твоими, других спецов и на пушечный выстрел не подпущу. Пятнадцать тысяч на выезд плюс оплачиваемый проезд. Если кто-нибудь из твоих ребят в течение года выполнит норматив мастера — ещё по пятёрке сверху за каждого. Этот выезд тебе, естественно, будет оплачен.

Вот теперь предложение действительно становилось интересным. Дополнительная тридцатка в месяц — это больше, чем было в Бауманке. Оказывается, очень выгодно работать на себя. Вопрос, откуда тренер будет брать деньги, задавать я не стал, и так понятно, что часть оплаты на себя возьмут спортсмены или их родители, а другую, может быть, из каких-нибудь фондов.

— Есть условия, — сказал я.

— Говори.

— Я не лезу в лекарства и решения хирургов. У меня нет медицинского образования, и если врачу понадобится операция или медикаменты — это их зона ответственности. Моя задача заключается в восстановлении движения, нагрузки и биомеханике тела.

Лысев кивнул.

— Последнее, что мне нужно — это разбирательство с комиссией, поэтому звучит вполне разумно.

— Плюс мне понадобятся тренировочные планы. Я должен знать, что они делают между нашими встречами. Иначе каждый раз буду начинать вслепую и всё исправлять.

— Договорились.

— Это ещё не всё, Валерий Иванович, — продолжил я. — Раз в неделю нужен будет такой же отчёт, как вы присылали мне на почту. Где болит, планы тренировок, съёмки выполнения упражнений. Желательно с видео. Нужно следить за процессом, — я вспомнил про Аню. — И возможность использовать эти материалы в своих целях.

— А это зачем? — тут же поинтересовался тренер.

— Для улучшения моей методики, конечно же.

— Тогда ладно, сделаем, — уверенно заявил мужчина и протянул мне руку. — Ну что, тогда через две недели?

Я пожал её в ответ.

— Через две недели.

На этом мой первый визит в Калугу был закончен. Мы поужинали в местной кафешке, поговорили на тему моих новых подопечных и о том, какие планы выстраивал на них Лысев. Затем мужчина отвёз меня на вокзал, где меня уже ждала электричка обратно в Москву.

Я бросил взгляд на часы — уже больше девяти вечера. Пока доберусь, уже будет далеко заполночь, метро явно закроется. Впрочем, заработанных денег хватит на такси.

Внутри было тепло, за окном проплывали редкие огни станций, а меня постепенно начало вырубать после целого дня на ногах. Однако именно в таком состоянии полудрёмы до меня наконец дошло, что у меня только что в клиентах появилась целая спортивная школа, готовая платить на постоянной основе.

Как раз именно то, чем я и планировал заниматься — реабилитацией спортсменов.

Так что задача стояла довольно ясная. Мне нужно убрать хроническую перегрузку ахилла у Сазонова, стабилизировать состояние и вернуть к соревновательным прыжкам без рецидивов Миронову, а также полностью исправить амплитуду плеча и позволить Кравцову метать без боли.

Ну что же, будем работать, а там кто знает, может, Лысев замолвит за меня словечко перед другими олимпийскими школами?

Глава 9

Электричка начала тормозить ещё на подступах к Киевскому вокзалу. Сначала вагон легко качнуло, что заставило меня открыть глаза, а затем снизу послышался мерзкий металлический скрежет, от которого я окончательно проснулся и машинально выпрямился на сиденье. За окном проплывали фонари, какие-то технические строения, размазанные сонным взглядом в длинные полосы света.

Над головой раздалось шипение динамика, и я устало потёр глаза.

— Уважаемые пассажиры! Наш поезд прибыл на конечную станцию Москва-Киевская. Локомотивная бригада благодарит вас за то, что воспользовались пригородным поездом компании «Российские железные дороги».

Я провёл ладонями по лицу и несколько раз моргнул. Вот это меня сморило.

Вагон к этому моменту практически опустел. Люди уже стояли в проходе с сумками, пакетами и клетчатыми баулами. Крупная женщина, укутанная в цветастый платок, поправляла ребёнку шапку, а стоящий рядом мужчина торопливо застёгивал куртку, будто боялся пропустить остановку и уехать куда-нибудь в Санкт-Петербург. Впрочем, случаи, когда заснувшие пассажиры уезжали в депо, были, так что беспокоится он не зря.

Я взглянул на часы. Стрелка почти добралась до часа