Вечная философия - Олдос Хаксли

Основы, состоит в том, что, подобно всем порывам сердца, чувственная любовь усиливает ощущение самости, основное препятствие на пути к воссоединению. По словам святого Франциска Сальского, «проклятые вечно пребывают в движении, не ведают ни мгновения отдыха; мы, смертные, продолжая свой земной путь, то движемся, то отдыхаем… Недвижим один Господь». Следовательно, мы обретаем знание и любовь к Богу только тогда, когда пребываем в божественном покое, превосходящем всякое понимание. А к такому покою предстоит идти через обыденный и всем хорошо известный мир – мир между народами и внутри них (ибо войны и насильственные революции склонны почти полностью отгораживать Бога от большинства их участников); мир между индивидуумами и внутри индивидуальных душ (ибо ссоры, страхи, любовь, ненависть и честолюбие отдельного человека не менее губительны для духовной жизни, чем великие потрясения). Мы должны стремиться к миру для себя и для других, дабы подготовиться к принятию того покоя, какой есть плод Святого Духа и условие, по словам апостола Павла[240], обретения познания-любви, объединяющего с Богом.

Только когда разум твой в состоянии полного покоя, сможешь ты преобразовать сей ложный разум смерти и нового рождения в ясный Истинный Разум, а тем самым постигнешь изначальную и просветляющую Суть Разума. Вот отправная точка твоих духовных упражнений. Установи для нее соответствие с целью, и ты с помощью правильных упражнений сможешь достичь совершенного Просветления.

Если хочешь привести свой разум в состояние полного покоя и восстановить его изначальную чистоту, должно действовать так, словно ты очищаешь воду из грязного источника. Дай ей отстояться, пока осадок не соберется на дне кувшина, а вода не станет чистой, и это соответствует состоянию разума до того, как его начали терзать нечистые желания. Затем должно тщательно процедить чистую воду… Когда разум войдет в состояние полного покоя и полной сосредоточенности, тогда постигнет он все сущее не по отдельности, а в единстве, где нет места страстям, и единство это полностью соответствует загадочной и неописуемой чистоте нирваны.

«Шурангама-сутра»[241]

Один только Бог – источник и русло для всякого блага, сущностной истины и отрады. И все, что не есть Бог, то из себя источает природную горечь, печаль и страдание и к благости, каковая от Бога исходит и является Богом, нимало не прибавляет, но умаляет ее и покрывает и прячет ту сладость, негу и радость, которую дарует Бог[242].

Майстер Экхарт

Духовный прогресс, как мы имели возможность убедиться на нескольких других примерах, всегда движется по спирали и возвращается обратно. Освобождение от эмоционального возбуждения и отвлечений ставит человека на путь любви к ближнему; а любовь к ближнему или объединяющая любовь-познание – это путь к наивысшему божественному покою. То же самое можно сказать о смирении, третьем характерном признаке любви к ближнему. Смирение есть необходимое условие высшей формы любви, каковая дает возможность превратить смирение в полное умаление себя.

Хочешь ли стать паломником на дороге Любви?

Тогда вот первое слово: будь смиренным, как пыль и пепел.

Абдуллах аль-Ансари

Что за милость это оскорбление для души, которая принимает его с твердой верой! В этом есть тысяча благословений для нас самих и для других; ибо наш Господь дарит Свою благодать смиренным. Смирение делает нас благотворительными к нашему ближнему; ничто не делает нас такими кроткими и снисходительными к ошибкам других, как видение наших собственных. Две вещи производят смирение в соединении: первое – это видение пропасти нищеты, из которой всемогущая рука Божия извлекла нас и которая все еще держит нас, как будто в воздухе, и второе – это присутствие этого Бога, Который есть ВСЕ. Наши ошибки, даже наиболее несносные, окажутся полезными для нас, если мы используем их для нашего унижения, не ослабляя наши усилия исправить их… Мы не должны надеяться на себя, но ждать все от Бога… Ложное смирение – считать себя не достойным даров Божиих, не осмеливаться с уверенностью ждать их; истинное смирение состоит в глубоком видении нашего чрезвычайного недостоинства и в абсолютном предоставлении себя Богу без малейшего сомнения, что Он сделает величайшее в нас. Те, кто истинно смирен, будут удивлены, услышав что-нибудь возвеличивающее о себе[243].

Франсуа Фенелон

Мы видели, что чувства способны выступать побуждениями для любви к ближнему, но сама эта любовь – как любовь и как милосердие – берет начало в воле, конкретно в воле к миру и смирению внутри себя, в воле к терпению и доброте по отношению к своим собратьям, в воле к той бескорыстной любви к Богу, которая «ничего не просит и ни в чем не отказывает». Волю же можно укреплять постоянными упражнениями и закалять стойкостью. Это наглядно явствует из нижеследующей записи, восхитительной в своей босуэлловской живости, беседы между молодым епископом Белле и его обожаемым другом и наставником Франциском Сальским.

Однажды я спросил епископа Женевского, что нужно предпринять, чтобы достичь совершенства. «Ты должен возлюбить Бога всем сердцем, – ответствовал он, – и ближнего своего, как себя самого».

«Я не спрашиваю, в чем состоит совершенство, – возразил я, – а хочу знать, как его достичь». «Любовь к ближнему, – не сдавался он, – есть одновременно цель и средство, и достичь оного совершенства мы сможем только посредством означенной любви к ближнему… Если в душе заключена жизнь тела, то в любви к ближнему заключена жизнь души».

«Я знаю все это, – сказал я. – Но хочу знать, как надо любить Бога всем сердцем и как возлюбить ближнего своего».

Он снова ответил: «Мы должны возлюбить Бога всем сердцем и ближнего своего как себя самого».

«Я по-прежнему не понимаю, – признался я. – Поведайте, как мне обрести такую любовь?»

«Наилучший, скорейший и кратчайший способ возлюбить Бога всем сердцем – это возлюбить Его всем сердцем!»

Он не желал давать иного ответа. Впрочем, в завершение епископ промолвил: «Ты не один такой, сын мой. Очень многие жаждут вызнать у меня способ, правило и тайны достижения совершенства, но всем я могу сказать лишь одно: единственная тайна – это искренняя любовь к Господу, а прийти к такой любви возможно, только любя. Ты учишься говорить, разговаривая; ты овладеваешь знаниями, покуда учишься; ты постигаешь бег, когда бегаешь; ты осознаешь труд, когда трудишься. Точно так же ты учишься любить Бога и ближнего своего, когда любишь. Все, кто полагает, будто есть иной путь, обманывают себя. Если хочешь возлюбить Бога, то люби Его все больше и больше. Начни как простой