Хозяин Оков XII - Павел Матисов

— Ройте траншеи, Земляные кроты! — командовал я. — Окопы — основа позиционной войны! Делайте укрытия для моих стрелков в нескольких местах! Вон на той возвышенности впереди, на флангах и в тылу!

— А в тылу зачем? Разве ваши стрелки оттуда достанут?

— Кто его знает, вдруг придется отступать? — заметил я.

— Сумеречный Лес не отступает! — возразил мне один из командиров по фортификациям.

— Ага, видел я, как вы из Фейхарна не отступали — только пятки сверкали, — хмыкнул я. — Работайте, ксарги. Подготовка — ключ к победе!

После взятия города и других подвигов Сумеречные эльфы зауважали меня. Былая слава имперского цепного пса померкла. Теперь с моими словами считались. Близость к Эмиссару Кшанти позволяла мне отдавать команды рядовым бойцам. Не сказать, чтобы меня здесь любили или ценили. Скорее, опасались и немного уважали. Эльфы почитали силу в общем смысле этого слова, так что смертоносные чародеи получали свою долю славы.

А вот в Нуэз происходило обратное. Жители убедились в версии Туенгоро. Я действительно стал предателем, как и говорил генерал. Эльфийским Мясником, уничтожившим тысячи солдат. Обо мне слагали страшные сказки, жуткий отступник-чародей снился детям в кошмарах.

Впрочем, Хорану Мрадишу не привыкать.

Чего греха таить, я немного прикипел к Нуэз. Строил планы о том, чтобы осесть здесь. Наладить связи при дворе, проявить себя перед императором. Возможно, породниться с внучкой Унзара. Однако теперь данный путь закрыли передо мной. Дженнифер точно не выдадут замуж за Эльфийского Мясника. Ну да Боги с ней. Мне эльфо-жен за глаза хватает. Я всего могу добиться сам, и никакие принцессы мне для продвижения не нужны. Я сам по себе ценный приз и почти что Лучезарная принцесса. Да! Это за мою руку должны биться красавицы со всего Тардиса, а не я стоять в очереди, словно бездомный за миской похлебки.

К ксаргам Нуэз. Тардис велик, так что найду себе новый дом. Или построю собственный с блэк-джеком и Лунными эльфийками. В магии я поднаторел, так что смогу устроиться. С Богиней бы еще разобраться. Ведь Аурифи-Локдар меня в покое не оставит. Но рано мне грезить о сытых временах. Сначала освобождение и месть!

Войска занимали удобные позиции по обе стороны долины, стараясь отбить возвышенности. Мы со стрелками также пробрались по вырытым Земляными эльфами траншеям к укрытиям — выемкам в грунте и плотным утрамбованным насыпям. Противники начали вялый обстрел друг друга, когда кто-то подходил на дистанцию атаки.

Мы со стрелками окопались на одном из центральных пятачков, откуда хорошо просматривались и простреливались передовые части имперцев. Не зря я дорабатывал Ледяную Призму под дальнюю дистанцию. И здесь обновленная печать пригодится. Некоторых мы могли достать, но я медлил. Нельзя потратить свой козырь на мелочевку. Поняв, что мы можем дострелить до них, нуэзийцы отступят или окопаются сами.

— Чего ты ждешь, Лучезарный маг? Твои стрелки ведь могут добить до имперцев? — вопросила подъехавшая Кшанти.

— Никак нет, о великая госпожа! Дистанция слишком велика для прицельной стрельбы! — солгал я.

— Ты уверен в этом? Если есть возможность уничтожить одаренных — стреляй сразу!

— Так точно, госпожа! Будет исполнено! — отсалютовал я.

Кшанти покрутилась рядом и двинулась проверять другие участки фронта. Сумеречные эльфы редко участвовали в грандиозных сшибках, поэтому у Эмиссаров возникло много забот.

Ошейник я деактивировал, поэтому мог врать, сколько душе моей угодно. От вранья госпоже испытывал настоящий кайф и легкий азарт. Просто потому, что я мог делать, что захочу, без принуждений и жуткой боли. Спустя недели мытарств, наконец, обрел долгожданную свободу!

Я следил за передвижениями имперцев в подзорную трубу. Один из офицеров выехал на гурде перед залегшими строями солдат. Присмотревшись, я узнал Туенгоро по некоторым признакам. Генерал выехал на открытую местность, на которой мы могли достать его! Ради такого вполне можно раскрыть свой козырь.

Вот только не успел я отдать команду, как впереди возникла Пепельная завеса. Вихри скрыли всадника с наших глаз. Генерал перестраховался и попросил Пепельную колдунью прикрыть его. Серая буря встала заслоном, и наводчики не могли высмотреть цель.

И зачем Туенгоро выехал вперед, покрасоваться решил? Возможно, компенсирует свой трусливый побег из вверенного ему города? Назначенный императором губернатор ведь позорно бежал из Фейхарна, бросив часть войск. О нем пошла дурная молва, вот он и решил показать нуэзийцам, что у него еще осталось подобие яиц.

Я выжидал подходящий момент для нанесения удара. Туенгоро должен быть уничтожен. Если не смогу достать его сейчас, то потом может стать сложнее. Генерал редко рвался на рожон и чаще отсиживался в тылу. Магических способностей он не имел, в бою не участвовал, плюс сбегал сразу, как только запахнет жареным.

— Готовьтесь атаковать! — скомандовал я Солнечному расчету.

Наводчик повернул прицел турели с Призмой примерно в ту сторону, где мог находиться всадник:

— Но ничего ведь не видно из-за Пепла! — возразил он.

— Не торопись, — усмехнулся я. — Почему-то я уверен, что в Пепельной завесе может вдруг открыться просвет…

В империи из Пепельных осталась лишь Неллис. В прошлый раз она помогла мне с Велариосом. Может, сейчас подставит и Туенгоро. Не удивлюсь, если это из-за нее генерал и поперся вперед. Эта брюнетка хорошо умела водить за нос падких на фигуристых дам мужиков.

— Сейчас! Огонь! — махнул я рукой, заметив, как Пепельная завеса вдруг начала развеиваться.

Ненадолго показался силуэт всадника. Туенгоро на секунду остановился и взглянул в сторону эльфийских порядков с недоумением. Похоже, он не понимал, почему Пепел вдруг резко расступился. Самое время ударить по поганому предателю!

Скрещенный луч пронзил пространство, ударив в грунт возле имперских солдат. Потрескивающее гудение мощного энергетического всплеска звучало как музыка для моих ушей. Наводчик повернул турель, навел прицел прямо на голову всадника и пронзил череп. Генералу начисто снесло башню от таких поворотов. Наездник рухнул с гурда, и Пепельные хлопья скрыли тело от нас.

— Потому что никто не смеет обижать Хорана Мрадиша! — выкрикнул я, довольный свершенной местью. — Ксаргу ксаргья смерть!

Мне было, безусловно, приятно увидеть торжество справедливости, но большой радости от смерти генерала я не испытывал. Все мое внимание концентрировалось на конспирации и окружающей обстановке. Меня больше волновали собственное освобождение и план побега. А смерть Туенгоро отпразднуем потом, когда выдастся такая возможность.

Неллис — умничка. Грамотно подгадала момент, открыв генерала на нужный для нанесения удара срок. Завеса закрылась за ним, словно бы ничего и