Хозяин Оков XII - Павел Матисов

Я любовался бойней, ощущая, как в глубине ауры поднимается темное естество. Туман ведь никуда не делся. Впрочем, я сильно не развивал данную стихию, а влияла на разум она куда слабее оригинальной Тьмы. С которой, к слову, я тоже умел справляться благодаря обширному опыту, полученному в Родлигане. Так что и Туману мог сопротивляться.

— Отправьте их всех к праотцам, кши! — азартно выкрикивал я.

Услышав сигнал, рабыни клана Дзартен стеклись к основному нашему укрытию и быстро порешили остатки Сумеречных, находящихся поблизости, включая раненых.

Вот только не все расчеты сумели сменить позицию. Одна из групп из четырех эльфов успешно подобралась поближе к нам с западного фланга. А вот второй расчет так и не появился. С их стороны раздавались звуки боя, воздух прошивали Лучи Света. Похоже, войска успели их накрыть и подавить. Жаль. Солнечных стрелков следовало беречь.

Но в целом нам удалось закрепиться на центральном пятачке, занять несколько удобных укрытий на возвышенностях, откуда отлично простреливались основные места.

Стрелки косили всех вокруг без разбора. Имперцы, Сумеречные, эльфы, люди, какая к ксаргу разница? Нас заботили лишь собственное выживание, месть и свобода. Поэтому мы должны были уничтожить всех! Истинное кровавое побоище.

Спустя время и Кшанти прорвалась к нашим укреплениям вместе с подручными. Ночная эльфийка попыталась сократить дистанцию и ударить меня Проклятьем. Эмиссар была очень близка, надо признать. Она действительно била проклятыми эманациями на несколько шагов. Темные сгустки могли легко обогнуть или проникнуть через щит. Мне-то требовалась всего капля на активацию. Адарис, Призывающая эльфийка, успела выставить своего древесного духа на пути заклятья, придя мне на помощь.

Умом-то я понимал, что мне следует уничтожить Ночную эльфийку. Держать в ошейнике такую особу может быть чревато. Сколько Ренуати мне проблем доставила. А ее мамаша как бы ни сильнее в плане воли и магии. Разум твердил, что от нее следует избавиться. Мало мне одного Проклятья было?

Вот только другая часть моего тела не желала терять эту смертоносную красоту. Кшанти имела привлекательное тело, прагматичный характер и мощную ауру. Иметь в союзниках сильного Ночного эльфа может быть полезно.

Знал, что из-за нее у меня возникнут проблемы. Знал, но не смог устоять. У всех нас есть свои маленькие слабости, и Эмиссар стала одной из них. Не сказал бы, что горел желанием отомстить ей. Все-таки Кшанти в какой-то степени спасла меня из жутких лап дочери, которая бы точно меня сгноила. Да, она использовала меня для своих целей, но не издевалась намеренно. Пожалуй, я относился к ней нейтрально в этом плане.

Будет крайне справедливо, если Кшанти сама побудет в шкуре собственных слуг в ошейниках. Я тоже получил хороший урок. Надо и Эмиссару пройти этот непростой путь.

В итоге мы задавили Кшанти. Уничтожили приближенных, а Эмиссара я вырубил сам. Израненная матрона Ночных эльфов опала на землю. Я уже собирался нацепить на нее ошейник и привязать к себе, как краем глаза уловил какое-то движение.

— Сзади! — выкрикнула Адарис запоздало.

— Сдохни, Мрадиш! — с ненавистью выплюнула Ренуати, сумевшая незамеченной подобраться к нашим позициям.

Я резво развернулся и поднял Барьер, который не успел развеять. Проклятые эманации врезались в плотный щит и разошлись в разные стороны. Я мгновенно вспотел. Если хотя бы одна капля просочилась, мне наступил бы крантец.

Ренуати пронзил скрещенный луч и еще несколько заклятий, выпущенных слугами. В теле эльфийки образовалось множество не предусмотренных природой отверстий, изо рта сочилась кровь, тело дрожало. Однако Ренуати перла вперед, словно эльфийский терминатор. Ей было плевать на собственную жизнь. Лишь бы достать меня.

— СДОХНИ! — обронила она, умирая, и выпустила всю накопленную внутри себя ненависть в виде вихря проклятых эманаций.

Я бросил в ответ дополнительно Туман и усилил Барьер, попытался отскочить в сторону. Но расстояние было слишком близким. Мои магические щиты практически прикрыли меня от удара Ночной эльфийки. Но все-таки небольшой щуп Проклятья прорвался через слои заслонов. В ином случае такой удар бы нанес мизерные повреждения моему организму. Но дремлющие семена Королевы меняли расклад кардинально.

Я ощутил, как моя аура и тело всколыхнулись. Зараза проникла внутрь и распространилась в мгновение ока. Резанула жуткая боль.

— Манда с ушами! — ругнулся я и занес клинок.

Раненая Ренуати даже не убегала. Она была довольна своей местью. Я за один удар снес Эмиссару Смерти голову. На ее лице навсегда застыла мерзкая полуулыбка. По крайне мере Ренуати мертва. Мне удалось отомстить за себя и за всех тех бедных людей, за чьими скальпами она охотилась. Эмиссар, наконец, встретилась со Смертью.

Я припал на одну ногу и скривился от бушующих внутри пульсирующих болей. Меня ломало и корежило.

— Чародей? — подошла Адарис.

— Держите оборону. Уничтожайте противника! — обронил я команду.

— Госпожа! Милостивая госпожа Кшанти! Что с вами сотворили⁈ — прибежал на наши позиции Домовой.

Обеспокоенного целителя не стали трогать.

— Твоя госпожа получила по заслугам, — хмыкнул я.

— Лучезарный маг, как вы могли⁈ Я ведь уважал вас! Вы предали госпожу!

— Предал? — прохрипел я. — Предать может только тот, кто служит по своей воле. К тем, на ком ошейник подчинения, претензий быть не может.

— Мерзавец! — набычился он и поднял посох в мою сторону.

Адарис и еще несколько слуг встали между нами.

— Помоги своей госпоже, не то она помрет, — посоветовал я.

В текущем состоянии Кшанти будет сложно тащить за собой, так что лечение ей не помешает.

Домовой бросился лечить раны своей госпожи, приговаривая, что все будет хорошо. Н-да, клинический случай. Чародей вызывал у меня некое омерзение. Впрочем, он выбрал свою сторону. Возможно, лишь благодаря Домовому я и не рассматривал возможность сотрудничать с эльфами. Видя перед собой падшего чародея, я подсознательно примерял образ на себя. Мне по такому пути идти не хотелось.

Колдун был опустошен и частично сломлен. Милосердно было бы лишить его жизни, ведь он легко ударит мне в спину. Но, пока Кшанти жива, он будет прислуживать ей. А чародеи такого ранга на дороге не валяются. В нашем отряде бунтовщиков я был единственным целителем. Домовой может нам пригодиться.

Кряхтя и подволакивая немеющую правую ногу, я подошел к Кшанти, подобрал валяющийся рядом ошейник и нацепил на эльфийку. Другой ошейник, нашедшийся поблизости у одного погибшего раба, достался Домовому. Сладкая парочка стала моими слугами.

Правая нога ниже колена ужасно болела и с трудом двигалась. Черные пятна снова