Плата за жизнь - Татьяна Александровна Захарова

заключить новый. От неожиданности она отреагировала на предложение эмоционально. А значит, не притворялась. Её действительно обидело предложение заключить контракт на секс. Почему, черт её подери? Я готов поверить, что был единственным доминантом, с которым она заключала подобный контракт, но сам факт того, что она продавала себя, говорит о многом. При наличии довольно престижной профессии работать проституткой ради быстрых денег ни одна уважающая себя женщина не будет.

Так! Всё! Надоели эти недомолвки. Догнав в два шага девушку, я удержал её за руку.

– И на что ты обиделась, Лия?

Не сразу уловила, как я к ней обратился. А когда поняла… снова этот страх! Отбил её попытку уйти в несознанку. И доступно объяснил, почему молчал раньше. Юля же упорно пыталась замкнуться в молчании, но в итоге объяснила, чего боялась. И зачем мне распространяться о событиях годовой давности? Здесь мы оба подвязаны. Год назад я не думал, что вернусь в Россию, поэтому и плевал на собственную репутацию. Так что мы в одинаковом положении, огласка нам не нужна. Хотя стоит только пустить слух, что переводчица на самом деле бывшая шлюха, и ей не отмыться. И, похоже, она думала, что я буду шантажировать именно этим. Успокоил и на счет этого момента, но желанного результата так и не добился. Да твою мать, Юля! Что с тобой не так?! Почему отказываешься от наслаждения, которое можешь получить со мной? Нет, я не поверил, что я ей не интересен, но позволил уйти.

Правда, совсем без присмотра оставлять не стал. Ещё заблудится в незнакомом городе. И естественно, Юля свернула не туда. Озвучил её ошибку, а в ответ: «погулять захотела». Ночью, в довольно откровенном платье?! В Европе, полной нелегалов из Сирии, которые на любую белую девушку облизываются, я уже молчу о такой привлекательной. Озвучил часть опасений, и Юля не стала больше спорить. Скинув мои ладони со своих плеч, развернулась в сторону отеля. Хмм, интересно, почему она всё-таки избегает моих прикосновений?

Пиджак, словно он обжигал ее, сунула мне еще в лифте, и едва дверцы раскрылись, поспешила скрыться в своем номере. С трудом удержал себя от погони. Я все ещё желал схватить её за волосы и зацеловать так, чтобы она напрочь забыла о сопротивлении. А потом оттрахать так, чтобы навсегда избавиться от этого голода. Стоп! Стоять, Алексей. Ни шагу, пока не успокоишься.

Я с силой выдохнул и развернулся к двери собственного номера. Стукнул по стене кулаком, болью приводя себя в чувство. Хрен с тобой, Юля-Лия! Хочешь чисто деловые отношения? Получишь! Давно я не катал никого на эмоциональных качелях. Но ты сама напросилась. Посмотрим, как тебе понравится безразличие.

В номере налил бокал коньяка, чтобы прочистить мозги. Больше нельзя, завтра переговоры. Но прежде сходил в душ, чтобы остыть. Ледяной душ помог справиться с эрекцией. А крепкий алкоголь преодолеть неудовлетворение. Так что воспоминания о зеленоглазой ведьме я смог подавить. Но они вернулись ночью во сне. Я снова и снова овладевал ею, причем под утро проснулся от собственного стона удовольствия с приличной эрекцией. Ведьма! Не верю я в сверхъестественную муть, но уже начинаю подозревать приворот.

Душ, крепкий кофе в номер, и я неспешно собираюсь на встречу. Интересно, в каком состоянии после ночного загула будет сегодня Владимир? Написал ему сообщение, и уже через три минуты ко мне ворвался отвратительно бодрый приятель.

– И как самочувствие? – спросил я его после приветствия.

– Охренительно, – искренне ответил он. И откуда у него столько энергии? – Я вчера недолго в клубе зависал, так что не беспокойся.

– Что, ни одна итальяночка не приглянулась? – не смог спрятать сарказм, каюсь.

– Самое удивительное, что нет, – задумчиво ответил он. – Я всё о нашей переводчице думал. Есть в ней что-то такое… цепляющее. Настоящая женщина, которая при желании могла бы вертеть любым мужчиной. Но у неё этого желания нет. Скорее ведомая, а значит, саба из неё получится миленькая. Плюс Юля не испорчена ещё мужским вниманием. Не стерва, но при этом есть стержень внутри. И преданная, – он снова замолчал. – Мужчина, которого она полюбит, будет счастливчиком.

– С чего ты взял, что она преданная? – уточнил я. По этому поводу у Владимира есть пунктик. Так что это высший комплимент, который он мог дать женщине.

– Ты помнишь, как она об отце Карины говорила? Прошло столько лет, а она все ещё тоскует по нему.

В его голосе даже проскользнули мечтательные нотки, и это раздражало. Я знал, как вернуть его на землю. Достаточно сказать, что Юлия и Лия – это одно лицо, и он больше не посмотрит на неё, как на достойную внимания женщину. Так что способ отвадить его от Юлии был, но что-то мешало мне это сделать. Как будто этим я предам Юлю. Поэтому я просто тихо скрежетал зубами, завязывая галстук.

– А вы вчера как посидели в ресторане? – спросил меня Владимир с интересом.

– Что конкретно тебя интересует? – уточнил раздраженно.

– Ты тоже на неё запал, – не спрашивал, просто констатировал факт приятель. – Поэтому у меня вопрос: сойдешь с дистанции? Или мы снова соперничаем?

Хлопнув дверью шкафа, я выругался.

– Не сойду, – коротко ответил я, надевая пиджак.

– Пари? – уже с улыбкой уточнил он. Я выдохнул зло: и откуда в нем это желание всё сводить к соревнованию? Ведь он всерьез заинтересовался Юлией, я видел. Зачем это ребячество? – Кто вперед затащит её в койку, а точнее, разведет на секс. Проигравший отходит в сторону и больше никогда не клеится к ней.

– Да не клеился я к Алисе, – вспылил я. Эта история давно уже отравляет нашу дружбу. – Она сама припёрлась ко мне домой. А я был под хорошим градусом, иначе бы выставил её за дверь сразу. Чем хочешь могу поклясться.

– Лучше поклянись, что, если я выиграю, ты выставишь Юлю за дверь в аналогичной ситуации, – неожиданно серьезно сказал Владимир. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы хоть как-то сдержать гнев.

– Хрен с тобой. Клянусь, – ровно сказал я и криво усмехнулся. – Даже фору тебе дам. Дней так пять. Устроит?

Он вскинул брови, удивленный такой щедростью. Но объяснять причины такой форы я и не подумал. Да и наблюдая за ними, пойму, какие ходы приятеля будут удачными.

– Ещё как, – усмехнулся Владимир. – Я тогда пойду. Успею ещё Юлю на завтрак пригласить.

Теперь я выразительно приподнял брови. Его нахальство не имеет границ. Особенно если учесть, что завтраки-ужины оплачены мной. Владимир же, не обращая внимания на мою ухмылку, направился к выходу. Захватив папку, я вышел из номера спустя