Реджеп Тайип Эрдоган - Севинч Учгюль

Между тем повестка дня и так была перегрета из-за инцидента с трансляцией записи речи Эрдогана 1992 года. В качестве конкретного доказательства запись стала очень весомым аргументом для тех, кто не доверял Эрдогану. Заявление генерального прокурора заставило их поверить в обоснованность своих опасений. В то же время заявление Канадоглу показало, что последствия «процесса 28 февраля» все еще имеют место.

Председатель Партии справедливости и развития Тайип Эрдоган не стал больше оправдываться и 23 августа 2001 года провел пресс-конференцию в стамбульском отеле Kalyon. В течение некоторого времени AK Parti и ее лидер стали предметом жестких дискуссий. Пресс-конференция была необходима, чтобы правильно информировать общественность по данному вопросу и прояснить некоторые заявления СМИ. В зале присутствовали журналисты и множество сторонников Партии справедливости и развития. Эрдоган обвинил во всем случившемся СМИ и не ответил на заданные ему вопросы журналистов. Ассоциация журналистов Турции (Türk Gazeteciler Cemiyeti, TGC) выступила с письменным заявлением, раскритиковав позицию лидера на пресс-конференции. Аналогичное осуждение прозвучало и со стороны Совета прессы (Basın Konseyi), журналистам рекомендовалось в такой ситуации покинуть зал. Генеральный секретарь партии Эртугрул Ялчынбайыр заявил: «Мы были обязаны сдерживать волнение некоторых членов партии. Нам нужно проводить более достойные пресс-конференции», в то время как Эрдоган сказал: «Те, кто пришли на пресс-конференцию, не являлись зарегистрированными членами партии. Партийной организации пока не существует, поэтому на пресс-конференцию пришли обычные люди, представители народа. Не бойтесь народа»[107].

Фактически встреча была перенесена на два дня раньше запланированного срока, и выступление Эрдогана показало, что Партия справедливости и развития очень серьезно отнеслась к этому событию. Он подчеркнул, что Партия справедливости и развития была основана в условиях, когда страна находилась в глубоком политическом, экономическом и социальном кризисе; она полна решимости рассмотреть все проблемы, покончить с бедностью, безработицей и коррупцией. Народ знает о решимости AK Parti добиться социального консенсуса во всех сферах жизни, основанного на компромиссе, толерантности и диалоге, а также о том, как распри и конфликты ведут страну к пропасти.

Будучи еще мэром Стамбула, Реджеп Тайип Эрдоган заявлял, что проблемы не должны решаться путем переговоров двух лидеров, политическая монополия должна уйти в прошлое, уступив место низовой демократии, определяемой в том числе обсуждениями и советами. Точку, где пересекаются интересы и ожидания высшего и нижнего звеньев, он считал реализацией демократии и знаком качества в политике.

Среди ярких особенностей выбранной Эрдоганом стратегии следует отметить ревизионизм, и это особенно было заметно в ходе работы по созданию Партии справедливости и развития. Обозначая проблемы и действуя в соответствии с условиями того времени, он стремился привнести новое видение и терминологию. Работа над политической терминологией была призвана дать возможность проводить национальную самобытную политику в четко очерченных рамках «консервативной демократии».

Любая новаторская деятельность, любая свежая мысль и идея неизбежно наталкивается на сопротивление косных структур и скептически настроенных слоев общества. В центре внимания был вопрос об осуществлении Эрдоганом политической деятельности. Юристы утверждали, что у него нет никаких ограничений в правах в свете решений Верховной избирательной комиссии, Верховного апелляционного суда и Государственного совета, а также законов об отсрочке приговоров и правовой безопасности. Однако генеральный прокурор Анкары Нух Мете Юксель подал уголовный иск против Партии справедливости и развития в Верховный апелляционный суд (TCK статья 146). Жалоба прокурора Юкселя была основана на выступлениях Эрдогана в Ризе в 1992 году и в Аусбурге (Германия) в 1993 году, а также включала выступления Бюлента Арынча в Конье и на собрании партийной группы 16 мая 2002 года и трансляции видеозаписи этих выступлений в СМИ. Согласно Закону о политических партиях, Генеральная прокуратура Верховного апелляционного суда, которая размещает информацию и документы в досье соответствующей стороны, может возбудить дело о роспуске партии после изучения этих документов, если сочтет их нужным.

Эрдоган отреагировал на эти события следующим образом: «После 28 февраля мы осознали необходимость двигаться в сторону Европейского союза. Речи, произнесенные ранее, были сказаны под влиянием сложившейся тогда ситуации. Некоторые трактуют это как основание не давать разрешения на нашу деятельность. Однако Партия справедливости и развития не намерена получать разрешение ни от кого, кроме конституции и избирателей». В условиях политического хаоса Эрдоган подчеркнул: «Мы стремимся быть не просто правящей партией, а властью, обладающей законным правом принимать законы демократическим путем. Светское крыло политического спектра обеспокоено этим и выступает против, им это не нравится». Такие настроения вызвали протесты у некоторых политиков. Бюлент Эджевит выражал опасения, что «режим может столкнуться с серьезными проблемами», а Месут Йылмаз открыто заявил, что не доверяет властям, напоминая, что «их стервятники закрыли три партии». В результате члены AK Parti и сам Эрдоган оказались под серьезным давлением. Эрдоган заявил: «Я придерживаюсь этого решения, но история даст нам оценку. Даже если меня исключат из партии, я, как верующий человек, буду продолжать агитировать за нее». За девять дней до выборов генеральный прокурор Сабих Канадоглу совместно с рядом лиц подал иск о закрытии AK Parti на основании того, что она якобы противоречит принципу светскости, что стало для новаторов неожиданностью.

Сабих Канадоглу утверждал, что в партийной программе и политической концепции Партии справедливости и развития содержатся элементы, противоречащие принципу светскости. В иске, возбужденном незадолго до выборов, утверждалось, что Партия справедливости и развития, апеллируя к религии, наносит ущерб светскому характеру государства и нарушает закрепленный в статье 2 Конституции принцип светскости. Эти обвинения базировались, в частности, на исламистских высказываниях членов партии.

Партия справедливости и развития расценила возбуждение дела в столь близкий к выборам момент как политический ход и попытку подорвать демократический процесс. Лидеры партии подчеркнули свою приверженность демократическим принципам и заявили, что дело о роспуске партии используется политическими соперниками в преддверии выборов. Эрдоган и другие руководители неоднократно подтверждали свою приверженность принципу светскости и действиям в рамках демократической системы.

Дело о роспуске было передано в Конституционный суд, который отклонил требование о закрытии партии и ограничился применением финансовых санкций. В результате партия не была распущена, но ей был назначен штраф. Такие действия, направленные против Партии справедливости и развития, в первую очередь обвинения, относящиеся к периоду до ее создания, рассматривались ее руководством как попытка создать несправедливые конкурентные условия в политической борьбе и извлечь из этого выгоду. Партия справедливости и развития открыто выступала против всех форм недобросовестной конкуренции, поскольку подобные действия могли негативно сказываться на эффективности, результативности и качестве политической деятельности.

На вопросы, связанные с речью 1992 года, Эрдоган ответил следующим образом: «Здесь я хочу открыто заявить перед лицом народа, что в результате усвоения того, чему учит и к чему принуждает нас жизнь, я, как и многие другие люди, остаюсь