Я обязательно вернусь. Книга 2 - Нора Ольвич

до берега. На пустынном берегу стояла пустующая хибара. Это место нам указал Луи, просто на отлично знающий побережье. Меня тянуло окунуться в прелести Прованса, но… месье Жак отправился верхом в Марсель и нанял экипаж до Парижа. Затем вернулся за нами. Мы уже в надлежащем образе выдвинулись в столицу. Жак опять же верхом, намного опережая наш экипаж, торопился снять нам отель желательно в максимальной близости от места, где проживала в настоящее время герцогиня. Желая разведать обстановку, он не щадил жеребца, его наблюдения были весьма печальны! За дамами следили! Ещё и как. Докладывали, вероятно, о каждом шаге и слове. В доме практически все служанки были подставными.

Нам большого труда стоило войти с герцогиней в контакт практически спустя две недели с момента приезда. Бедная Жужжу! Спокойная и такая жалкая болонка. Булавка вошла в её филейную часть очень вовремя! Кусая мадам герцогиню, во время нашей встречи в саду, она просто обезумела от боли.

И снова потянулись дни ожидания. Однажды я подловила самую молоденькую служанку герцогини и стала расспрашивать её про Париж. Сказав, что так хочется посмотреть на Лувр, хоть издалека. Ведь в провинции такая скукотища. Заметила в окне Анну, сделав вид, что испугалась, стала всеми правдами и неправдами, шмыгая носом и покусывая грязный ноготь, защищать нашу собачонку. Говоря, что она просто не любит чужих людей. Думаю, что об этом разговоре герцогине непременно доложат.

Затем спустя неделю новая встреча в саду. Виконтесса Бланка забыла шаль на скамье: не думаю, что случайно. Я же как, обычно гуляя с любимой собачкой своей хозяйки и найдя пропажу, шла по аллее к их усадьбе с целью вернуть дорогую вещь, держа её двумя пальчиками, конечно, боясь испачкать.

Виконтесса, вероятно, шла навстречу также в поисках шали. Это было просто мгновение, но какое! Мой реверанс, опущенная голова:

— Пригород. Таверна Три Луны сегодня в одиннадцать вечера. Кто-то из вас должен осторожно выйти в мужской одежде и затеряться в кустах, даму будут ждать и сопровождать. Вторая должна остаться дома и прикрывать подругу. Доверять никому нельзя. Это важно!

Переданная шаль. Надменный взгляд и даже не кивок, так себе: знак превосходства и моего ничтожества. Всё оставшееся время я думала, выйдет кто-то из них или они побояться это сделать? А может, уже и не рады нашему появлению вовсе. Сомнения, надежды, я, почему-то очень боялась за подруг. Не мог Франциск оставить победу за женщиной, даже когда-то безумно любимой им. В данный момент она была просто наживкой. Он преднамеренно, я думаю, был жесток с ней. Они действительно ждали чуда или просто выживали. Как же нам выбраться из этой мышеловки?

И как легко этот человек манипулирует близкими людьми как марионетками. Какой следующий шаг он предпримет? Что ждёт мадам Анну в будущем?

* * *

В назначенное время в дверь комнаты на втором этаже таверны постучали. На пороге стоял нерешительный молодой человек. Шатен, с серыми холодными глазами и надменно поджатыми губами. Весь его облик показывал, что этот человек привык отдавать приказы. И только где-то в глубине глаз застыла боль. Невыплаканное страдание, сдерживаемое месяцами. Я подошла к нему, взяла за руку и потянула в комнату. Улыбаясь, тихо спросила:

— Добрый день, герцог. Вы не откажетесь со мной перекусить?

— Почту за честь князь, — взгляд потеплел.

— Я хочу поздравить вас с прошедшим днём рождения. Вы примете от меня этот перстень?

Мадам Анна вздрогнула, смотря неотрывно мне в глаза. Непрошеные слёзы скатились по её щекам. А затем, она бросилась ко мне в объятия! Рыдания сотрясали каждую клеточку её прекрасного существа.

— Всё будет хорошо. Я приехала за вами с Бланкой. Душа моя, успокойтесь.

Во время долгой беседы я уговаривала Анну уехать вместе с Бланкой жить на остров в княжество. Её держали, конечно же, дела, связанные с производством. Я предложила оставить управляющим месье Жака, совсем ненадолго. Собрать сейчас всю выручку и закупленные материалы и открыть мастерские пока в Салерно, при этом не закрывая их и в Париже, а потом, почему бы не покорить Венецию с их карнавалами. Да это вообще золотое дно!

— Ваша светлость, вы живёте в постоянном напряжении! Так нельзя. Он не успокоится!

Ночь была на исходе. Ей тяжело далось это решение, но Анна поверила… прежде всего в себя. Она доверилась. События последних месяцев её основательно подкосили. Худенькая, со взволнованными глазами девушка производила впечатление раненой птички.

— Понимаете, нельзя мужчине давать такую власть над собой. Он совершенно не ценит любящих его близких людей. Он должен вас потерять и думать при этом, что навсегда. Чтобы оценить вашу любовь к нему. И только тогда, возможно! Вселенная даст ему ещё один шанс. А там уже вам решать, нужен ли он такой вам или может, сердце ваше уже будет к тому времени не свободно.

Мы договорились сделать всё тихо и незаметно. Завтра её новый управляющий уже вступит в свои обязанности. В цехах он будет с утра и отправит, по её распоряжению товар и все комплектующие в Марсель, а ещё соберёт всю выручку с магазинов, и после обеда передаст герцогине. Мадам Анна же с Бланкой пройдётся в парке возле Лувра, прогуляется. Их должен видеть весь двор!

— А вечером, вы сляжете с сильнейшей простудой, а, возможно, и воспалением, и окажетесь чуть ли не при смерти. Лекарь будет наш человек. Но этого недостаточно! Вы напишете своей некогда самой «любимой подруге», а по сути, первой сплетнице в столице, что больна, что жизнь очень печальна и как вам плохо, только богу одному известно. Что не будете выезжать в свет и заболев рассчитываете всю прислугу, так раздражающую вас. С вами остаётся только лекарь и виконтесса. Таким образом, вечером в доме не должно быть никого. Возможно, это заразная болезнь! Утром следующего дня придёт повариха. Её уже встретит новый управляющий и будет действовать по оговорённому сценарию.

Подразумевалось, что пока мадам Анна будет «болеть», потом выздоравливать, затем окажется, что ей врач прописал тёплый климат и морской воздух. И что от последних недоразумений в её жизни, здоровье герцогини значительно ухудшилось, и воздух Парижа ей противопоказан: мы уже будем в пути.

— Письма следует подготовить около десяти штук, их постепенно будет рассылать месье Жак. Все будут ждать выздоровления женщины. Да за это время мы будем уже дома. Управляющий же потихоньку сразу начнёт продавать недвижимость и сворачивать производство. Всё будет разыграно как по нотам. Далее