Я обязательно вернусь. Книга 2 - Нора Ольвич

волей к жизни. Его не должна была видеть таким Княгиня. Жестоким и беспринципными, с улыбкой от которой стыла кровь у Люси и взглядом, в котором читался приговор. Но враги должны понять, что не стоит с ними вступать на тропу войны. У Ордена слишком длинные руки и они могут найти недруга даже в спальне у будущего короля.

Глава 13

Шторм. Недалёко от Корсики наша каравелла неожиданно попала в бурю. Недолгую, но очень свирепую. Такие шквалы частенько проносятся над Средиземным морем, доставляя немало хлопот владельцам судов, показывая нам смертным величие природных явлений. Была большая опасность, что судно может выбросить на скалы у берегов острова Эльбы.

Мы продолжали свой путь среди огромных, встающих стеной морских волн и были словно маленькой скорлупкой, от грецкого ореха, которая тщетно пытается выбраться из морских глубин. Начавшись с вечера шторм, длился всю ночь. Он завораживал своей мощью. Все наши перипетии во Франции отошли на задний план и стали мелкими дрязгами на фоне такой небывалой мощи.

Потоки воды смывали всё ненужное и второстепенное, оставляя основную цель в сознании, к которой каждый человек приходит, так или иначе. Наш капитан, знающий хорошо своё дело, оставался хладнокровным до самого последнего момента. Мы не решались ночью выйти на палубу. Но утром! Решили, что, если нам всем суждено пойти ко дну. Встретим смерть достойно и мужественно. Судно трещало по швам, а я верила, что оно построено очень добротно и выдержит натиск волн. Укрываться больше в «парадизе» — большой парадной каюте не хотелось! И наконец-то судно к утру вышло в полосу затишья. Хотя солнце ещё не желало показывать свой лик, и хлестал холодный дождь, мы верили, что к полудню ярость моря затихнет.

— Это так нехорошо, Каталина, что я сейчас скажу. Мой брак! Это и не брак вовсе. Муж никогда меня не касался, единственный в моей жизни мужчина — это Франциск. Он соблазнил меня совсем юной и девственной. И он же устроил этот брак, даруя нам с мужем герцогство.

Я недоумённо смотрела на м — м Анну. Госпожа Бланка же, держа одной рукой, Жужжу, а другой, вцепившись в канат, пыталась удержать равновесие. Дождь утих, и мы стояли на палубе.

— Я хочу развод! — прокричала герцогиня Анна. В душевном порыве решив перекричать шум стихающих волн. И солнце прорвало серую мглу туч, освещая нас лучами, которые как яркие иглы вонзались в океан. Словно ответили на её слова! Подтверждая правоту.

Я понимала, насколько она права в своём решении. Что всё дело по производству предметов роскоши, которое она затеяла, в принципе, как-никак принадлежит семье, и муж по всем законам является полноправным владельцем как самой Анны, так и всего производства, которое она ведёт.

«— … это нехорошо, их венчали с мужем в церкви, но несправедливость по отношению к герцогине Анне просто возмутительна, невинная девушка, игрушка в руках монарха, и всё же они любили друг друга с Франциском всё это непростое время. Или любила только она? Время покажет. А сейчас её просто вычеркнули из жизни, как же быть дальше? А брак, по сути, с незнакомым человеком был просто недоразумением, и его устроил сам король. Муж и жена были чужды друг другу и всю жизнь жили отдельно, и всевышний тому свидетель, и он не допускает такие отношения».

Как же остаться тогда чистой и верной одному мужчине? Своему королю? Если обстоятельства толкают её в объятия другого? И не только обстоятельства! Я представляю, какая буря бушевала в душе у герцогини. Ватикан же принимает положительные решения, когда ему хорошо платят. Мы откроем ему глаза на обстоятельства в жизни этой благородной дамы, которые так порицает святая вера и библия! Церковь должна принять правильное решение. И нам просто необходимо добиться развода!

А потом уже начнём открывать мастерские и магазины. Ватикан от нас не так и далёк, сосед, по сути. Когда мы приедем на остров, думаю, нужно будет начинать бракоразводный процесс. Готовить прошение и предоставлять все свидетельские показания и документы.

М — м Бланка улыбалась и смотрела на утихающее море, что плескалось за бортом и мне казалось, что в её удивительных глазах, разливается морская послештормовая, волнительная синь.

— За последние девять месяцев я никогда себя так хорошо не чувствовала. Госпожа Княгиня, а у вас на борту не найдётся маленького пирожного. Того самого и горячего какао.

И громкий, звонкий смех летел над морем, радуя этот мир такими чистыми и светлыми эмоциями. А ветер играл с кудрями цвета нежного золота, белой платины и сладкой карамели, переплетая и путая их. Три девушки, прекрасные как нимфы, стояли на палубе небольшого парусника, взявшись за руки, веря только в самое хорошее!

И разве мог этот мир отказать им в их желаниях?

* * *

Мир, возможно, и нет. А вот Ватикан…

Да! Отказ! Отказано в прошении герцогини Анны д’Этамп в деле по разводу с её мужем Жаном-де Бросс, герцогом д’Этамп, в связи с тем, что вышеупомянутый герцог ждёт блудницу домой и готов доказать ей свою любовь и почтение.

Также свою подданную ожидает её король Франциск I. Для вынесения уже своего приговора по делу о вывозе за пределы страны ценного ожерелья «Лунная соната», представленного ювелирным домом графини делла Гутьеррес на показе в Лувре. Принадлежащем казне Франции и вручённом герцогине в связи с исполнением ею обязанностей официальной фаворитки.

Это был удар. И ещё какой! Пришлось ехать в Ватикан и подавать новое прошение, уже с доказательствами, что герцог живёт в грехе с мадам Полин де Сент-Север, как совершенно с законной женой и имеет четырёх детей от этой связи, и старшему сыну уже почти десять лет.

Свидетельство представил художник из Неаполя, который недавно закончил портрет всего этого семейства. Наш месье Жак свёл с ним знакомство на обратном пути из Франции.

'А своей законной жене за всё это время герцог не выслал ни одного экю. Мы уповаем на вашу справедливость и шлем в подтверждении своей истинной веры крест Господень, на котором был распят сын бога нашего и просим освятить его, дабы возносить свою молитву и нас в ней не забывать.

Также сообщаем, что герцог не только в грехе живёт, ну и совсем забыл святую церковь, посещает её редко, а уж про пожертвования для сирых и убогих, даже и не помышлял никогда. В то время как я герцогиня Анна д’Этамп высылаю в ваш адрес