100 великих деятелей русской эмиграции - Полина Ребенина

Революция 1917 года стала для Сорина, как и для многих представителей российской интеллигенции, переломным моментом. Он, как и большая часть творческих деятелей, не мог найти себя в новом мире. Некоторое время он жил в Ялте, где в 1918 году принял участие в выставке «Искусство в Крыму». В 1919 году переехал в Тифлис, там встречался с С.Ю. Судейкиным, В.В. Каменским, Н.Н. Евреиновым. Принял участие в выставке «Малый круг». Позднее непродолжительное время жил в Баку, где вместе с С.Ю. Судейкиным и литератором Н.Н. Евреиновым способствовал созданию кабаре «Веселый Арлекин». 8 мая 1920 года он выехал вместе с Судейкиными из Батума в Марсель на пароходе «Souirah», и 20 мая они прибыли в Париж.

Париж оказался благосклонен к портретисту. Многие наши художники не смогли себя там реализовать и влачили нищенское существование, но Савелию Абрамовичу удалось пробиться. Поселившись в Париже, он быстро снискал себе известность в европейских художественных кругах. В эмиграции Сорин продолжил создавать портреты деятелей культуры и высшей знати. Его талант привлекал к нему даже представителей королевской крови.

Для филигранной работы портретиста кисть часто оказывалась не самым удобным инструментом, поэтому наряду с ней художник использовал карандаши – графитный, угольный и цветные, пастель вместе с акварелью и гуашью, тушь и белила, а также лак и фиксатуар. Даже для портретов в полный рост в натуральную величину он брал не холст, а бумагу, наклеенную на холст: так было легче изображать мелкие, требующие точности детали.

Вот что заметил по этому поводу знаменитый знаток живописи тех лет и художественный критик П. Бархан: «Никто, как Сорин, не мучает себя своей работой. Ученик Репина, пройдя французскую и итальянскую школу, он достиг уровня старых немецких мастеров. Восприняв и переработав в себе Энгра, он создал свой собственный самобытный стиль. Его портретные рисунки в натуральную величину – комбинация карандаша, акварели и пастели – тонкая, иногда филигранная работа. Усердно и напряженно ставит он точку за точкой, черточку за черточкой, а эффект, как и у Сомова, – изящность и легкость. Его самоистязание в итоге порождает свободу».

С.А. Сорин

Особенно художнику удавались портреты представительниц прекрасного пола. Один французский журналист, посетив выставку художника, написал: «Я никогда не видел ничего такого прелестного и волнующего, как лица этих женщин, если смотреть на них долго. Увы, нам редко выпадает такой случай: или нам не хватает времени, или даже нет понимания, что рассматривать следует долго».

В 1922–1923 годах Сорин выставлял свои работы в Осеннем салоне, в 1926–1930-м – в салоне Тюильри. Продолжал участвовать в выставках русского искусства, в том числе в 1921-м в галерее «Денси», в 1927 году – в последней выставке «Мира искусства» в галерее «Бернхейма». В 1920–1930 годах провел ряд персональных выставок в галереях Парижа и Лондона.

После того как Сорин обрел известность в Европе, он начал часто ездить в США и подолгу там жил. Персональные выставки художника проходили в крупнейших американских городах. Он подолгу жил в Нью-Йорке, его персональные выставки прошли в Бруклинском музее (1923), галерее «Вильденштайн» в Нью-Йорке (1927, 1934), Вашингтоне (1924), Питтсбурге (1924–1925), Чикаго (1927). В 1932 году принял участие в выставке современного русского искусства в Филадельфии. Талант портретиста распахивал перед ним все двери. Вместе с тем художнику начал покровительствовать миллионер Кон. Он ввел портретиста в высшие круги американского общества.

Друг художника композитор Рахманинов, видя, какую популярность приобрело творчество Сорина и по какой цене продаются его картины, шутил: «Я тебе, Савелий, позировать не стану. Потом, поди, не удастся выкупить свой собственный портрет».

Когда началась война в Европе, Савелию Абрамовичу несказанно повезло. Он смог сесть буквально на последний пароход, отправляющийся в США, и покинул берега опасной земли. Сделал несколько крупных денежных взносов в Фонд помощи СССР. В послевоенные годы он лишь изредка приезжал в Париж.

За вклад в изобразительное искусство Савелия Абрамовича включили в галерею выдающихся художников США.

Сорин был женат. Его супругой была почетная гражданка Франции (по происхождению, вероятно, русская, так как ее звали Анна Степановна). Впоследствии она стала ветераном медицинской службы армии США.

В 1951 году, когда Савелий Абрамович вместе с супругой находились в Париже, 73-летний художник почувствовал резкое недомогание. Его поместили в госпиталь. Врачи обследовали Сорина, но так и не поняли, в чем дело.

После госпиталя супруги отправились путешествовать в Швейцарию и Италию. В Нью-Йорк они вернулись осенью 1951 года. Портретист снова почувствовал сильное ухудшение самочувствия. На этот раз врачи обнаружили причину – рак.

Сорину сделали операцию, но помочь ему она не смогла. В ноябре 1953 года он умер. На момент смерти ему было 75 лет.

Перед смертью Савелий Абрамович просил свою супругу передать в Россию тридцать портретов деятелей русского искусства. Около двадцати лет Анна Степановна тщетно пыталась выполнить волю покойную супруга. Она писала письма в различные правительственные ведомства России с просьбой, чтобы русские музеи приняли в дар картины Сорина, но не получала ответа. Лишь в 1973 году ситуация изменилась. В Нью-Йорк прилетела министр культуры СССР Екатерина Фурцева, и Анна Степановна смогла с ней встретиться. Она рассказала о завещании супруга, и министр дала добро на привоз картин в Россию. Распоряжением всесоюзного Министерства культуры дар Сорина был передан в фонды Третьяковской галереи.

Давид Бурлюк

(1882–1967)

Давид Давидович Бурлюк – русский поэт и художник, один из основоположников футуризма, член союза «Председателей земного шара». Признан отцом «русского футуризма».

Давид Бурлюк родился в 1882 году в небольшом селе под Харьковом. Его отец был потомком украинских казаков, мать – белорусской художницей, стремящейся привить детям любовь к творчеству. С детства увлекался рисованием. Учился (1893–1895) в Александровской гимназии города Сумы. В детстве родной брат случайно лишил Давида глаза во время игры с игрушечной пушкой. Впоследствии Давид ходил со стеклянным глазом, это стало частью его стиля.

В 1895–1898 годах продолжал учебу в Тамбовской мужской гимназии. В 1902 году Давид вместе с сестрой Людмилой отправился в Петербург поступать в Академию искусств. Однако его постигла неудача – на экзамене ему досталось место в конце зала, откуда он почти не видел натурщика своим единственным глазом. Главой приемной комиссии был знаменитый художник Илья Репин. Он посмеялся над желанием одноглазого юноши стать художником и в академию его не принял.

Однако Давид не унывал, в течение первого десятилетия XX века он учился рисовать в Одессе и Казани, в Мюнхенской королевской академии искусств, и в Школе изящных