Правила волшебной кухни 4 - Олег Сапфир

— Не надо, — отрезал я, не упуская аномалию из виду. — Я у себя, так сказать, на районе. У себя в ресторане. И бояться чего-то здесь не намерен.

— Ресторан может и твой, — тихо сказала Джулия. — Но помимо прочего это ресторан Венеции.

— Тем более. Уж с Венецией я как-нибудь договорюсь.

Глупая ненужная бравада? Отнюдь. Стоя здесь и ощущая целую кучу различных аномальных эманаций, я уже приблизительно понял как что работает. В тот момент, когда я зажёг свою первую свечу, которую дала мне кареглазка, я почувствовал тепло и… разрешение. Венеция увидела, что я соблюдаю традиции и дала мне добро на участие во всём этом ритуале. Свеча действительно защищала.

Но сейчас она была в руках у той девушки, дочери члена какого-то там важного совета. И если бы прямо сейчас я зажёг новую, то та утратила бы свою силу. И тогда юная синьорина снова оказалась бы беззащитной перед туманом и той дрянью в небесах, а мне того не надо. Я и сам как-нибудь сумею справиться — я же «правильный» повар, ха-ха…

Интерлюдия. Джулия

Джулия стояла рядом со своим безумным русским шефом и смотрела, как тот без страха смотрит на небесную аномалию. Н-да…

Когда произошёл тот опасный инцидент с упавшей девушкой, первой мыслью Джулии было дать ему свою собственную свечу. Жертвенный, бескорыстный шаг. Однако она уже давно изучала Артуро, его повадки, характер и одну совершенно необъяснимую привычку — практически всё на свете переводить в шутку.

Она знала его и понимала — не возьмёт. Либо посмотрит на неё скучающим взглядом и бросит что-то вроде: «ой, да брось ты», — либо вообще ругаться начнёт за то, что она удумала. А тем временем нужный момент уже будет уже упущен.

Возмо-о-о-о-ожно, во всей этой ситуации за Джулию вступилась бы Венеция. Всё-таки фамилия Бачокки для неё тоже не пустой звук. И возможно, Джулия выдержала бы, если бы туман накинулся на неё. Возможно. А возможно и нет.

Поэтому она и побежала за запасной. Побежала, добежала, схватила, вернулась обратно и увидела, как Артуро уже укутывает этот проклятый туман. Она хотела броситься вперёд и разорвать аномальную тварь собственными руками, но… во-первых, искренне не понимала как. А во-вторых, не могла пошевелиться. Парализованное ужасом, тело отказывалось подчиняться. Всё, что она могла сейчас — просто наблюдать за невозмутимостью Маринари.

Сперва он просто отбросил этот туман, как нашкодившего щенка, который решил подёргать хозяина за штанину. Просто и без агрессии, поставил аномалию на место. А потом, после второго «раунда» и вовсе заставил туман бояться. Тот скукожился, поджался и выглядел до того нелепо, что даже Джулии, которая всю жизнь опасалась ночной Венеции, стало его почти… жаль? Это было невероятно. Тварь, которая терроризирует город веками, боялась повара.

Но теперь всё закончилось, и Джулия была просто счастлива. Что с Артуро всё хорошо, и с той девушкой всё хорошо, и с ней самой тоже. Она стояла, размышляла и чувствовала, что вокруг Маринари вьётся какая-то необъяснимая энергия, которую сама Джулия не может ни увидеть, ни понять.

И может быть, Артуро говорил правду насчёт того, что ему по силам очистить подвал под бабушкиным домом и спасти наследие её семьи? Ведь… хм… да, в истории города было не много людей, которые могли бы похвастаться таким вот близким, можно даже сказать «шапочным» знакомством с Венецией. Не много, но они всё-таки были.

И первым на ум приходит конечно же Марко Тревизан — седобородый моряк из городских легенд. О нём рассказывали странные истории. Говорили, что он совершенно не боялся ночного тумана, и что выходил на рыбалку даже в самые страшные аномальные ночи. Причём всегда возвращался с полными сетями. Правда, в какой-то момент даже Марко вдруг исчез… говорят, «море забрало».

Поэтому Джулия всё ещё отчаянно не хотела, чтобы Артуро лез в тот чёртов подвал. Это ведь риск, и риск есть всегда! Однако уже выучила наизусть: если Маринари что-то сказал, значит он это обязательно сделает.

И в целом… сколько можно об этом думать?

Можно просто быть счастливой из-за того, что она любит такого человека и… кажется, он любит и ее.

Глава 11

Около пяти утра людской поток иссяк окончательно. Небо на востоке начало сереть, и скоро наше ночное бдение должно было подойти к концу. Джулия всё ещё стояла рядышком, и вид у кареглазки был измученный. Измотанный прямо вот до предела. А оно и понятно — отбарабанить смену в двадцать с лишним часов нелегко хотя бы просто физически, а отработать её тогда, когда всякие пульсирующие облака и потусторонний вой на соседней улице давят на психику, так вообще почти невозможно. Производственный подвиг, ни больше и ни меньше.

Однако я был рядом. Поддерживал её всё это время, и как мне кажется, с этой своей миссией отлично справился.

— Всё, — выдохнула Джулия, глядя в сторону грядущего рассвета. — Сомневаюсь, что кто-то ещё придёт. Можем начинать потихонечку замывать зал. И да, надо бы перебрать остатки с банкета — возможно, что-то получится пропустить повторно…

Она уже было дело двинулась в «Марину», но я её остановил. Потому что на самом деле гости ещё не закончились. Уже несколько минут я наблюдал то, что не могла видеть Джулия. От воды, от стен домов и из переулков к ресторану стягивались полупрозрачные тени. Блики, силуэты, сгустки света. Бесшумно скользя по воздуху, призраки направлялись к дверям «Марины».

— Не торопись, — я улыбнулся и приобнял кареглазку. — Хорошая ночь сегодня, тёплая, приятная. Давай ещё немного подышим воздухом, а? Внутри ещё насидимся за целый день.

— Ты издеваешься?

— Нет, — честно ответил я. — Я прошу. Пойдём. До лавочки! Слишком далеко отходить не будем, согласен, ночь сегодня действительно сильная…

Ничего-вообще-не-понимающая, но всё равно послушная Джулия кивнула и потопала со мной в сторону скамейки. Дальше мы присели и молча любовались тем, как постепенно гаснут звёзды, а небо тем временем становится всё светлее и светлее.

— Никогда бы не подумала, что буду вот так просто сидеть на скамейке ночью, — тихонечко сказала кареглазка.

— Ну как же? — хохотнул я. — Ты же в курсе всех правил Венеции, в книжках умных закладки оставляешь.

— Быть в курсе и лично поприсутствовать на поминках почётного гражданина города — это, знаешь ли, разные вещи. Это как