Усадьба у края болот - Марина Иванова

class="p1">Сколько там до службы? Пара часов? Всё равно не уснуть, и взялся Савелий за работу. Совсем чуток осталось, вскорости готовы будут зеркала. А есть ли в них прок теперь? То, что лихорадило душу, никуда не делось, теперь оно переходило в раму, и, если присмотреться, даже стружка из-под инструмента летела не жёлтая, а с серым налётом, будто патиной покрытая. Мастер не видел этого, как не осознавал и собственного состояния, и той злобы, что вкладывает в работу…

Утром в усадьбе случился переполох. Оказалось, что ночью в ближайшей деревне пожар был. Сгорели три избы, благо люди успели спастись да скотину вывести. Но три семьи остались без крова, деваться некуда, посовещавшись, погорельцы отправились в имение, на поклон к барину. Глядишь, работу даст да крышу над головой.

Алексей вышел к ним во двор, окинул несчастных, жмущихся друг к дружке людей равнодушным взглядом и двум семьям, дал добро на работу и заселение, а чете стариков отказал.

– Да помилуй, барин, куда ж мы теперича? – едва не плакал старик, обнимая супругу трясущейся рукой, – Нам теперича разве что на погост…

– У меня не богадельня, – сухо, даже с какой-то брезгливостью, ответил Алексей, – Идите куда угодно, но здесь мне рабочие руки требуются.

Бабушка заплакала. Тихо и отчаянно, закапали слёзы в пыль, а дед всё поверить не мог, стоял, растерянно глядя на барина, и всё повторял: «Так куда ж нам?».

Савелий, работающий поблизости и наблюдавший разыгравшуюся трагедию от начала и до конца, сплюнул в сердцах, но не возразил, он и сам тут на птичьих правах. Осерчал на него барин отчего-то, смотрит хмуро и всё больше мельком, прямого взгляда избегать старается. Но не гонит пока, да в жалованье не урезает и то ладно, а что волком глядит, так то, верно, супружница песен напела, не по нраву ей мастеровой пришёлся, с первого же взгляда невзлюбила.

С рассветом его злость на вес мир поутихла, ночные страхи развеялись, впитавшись в деревянную раму зеркала, и он стал самим собой, загнав глубоко внутрь зверя, явившего себя ночью. Не будет он мстить никому, тогда не стал, нынче уж и подавно незачем, месть ещё никому облегчения не приносила, да и не вернуть уже тех, кого забрали небеса, остаётся уповать на то, что когда-нибудь снова свидятся, когда его черёд уходить настанет…

Он помог старикам. Задержал их на выходе из усадьбы, тайком провёл к себе, где они, таясь от чужого глаза, прожили три дня, а позже, не в той деревне, где жили старики раньше, в соседней, нашёл для них избушку. Небольшую и не очень крепкую, но при должном уходе способную простоять ещё долго, выяснил, что ничейная, да и поселил стариков туда, пообещав помочь с восстановлением.

А перед внутренним взором Савелия долго ещё стояла одна и та же картина: плачущие старики, растерянно жмущиеся друг к другу, ледяной взгляд Алексея и отчаянная мольба в глазах его меньшого сына. Как Санька надеялся на отца, как верил в него, в то, что сможет ещё прежним стать, помогать людям, сочувствовать, любить. Но нет, не сбылось, прогнав стариков, Алексей навсегда перечеркнул веру сына в людей. Пропасть между отцом и сыном всё ширилась, и не существовало моста, способного сблизить их снова.

Глава 10

– Какой план действий на сегодня? – Гоша упал на траву, раскинув руки, подставил и без того загорелое лицо солнышку. – Завтрак окончен, посуда вымыта, можно и расслабиться.

– Поднимайся, – легонько ткнул его в бок Ваня. – Сейчас мы все дружно идём в усадьбу. Там разделимся. Вы с Машей и дальше исполняете роль киношников, Маша заговаривает зубы, а ты снимаешь всё, что видишь. Гош, твоя задача – найти зеркало, похожее на то, что я с собой привёз. Собственно, для того и нужна камера, чтобы можно было сравнить. Ну а мы с Диной идём к деревне, разговариваем там с людьми, пытаясь выяснить хоть что-то. Так же ждём водителя с зеркалом из дома Артура. Вот ведь засада с зеркалами этими… вроде бы и знаем, что для чего-то они нужны, а для чего – не понять.

– Может, для ритуала какого-нибудь? – предположила Дина.

– Ага! – весело подхватила Маша, – Именно! Мы тут быстренько пройдём курсы шаманского мастерства, и вуа-ля! В два счёта избавимся от проклятия. У кого бубен есть?

– Ой!… – Гоша поморщился как от зубной боли и сдвинул кепку на глаза. – Опять! Вы специально, да? Издеваетесь?

– Разумеется! – Маша рассмеялась, – Других-то забот у нас не имеется! Так что с бубном? Закажем в интернет-магазине?

Ване почему-то совсем не смешно было, он досадливо хмыкнул и поднялся с бревна.

– Ладно. План такой пока, с изменениями определяемся на ходу. Не разлёживаемся! Погнали! – и, подхватив с земли рюкзак, зашагал в сторону деревни. Дина, схватив свой рюкзачок, поспешила следом.

– Ну что, оператор? – глядя им вслед, задумчиво проговорила Маша, – Идём что ли? Нам ещё зеркало искать.

– Я за любой кипеш! – с готовностью откликнулся Гоша.

– Но в зеркало не веришь…

– Точно! Не верю!

Они заперли автофургон, закинув в него мало-мальски ценные вещи, и, пикируясь на ходу, направились к детскому дому.

В деревне царила нездоровая суета. Люди бегали, что-то громко обсуждали, сбиваясь группками, кто-то выше по улице громко и с надрывом голосил.

– Будто по покойнику убивается… – поёжившись, пробормотала Дина.

– А мы вчера лошадей видели, когда девчонку из болота доставали, – эхом отозвался Ваня. И казалось нет между этими событиями ощутимой связи, но парень с девчонкой переглянулись и невольно, даже не заметив того, взялись за руки. Они вместе. Они справятся. Главное – не терять друг друга из виду после захода солнца.

– Подойдём, послушаем?

– Да нет, Дин. Это деревня. Кто их знает, местных, ещё по шее надают за то, что влезли. Оно нам надо? Идём лучше в магазин. Наверняка именно туда все сплетни стекаются.

Так и оказалось. За прилавком возвышалась продавщица. Именно продавщица, иначе не назовёшь! Грандиозная дама, из тех, кого можно снимать в кино о 80-х, 90-х, не используя грима. Да и костюмер с парикмахером без дела остались бы. Короткая стрижка, химия колечками, волосы, вытравлены пергидролью и отливают желтизной, в макияже преобладают розовые и голубые тона, причём избыток их в глаза бросается, ну и одета дама тоже «по моде» – в плиссированную юбку и почему-то свитер из ангорки, а уж поверх всего этого великолепия накрахмаленный до хруста фартук.

– Ох… – выдавила из себя Дина, подавив невольное желание спрятаться за