Моя жена меня слишком балует - Юэбань Яо Фэньцзя

много мороженого вредно для организма, особенно для детей. Поэтому она быстро напомнила Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, ты забыл, что сказал папа? Тебе разрешается съесть только одно мороженое».

Цзи Сяо Чжо разочарованно вздохнул. Он не хотел выбирать одно из двух мороженых, которые держал в руках. Сяо Чжо жалобно посмотрел на Тан Тан и произнес нежным голосом: «Только в этот раз, мамочка. В следующий раз я съем только одно мороженое, хорошо?»

Сердце Тан Тан смягчилось. Однако чрезмерное употребление мороженого может вызвать у людей кашель и повышение температуры. Малыш мог пострадать, и Тан Тан не хотела, чтобы он заболел, поэтому она ожесточила своё сердце и ответила: «Нет. Ребенок может съесть только одно мороженое. Будет нехорошо, если ты заболеешь».

«Вуу-ладно», — захныкал Цзи Сяо Чжо, неохотно собираясь отказаться от одного мороженого, которое держал в руках.

В этот момент к ним подошла Гу Янь Ран и присела на корточки рядом с Цзи Сяо Чжо. Она улыбнулась и сказала: «Сяо Чжо хочет съесть два мороженого? Что ж, нет ничего страшного, если ты иногда съешь больше одного. К тому же сегодня довольно жарко, так что ты не заболеешь».

Затем она обратилась к Тан Тан: «На самом деле мороженое было приготовлено специально для Цзи Сяо Чжо, поэтому порция меньше обычной. Съесть две таких порции — всё равно что съесть одну, так что ничего страшного, если он съест оба. Не нужно быть такой строгой к Сяо Чжо».

«Это...» Несмотря на то, что Тан Тан тоже считала, что иногда есть немного больше — это нормально, она всё равно хотела быть осторожной. Если бы Сяо Чжо заболел из-за того, что съел слишком много, сожалеть было бы слишком поздно, поэтому Тан Тан не хотела, чтобы Сяо Чжо ел больше мороженого.

Видя, что его мама расстроена, Цзи Сяо Чжо вышел вперёд и сказал: «Тётя Янь Ран, я съем только одно мороженое. Папа сказал, что мне нельзя есть слишком много».

Гу Янь Ран не ожидала, что Цзи Сяо Чжо скажет такое. Она на мгновение замерла, а затем погладила малыша по голове: «Сяо Чжо такой послушный».

Тан Тан почувствовала нежность, увидев, что Сяо Чжо такой понимающий. Она на секунду задумалась, а потом сказала: «Как насчёт такого, Сяо Чжо? Мама поест вместе с тобой. Мы разделим мороженое, так что ты сможешь попробовать два разных вкуса».

Глаза Цзи Сяо Чжо заблестели, и он быстро кивнул: «Хорошо. Хорошо, мамочка. Мы поедим вместе. Мы разделим мороженое!»

Тан Тан подвела малыша к дивану и усадила его перед собой. Она зачерпнула немного мороженого ложкой, чтобы покормить Сяо Чжо, а затем зачерпнула немного для себя.

Они вместе с удовольствием ели мороженое.

Гу Янь Ран улыбнулась и встала, чтобы сварить две чашки кофе. Она поднесла чашки к Цзи Яну и Чжо Цзи. Первую чашку она протянула Чжо Цзи, а вторую — Цзи Яну: «Брат Цзи Ян, в этой чашке нет сахара. Я знаю, что ты не любишь сладкое».

Цзи Ян принял кофе: «Спасибо».

«Не нужно быть таким вежливым», — шутливо сказала Гу Янь Ран. Затем она села рядом с Цзи Яном и присоединилась к их разговору об акциях.

Цзи Юэ, наблюдавшая за происходящим, незаметно толкнула Гу Чжан Аня локтем и, кивнув в сторону Тан Тан, сказала: «Посмотри на жену Цзи Яна. Она выглядит другой, не такой, как раньше. Раньше она не обращала внимания ни на нас, ни на Сяо Чжо, а теперь посмотри, как хорошо она относится к Сяо Чжо. Интересно, что-то случилось?»

Гу Чжан Ань погладил жену по волосам и равнодушно ответил: «Может, что-то и случилось, но это личные дела третьего брата. Нам не стоит вмешиваться».

Губы Цзи Юэ дрогнули, и она тихо сказала: «Да, нам не следует вмешиваться в личные дела Цзи Яна, но мысли твоей сестры...»

Услышав её ответ, Гу Чжан Ань взглянул на Гу Янь Ран. Он рассмеялся, посчитав это нелепым, и постучал Цзи Юэ по лбу: «О чём ты говоришь? Янь Ран относится к Цзи Яну и остальным как к братьям, как к родным. Она выросла, следуя за нами по пятам».

Цзи Юэ саркастически рассмеялась про себя и незаметно закатила глаза. Мужчины плохо замечают такие вещи. Пока никто не знает всей правды.

Неважно. Раз уж есть время на беспокойства, лучше беспокоиться о том, чем развлечься дальше.

Затем Цзи Юэ встала и несколько раз хлопнула в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание, а затем объявила: «Давайте отдохнём, а после обеда пойдем на пляж! Я подготовлю для всех плавки и бикини!»

Все рассмеялись.

На обед у всех были легкие блюда и закуски, после чего они решили отдохнуть. Семья Цзи Яна из трёх человек, естественно, жила в одной комнате, из-за чего Тан Тан и Цзи Ян чувствовали себя неловко. Однако они не могли попросить другую комнату, это было бы странно.

С другой стороны, Цзи Сяо Чжо был невероятно счастлив. Он забрался на кровать, попрыгал на ней, а затем похлопал по ней рукой: «Папочка, мамочка, скорее идите сюда. Кровать такая большая и удобная. Отсюда даже видно море!»

Тан Тан покраснела и не смела пошевелиться. Она не знала, что делать. В конце концов на кровать забрался Цзи Ян. Он лёг справа от Сяо Чжо и сказал Тан Тан: «Давай отдохнём. Иначе потом у нас не хватит сил».

Тан Тан покраснела ещё сильнее. Она с трудом подошла ближе и легла слева от Сяо Чжо. После этого она положила руки на живот и не смела пошевелиться.

Цзи Сяо Чжо повернулся направо и взглянул на своего папу, затем повернулся налево и посмотрел на свою маму. Он был в восторге, когда взял их за руки и с надеждой сказал: «Было бы здорово, если бы мы всегда могли спать вот так, вместе!»

Тан Тан покраснела и ничего не ответила. Тем временем Цзи Ян решил закрыть глаза.

Цзи Сяо Чжо решил, что его родители уснули, и больше ничего не говорил, боясь их разбудить. Поскольку Сяо Чжо тоже хотел спать, он закрыл глаза и вскоре уснул.

Когда Тан Тан увидела, что и отец, и сын закрыли глаза, она наконец успокоилась и медленно заснула.

Цзи Ян снова открыл глаза, когда дыхание Тан Тан и Сяо Чжо стало ровным и тихим. Он посмотрел на мать и сына, и его сердце наполнилось необъяснимыми чувствами.

* * *

Ближе к вечеру Цзи Юэ приготовила