Джонни Уокер. Супершпион КГБ - Борис Юрьевич Сырков

амбиции претерпевали кардинальные изменения. Поэтому Уокер совершил абсолютно не характерный для себя поступок: на свой страх и риск он выдал Уитуорту 4 тысячи долларов из собственных денег. Русские пока никак не прореагировали на письмо Уокера, в котором он сообщил, что завербовал Уитуорта. Да и сам Уитуорт еще не успел добыть для Уокера никакой полезной секретной информации, а только пообещал ему подумать, как это сделать. Но иногда надо потратить деньги, чтобы потом заработать гораздо больше.

Уокер сказал Уитуорту, что 3 тысячи долларов были премией за обучение в Форте-Монмуте. Дескать, повышение агентом своей профессиональной квалификации должно всячески поощряться и стимулироваться. Ведь в результате такой агент, как правило, обретает доступ к более важной секретной информации.

Оставшаяся тысяча долларов представляла собой аванс за февраль. Нельзя сказать, что Уокер не получил ничего взамен за потраченные деньги. Уитуорт дал ему копию предварительной версии «Технического руководства по военно-морской спутниковой сети связи тактического назначения». Руководство было несекретным, однако сам поступок Уитуорта вселял надежду, что он готов приступить к делу. Кроме того, благодаря этому руководству Уокер получил возможность побольше узнать о спутниковой связи. Он давно усвоил одно из правил успешной торговли, которое заключается в том, чтобы максимально хорошо разбираться и в самом продаваемом товаре, и во всем, что с ним связано.

В марте 1975 года Уитуорт завершил обучение в Форте-Монмуте и был отправлен для продолжения службы на военно-морскую базу на Диего-Гарсия. Он возглавил там отдел спутниковой связи. Это означало, что Уитуорту наконец-то был предоставлен доступ к секретной информации, имевшей отношение ко всем шифраторам, которые были установлены в центре оперативной связи. Теперь Уокеру оставалось только запастись терпением и дожидаться момента, когда Уитуорт проинформирует его, что готов передать сфотографированные ключи и другие криптографические материалы.

В июле 1975 года Уитуорт прислал Уокеру письмо, в котором сообщил: «Я совершил свое первое погружение. Все прошло отлично. Мои будущие погружения вряд ли будут отличаться разнообразием. Нужно еще немного подождать и как следует осмотреться. У большей части моего улова истек срок годности, и она непригодна к употреблению». Ни слова не говоря членам семьи, Уокер упаковал свои вещи в большое количество картонных коробок и погрузил в фургон. Потом он позвал своего тринадцатилетнего плачущего сына Майкла и сказал, чтобы тот проводил его до фургона.

– Прекрати ныть, – раздраженно скомандовал Уокер. Майкл попытался, но безуспешно.

– Послушай меня, – после продолжительной паузы начал Уокер, сев за руль. – Мне надо тебе кое-что сообщить. Это будет наш с тобой секрет.

Майкл стоял около водительской двери и тихо всхлипывал. Из дома его не было видно за фургоном. Уокер отдал Майклу записку с адресом своего нового места жительства:

– Пообещай, что никому не скажешь. Ни матери, ни сестрам. Вообще никому.

Всхлипывания прекратились:

– Отец, ты можешь полностью на меня положиться. Это будет только наш с тобой секрет.

Уокер повернул ключ в замке зажигания, картинно отсалютовал Майклу, который ответил на салют отца, а потом так и остался стоять в этой позе, пока резко рванувший с места фургон не скрылся из вида.

Увольнение с военно-морской службы

Весной 1976 американская ракета-носитель «Титан-3Д» стартовала с мыса Канаверал и вывела на околоземную орбиту очередной шпионский спутник серии «Замочная скважина-9» («ЗС-9»). На его борту были установлены инфракрасные датчики, предназначенные для обнаружения пусковых шахт баллистических ракет, и мультиспектральные сканеры, способные выявлять замаскированную военную технику. Фотокамера сверхвысокого разрешения позволяла различать объекты размером 20 сантиметров в поперечнике с высоты 145 километров. Капсулы с экспонированной фотопленкой выстреливались на парашютах и подхватывались в воздухе самолетами, специально переоборудованными для этой цели. Объектами шпионажа со стороны «ЗС-9» являлись база подводных лодок в городе Полярный, незамерзающие порты на побережье Кольского полуострова и кораблестроительные верфи в Северодвинске. С помощью «ЗС-9» американское Управление военно-морской разведки надеялось получить информацию о новейших советских субмаринах. В течение последних восьми месяцев там накопилось достаточно фактов, свидетельствовавших о том, что русские обладают ударными подводными лодками, существенно превосходящими американские по своим характеристикам.

Во-первых, советским подводным лодкам в Средиземноморье и в северной части Атлантики удалось добиться выдающихся успехов, ускользая из-под наблюдения американцев. Сценарий ухода от погони был одинаковым. Сначала русские застывали в неподвижности, как будто вызывая американскую подводную лодку на поединок. Но как только американцы начинали сближение, советская подводная лодка быстро исчезала за счет более высокой скорости передвижения и превосходства в глубине погружения.

Во-вторых, гидроакустическое наблюдение за советскими подводными лодками показало, что шум, издаваемый ими при движении, стал намного более громким. А один из основных законов конструирования подводных лодок состоит в том, что чем быстрее они движутся, тем сильнее шумят.

Изучение фотографий, полученных с помощью «ЗС-9», показало, что на вооружении русских появились новые подводные лодки, характеризовавшиеся укороченным носом и прямолинейной формой, которая резко отличала их от американских подводных лодок. Благодаря инфракрасным датчикам «ЗС-9» выяснилось, что эти советские подводные лодки изготовлены из титана – металла очень прочного и одновременно легкого, причем почти не подверженного коррозии.

Поначалу американские военные эксперты в области противолодочной обороны были не слишком обеспокоены. Ведь ключевым стратегическим преимуществом подводной лодки всегда считалась не скорость ее передвижения, а скрытность. Атомная подводная лодка является таким смертоносным орудием массового убийства потому, что может незаметно подкрасться к цели, а не обогнать ее. С помощью компьютерного моделирования американские ученые продемонстрировали, что подводные лодки из титана будут чрезвычайно шумными. Они смогут быстро маневрировать, чтобы избежать поражения торпедами. Однако стратегического значения это преимущество не имеет, коль скоро кавитационный шум, генерируемый титановыми подводными лодками, слышен издалека и предупреждает противника об опасности.

Получалось, что русские зря потратили сотни миллионов долларов на внедрение новой военной технологи? А может, совсем не зря, и советским военным стратегам теперь больше не требовалось принимать во внимание возможность обнаружения своих «бумеров» американскими гидрофонами, поскольку им было хорошо известно, где именно эти гидрофоны установлены. Отпала необходимость незаметно красться мимо американских «бумеров», так как советское военно-морское командование прекрасно знало их местоположение и куда они направлялись. А если присовокупить сюда способность советских «бумеров» уклоняться от американских торпед, то стратегическое превосходство русских становилось абсолютно полным. Они могли первыми нанести сокрушительный ракетный удар по Америке и потом снизить свои потери от ее ответных действий в гораздо большей степени, чем ранее представлялось.

В 16-м отделе ПГУ КГБ тоже испытывали обеспокоенность сложившейся ситуацией, но несколько иного рода: там хотели твердо знать, что же на самом деле задумал Уокер. С тех пор как от него было получены сообщения о вербовке Уитуорта и о намерении уволиться с военно-морской службы, сотрудники 16-го отдела обсуждали между собой, какими соображениями он руководствовался в своих действиях. Некоторые считали, что Уокер был разоблачен и перевербован в качестве двойного агента для дезинформации КГБ. А уйти с военно-морской службы Уокера заставили, чтобы лишить доступа к секретной информации, и КГБ не мог перевербовать его для работы тройным агентом. Следовательно, надо было поскорее завершать разведывательную операцию с участием Уокера.

Нашлись в 16-м отделе сотрудники, которые придерживались иной точки зрения. Дескать, Уокер родился и вырос в капиталистической стране, где стяжательство является неотъемлемой чертой, присущей всем без исключения гражданам. Поэтому он ведет себя вполне логично, стараясь побольше заработать путем вербовки новых перспективных агентов. Увольнение же Уокера с военно-морской службы свидетельствует лишь о том, что он проявляет повышенную заботу о собственной безопасности. В этих условиях отказ от ценных шпионских услуг Уокера, которые могут помочь Советскому Союзу выиграть третью мировую войну, был бы совершенно безосновательным.

В итоге спорщики в 16-м отделе приняли компромиссное решение: занять выжидательную позицию в отношении Уокера до получения дополнительной информации о его дальнейших планах. Тем временем Уокер, не подозревая, какие жаркие дебаты разгорелись по поводу него в 16-м отделе, продолжил свою активную шпионскую деятельность в Норфолке. 9 апреля 1976 года он извлек из банковской