Тренировочный День 18 - Виталий Хонихоев

— Уверена, что это все Ворошилова. — прищуривается Алена Маслова. — Все это ее козни! Давайте ее грохнем и в колодец! Моментально в море! Ууу… гадюка!

— Ты бы прикрылась, Маслова. — замечает Виктор. — В самом деле… кто бы хвастался, а ты…

— Уж извините что дыни себе не отрастила! Сколько есть все мое! Вот!

— Да я не об этом… — морщится Виктор. — Ладно, ладно… задачу поняли? Вещи собирайте, к поездке готовьтесь, если билетом на самолет не будет, придется на поезде прямо завтра выезжать, три дня в плацкарте тусить… а это неминуемо на форме скажется. Я побежал, а вы все — по домам, готовится. Ясно?

— Ясно.

— Понятно.

— Несправедливо это! Домашний матч должен был быть!

— Девчонки! Кого нету, кто уже ушел — им передать нужно! Марине Мироновой, Кондрашовой Светке, кто там еще? Чамдар Аня…

— Сашка Изьюрева! Сашки нету вроде… она уже ушла?

— Н-нет. Я тут…

— О, точно! Вот она! И даже без лифчика!

— Я-я как все…

— Не, вы как хотите, но это все Ворошилова виновата…

— Ты о чем говоришь, Аленка? Как Кира может спорткомитет подговорить?

— Не знаю как но может. Помяните мое слово и билетов на самолет тоже не будет. Три дня в плацкарте… какие к черту мы игроки потом будем⁈

Глава 14

Глава 14

Купе номер 4

Пассажирский поезд «Чита-Москва»

— Ну наконец-то! — вздохнула она, ставя свою сумку в багажное отделение под нижней полкой. — Сколько беготни! Еще сумки есть у кого?

— Неа. — откликается Валентина Федосеева, опуская полку вниз. — Ты, я, Аринка и Алена. Все вроде.

— А почему я с вами, а не с Лилькой? — задается вопросом Арина Железнова, которая стоит в дверях купе, сложив руки на груди. — Несправедливо!

— Потому что инопланетянке твоей надо с Дуськой ехать. Чтобы Ее Снежное Величество и Лилька учились вместе все делать. Они же атакующая пара, у них у единственных билеты в СВ, в мягкий вагон, а там в купе два места. — терпеливо объясняет Валя, садясь у окна. — Значит так, моя полка нижняя, если не хотите, чтобы верхняя на кого-нибудь обвалилась. Никаких жалоб не принимаю.

— Еще и поезд не скорый, а обычный, три дня в пути, а в Москве еще и пересадка, на другой вокзал бегом бежать… — качает головой Алена Маслова. — Да мы к Ленинграду будем как вареные раки — красные и неторопливые. Как шпроты в банке… вот же блин! Это все козни Киры Ворошиловой, к бабке не ходи! — она прикусывает кончик ногтя на большом пальце.

— Да хорош тебе загоняться. — говорит Валя, открывая свою сумку и копаясь в ней. — Чего ты себе придумала? Это уже паранойя какая-то… как Ворошилова может все билеты на самолет в Ленинград скупить? Да ну…

— Еще как может! Позвонить и заказать билеты для делегации из Тимбукту, а потом отменить заказ, как мы уже на поезд билеты купим… да и на поезде — всего одно купе в СВ, все остальные купейные и вразброс, вся команда по составу раскидана, а Витька вовсе в плацкарте в хвосте… с дембелями, тетками и цыганами. Представляю какая у него голова будет… не, ты не понимаешь, Валь, это — заговор! — поднимает палец вверх Алена. — Она — Белый Ферзь, а надо было прозвать ее Черной Пиковой Дамой. И вообще — почему Белый? У нее методы черные!

— Я к Лильке пойду. — говорит в пространство Арина Железнова. — У нее там СВ, там места полно…

— Да погоди ты! — осаживает ее Валя. — Поезд еще не тронулся, куда ты по вагонам пойдешь? Вот тронемся, тогда и…

— Все на местах? Провожающие выходим, выходим, уже отправляемся! Остальным приготовить билеты и паспорта! — заглядывает в купе проводница в синей форме и локоном кудрявых волос, выбивающихся из-под синей пилотки с зеленой кокардой и вписанными в зелень молотком и гаечным ключом. — Туалеты закрыты до выхода из санитарной зоны!

— Да, да, спасибо. — кивает Валентина, и проводница исчезает, слышно, как она открывает дверь в следующее купе и повторяет ту же самую фразу.

— Ну… тогда я тут приземлюсь. — говорит Айгуля, садясь напротив Вали. — Тоже на нижней полке и…

— Салчакова! Ты с чего это решила исконно русские нижние полки захватывать, басурманка⁈ — подскакивает Алена Маслова. — Так нечестно!

— Кто первый встал — того и тапки, Маслова!

— А вот и нет!

— А вот и да!

— Поединок⁈ — Алена выбрасывает вперед кулак и смотрит Айгуле прямо в глаза. Та пожимает плечами.

— Да с чего мне с тобой сражаться, если я уже заняла? — возражает она. — И вообще…

— Девчонки! Сашку не видели⁈ — в купе заглядывает обеспокоенная Маша. — Я Сашку потеряла! Опять…

— Она в пятом купе, с Синицыной. — говорит Валя. — Я ее сумку там видела.

— О. Слава богу. Спасибо, Валь. — дверь в купе закрылась.

— Ну так что, Турандот? Боишься? На бой кровавый, святой и правый, марш-марш вперед, рабочий народ! И вообще, выходи на честный неравный… — качает кулаком Алена Маслова перед самым носом у Айгули. Та закатывает глаза.

— Ну хорошо, Вазелинчик, лишь бы ты успокоилась и отстала! — Айгуля в свою очередь поднимает кулак вверх. — На счет «три»?

— Ага. Раз. Два. Три! — и девушки выбрасывают руки навстречу друг другу. Некоторое время смотрят на результат.

— Ха. Камень. Думала я «ножницы» выброшу? Дилетантка, твое место наверху. — хмыкает Айгуля.

— Три раза! До двух побед!

— Тогда будешь за чаем к проводнице мотаться, если проиграешь, имей в виду, Вазелинчик.

— Идет! И… раз, два, три! Ай, да ты нечестно играешь! Давай снова!

— Все честно! Камень ломает ножницы. Твоя лошадь еле скачет, Маслова.

— Ну вы даете. — качает головой Валентина, доставая из своей сумки газетные свертки. — Курицу будете? Мама в дорогу с собой дала, целых две курицы, я ей говорю — куда столько, испортятся, а она такая — с подружками