Не Альфа волчьей стаи - Ольга Сурмина

— Я тоже, — Марлен развела руками. — Это всё Нолан. Он купил и привёз.

— Стоило… ожидать, — Омега криво улыбнулась и вздохнула. — Сперва макияж, наверное, а потом платье. А то помнётся, если в таком сидеть. — Она незаметно завела руки за спину.

Пару секунд потопталась, а затем также незаметно стала ощупывать угол письменного стола. Что-то под него наклеила, после чего резко прижала ладони к груди и глупо улыбнулась.

Марлен сама до конца не понимала, почему пыталась отстраниться от подготовки к свадебной церемонии, но всё же она пыталась. Аккуратно делала макияж, наносила на руки мелкие блёстки под поток одинаковых комплиментов от гостьи — и представляла при этом… просто какой-то нужный процесс, который должен произойти. Чем сильнее приближалось время процессии, тем больше девушка избегала слова «свадьба».

Когда платье уже шуршало на остром теле, она стала нервно выглядывать в окно, наблюдая поток гостей. Голосов во дворе становилось всё больше, эти голоса звучали всё веселее. В какой-то момент девушка увидела своих родителей, которые направлялись к дому жениха. Мать в красном платье гордо подняла голову, будто то была её свадьба, отец пытался вести себя вальяжно, но, когда натыкался глазами на очередного оборотня, его губы сами собой расползались в заискивающей улыбке.

Внутри всё упало, когда позади фигур родителей показалась Аделина. Игривая, светлая, с золотыми волосами — похожая на тех канареек, которых выращивала. В лёгком голубом платье, которое… просто непростительно подходило к её глазам, к цвету густых длинных прядей.

Рядом с ней, широко ухмыляясь, шёл Генри. Закинул ей руку на дальнее плечо — так же, как когда-то закидывал Марлен. Верхние пуговицы его рубашки были небрежно расстёгнуты, коричневый пиджак — тоже, словно Альфа уже был чуточку пьян. Или же… собирался напиться в следующий час.

— Твоя сестра? — послышался тихий голос волчицы за спиной. — Действительно красавица. Неудивительно, что Генри на неё запал.

— Угу, — Йорфер поджала губы и прищурилась.

— Но вы с ней похожи, — Натали прищурилась в ответ. — На мой непредвзятый взгляд… между вами почти никакой разницы. В смысле, разница есть, но она не в плане красоты. Чуть-чуть цвет волос, чуть-чуть цвет глаз — не более того. Правда. Это как выбирать… между двумя одинаковыми фарфоровыми статуэтками, которые разные в мелочах.

— Если это была попытка подбодрить, то спасибо, — Марлен грустно улыбнулась и опустила глаза. — Родители вообще не собирались выдавать Аделину замуж за волка. Она в детстве… много болела. На неё не возлагали никаких надежд в этом плане. — Девушка сжала кулаки. — Но вместе с этим из неё не пытались выстругать… идеальную невесту. Ей не нанимали дорогих репетиторов, а потом не отчитывали за то, что она плохо усвоила программу. Её не поднимали в шесть утра на йогу. На… медитации, которые якобы должны помочь приходить в себя, когда я стану волчицей. Её не ограничивали в еде, чтобы сохранить «товарный вид». Она худая сама по себе, потому что много болела. А я… потому что не должна была употреблять больше тысячи семисот килокалорий в день — даже при активном спорте. — Почему-то глаза начали влажнеть сами собой. — И ей не вдалбливали с двенадцати лет идею о том, что за ней придёт прекрасный волк Генри и заберёт её в свои владения. Сделает так, что она никогда не постареет. Подарит всё, о чём только можно мечтать.

— Жестоко, — Натали опустила взгляд. Как ни странно, казалось, ей действительно было жаль свою случайную, малознакомую собеседницу. — Ты его любишь?

— Кого? Генри? — Йорфер мрачно усмехнулась. — Да чёрт его знает. Раньше я думала — да, люблю. Мне даже сейчас плохо, когда я вижу его с ней. Но… — внезапно кулаки разжались. — Я смирилась. И теперь это… не знаю. Тупой гнев. Даже не на то, что он счёл меня недостойной. А на то… что я бездарно потратила на фантазии о нём годы своей жизни. Годы. Поверить не могу.

— Мне жаль, — волчица тяжело вздохнула. — А Нолана? Он тебе… нравится?

Марлен вновь прищурилась — только на этот раз подозрительно. Что отвечать на такой вопрос? В котором, скорее всего, прятался подвох. Пряталось… желание прощупать почву для своей сводной сестры. Натали, вроде бы, казалась расположенной, но никогда нельзя было забывать, кому она доносит разговоры и по чьей указке вообще пришла.

— Я чувствую к нему… благодарность, — уклончиво, с фальшивой улыбкой ответила Йорфер. — Благодарность, ведь он возродил из пепла мою честь.

Достаточно… нейтральный ответ? Марлен хотелось думать, что да. Если начать махать головой и говорить «нет» — это покажется наигранно-странным, а если не отрицать — Натали может заподозрить неладное.

— Ну да, — волчица выдохнула. — Нолан хоть и жестковат для Беты, но сердце у него есть. Особенно учитывая, что ему самому нужна невеста. Ты уже начала рассказывать местным, какой он классный?

— Ещё нет, — улыбка с каждой секундой становилась всё более фальшивой. — Но скоро начну.

Их разговор прервал тихий стук в дверь, который тут же сменился тяжёлым, взволнованным голосом:

— Марлен? Марлен, это мама. Можно войти? Ты готова? Там собираются гости. — Не дождавшись ответа, женщина дёрнула за ручку и заглянула внутрь.

— Я вас оставлю, — Натали натянула на лицо очередную улыбку и попятилась. — Буду ждать внизу, с остальными. Встречу Жаклин, если она ещё не пришла.

— Конечно, — невеста отстранённо кивнула. Давно не видела мать, но… не скучала. Ни одного дня не скучала — как и по отцу, как и по… Аделине. Быть может, тоска по младшей сестре всё же была бы, если б Йорфер уверилась в том, что та не говорила тех царапающих слов — о её внешности, о положении.

Но Марлен не была уверена.

— Какой роскошный наряд, — женщина прошла внутрь, уставившись на платье дочери. Вскользь осматривала комнату, но больше — платье. — Как оно на тебе сидит… божественно. Замечательный выбор! Ты