Законная добыча - Саша Кей

Сухой тон Светланы окончательно выбивает меня из колеи.

— А что я должна делать? Оставаться у похитителей? Покорно обслуживать Сафарова? Умирать от неизвестности? — я срываюсь на неё, она молчит, напряжённо всматриваясь в зеркало заднего вида и недовольно поджимая губы. Я воспринимаю это на свой счёт и, замолкнув, отворачиваюсь к окну.

И тут я понимаю, что дом, мимо которого мы проезжаем, мне знаком. И эта территория тоже.

Адреналин ударяет мне в голову.

— Ты решила сразу отвезти меня к Сафарову? Один раз ты уже позвонила Амиру, и вот опять? Ах да! Ты же свояченица его друга, — цежу я, дёргая заблокированную дверную ручку. — Выпусти меня!

Светлана поворачивает в соседний двор, тормозит, выхватывает у меня открытую бутылку и плещет мне в лицо.

— Успокоилась? — спрашивает, когда я затыкаюсь, хватая ртом воздух. — Здесь жила моя сестра, — она указывает на пятиэтажку, выглядящую нелепо на фоне стеклянного монстра, из которого я сбежала.

Светлана достаёт из бардачка связку ключей.

— Пошли. Расскажешь, во что ты вляпалась.

Глава 33. Типология психов

Сидя на симпатичной маленькой кухне, я выкладываю Светлане свою историю.

Если она и догадывается, что некоторые детали я опускаю, пока в душу не лезет, за что я ей очень благодарна.

— М-да, попала ты в переплёт, конечно. Тебе не понравится то, что я скажу, но будем объективны, ты зря сбежала от Сафарова. Шанс пересидеть втихую, пока всё не уляжется, и взрослые дяденьки не разберутся, определённо есть. Тут твой мужик прав: никого, кроме него, ты живой не интересуешь.

— Он не мой мужик, — шиплю я.

— Угу, я помню, страшный и ужасный Сафаров, — Светлана смотрит на меня таким взглядом, что я начинаю ёрзать.

Блин, когда я рассказывала о своей истории, сама себя ловила на том, что меня мотает от того, что Амир скотина, до «ну в общем мне ничего плохого не сделали, и вообще, он сам жертва, ну или не очень, но явно не такой, как отец»…

То есть я его ещё и оправдывать пыталась, чтобы Светлана, не дай бог, не подумала, что Сафаров — чудовище. Словно её мнение о нём имеет значение.

— Он псих! — мне надо срочно реабилитироваться в собственных глазах.

— Ну да, они все, кто с серьёзными деньгами, со своими тараканами, — спокойно отвечает Светлана. — Но псих психу рознь, поверь мне. Вот мой бывший муж — садист, абьюзер и газлайтер. В прямом смысле слова. Еле ноги унесла. Муж моей сестры тоже чокнутый, но ей в отличие от меня повезло, он чокнулся на ней в хорошем понимании, хотя, конечно, плюсы Эмма найти смогла не сразу.

— Это как? — обалдеваю я.

Светлана хмыкает:

— Дом за окном видишь?

— Вижу.

— Корельский построил, чтобы за Эммой приглядывать.

Я икаю. Потом осознаю масштаб трагедии и икаю ещё раз.

Дом построить — это ж не один год, не говоря уже про финансовую составляющую.

— А… э… что ему не приглядывалось по старинке?

— Сейчас покажу, — Светлана ковыряется в своём телефоне, — мне сестра присылала как-то…

Она поворачивает ко мне экран, и я вижу фото комнаты, все стены которой заклеены фотографиями миловидной шатенки, кстати, на Светлану совсем непохожей.

От этого снимка мурашки по коже.

И немного от зависти.

Это не совсем нормальное желание, но в глубине души, конечно, хочется быть для кого-то единственной, смыслом жизни…

А не вот: я тебя трахнул и ещё раз трахну, смирись.

— Это точно не мой случай. Мне были не рады при первой же встрече.

— Естественно, — пожимает плечами Светлана, — ты ему в принципе была нужна как телеге пятое колесо.

— Тогда почему он не отпустит меня на все четыре стороны? Я не могу, как ты, рассуждать спокойно, когда дело касается бандитов и криминала… — меня неожиданно задевают слова спасительницы.

— Да ну, какой бандит? Я немного знаю о Сафарове, но только потому, что я достаточно долго вращалась в этих кругах в Москве. Он из той же плеяды, что и Корельский. Дети криминала, пожелавшие отказаться от пути их отцов. Связи, конечно, остались, и некоторые, скажем так, обязательства, но они крупные бизнесмены и в грязных делах не замешаны, ну насколько мне известно.

— Не замешаны? У них оружие! — кипячусь я.

— И как это связано? — удивляется Светлана. — У меня, кстати, тоже есть. Недавно разрешение получила. Мне так спокойнее. А то вдруг бывший снова начнёт свои игры…

Ничего себе…

Нет, это точно не мой мир.

В моём понимании, цивилизованные люди решают вопросы без пистолетов.

— Он меня похитил!

— Не он. Не Сафаров.

— Он пообещал мне ад!

— И что? Слово сдержал? Пожалел тебя, дуру, не отдал на растерзание.

— И что? Я теперь должна быть ему благодарна? — я снова завожусь. — Ты его защищаешь, потому что он друг мужа твоей сестры?

— Спокойно, — тон Светланы становится ледяным, — ещё раз умыть водичкой? За то, что не отпустил сразу, как нашёл: ещё как должна быть благодарна. Чёрт с ним, с лесом вокруг дома, тебя бы пришили на его территории, чтобы свалить всё на него. Он бы уехал, с его деньгами не проблема, а ты бы лежала в морге, пока тебя не опознала мать.

От слов Светланы меня начинает морозить.

— Я не говорю, что он лапочка и плюшевый мишка, — чуть мягче добавляет она. — Но ты мозгами сама раскинь.

— Почему он тогда не отпустил меня в городе? — кисло спрашиваю я.

— А это уже вопрос к тебе. Что там между вами происходит? — Светлана открывает дверцу холодильника, в котором кроме яиц и пачки майонеза ничего нет.

— Ничего не происходит. Он меня только пугает.

— Да. Какой злодей. Карабас-барабас. Сколько раз напугал?

У меня ощущение, что она спрашивает про секс, и я краснею под её взглядом так, что выдаю себя с головой.

— Ого! — Светлана даже присвистывает. — Ещё одна! Чего ж мне-то не везёт с мужиками? Понравилось хоть?

— Скорее да, чем нет, — я прячу лицо в ладонях.

— Послушай меня, — она закрывает бесполезный холодильник. — Всё плохо. Ты не думай, я не чёрствая, и прекрасно понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Как тебе страшно, как хочется, чтобы всё поскорее закончилось. Только ты тут ничего сделать не можешь. Это не твоя игра. Мужчины вышли на тропу войны, лишь они способны прекратить это, но когда всё дойдёт до логического финала. И я бы поставила на Сафарова. Чтобы не стать побочным ущербом, тебе нужно включить мозги, я верю, что