Человек государев 8 - Александр Горбов

— Увы, это никак не возможно. Яков не служил в армии и не годится для моего подразделения. А в других отделах к волколакам относятся с предубеждением. Да и, сами понимаете, быть должным сослуживцам — то ещё удовольствие.

«Соглашайся! — немедленно влез Захребетник. — Оборотень нам нужен. Натаскаем, научим и пристроим след брать на задержаниях».

«Погоди ты. Не мне одному решать».

— Вопрос серьёзный, Андрей Христофорович. Я должен обдумать ваше неожиданное предложение и переговорить с начальством.

— Большего и не прошу. — Кинокефальский поднялся и пожал мне руку. — Буду надеяться на ваше положительное решение.

* * *

Не откладывая дело в долгий ящик, я отправился к Коршу. Рассказал о просьбе взять Чернова и выразил свои сомнения: уж не пытается ли Тайный приказ таким нехитрым образом посадить в мой отдел глаза и уши?

Корш в ответ расхохотался.

— Нет, Миша, они и так в курсе, что у нас происходит.

— Тогда зачем?

— Оборотни любят своих совать везде, где только можно. После веков гонений они так укрепляют позиции: свой человек в каждом ведомстве — лучшая гарантия, что общину не тронут. Даже присказка ходит, что они «раздают щенков в добрые руки». Вот и Кинокефальский к тебе своего родича хочет пристроить.

— Полагаете, стоит взять?

— Бери. Кинокефальский будет тебе должен, это полезное вложение. Ну а если мальчишка ни на что не сгодится, будем использовать его для профилактических бесед во втором отделе.

Вернувшись в отдел, я отозвал в сторонку Соболева и рассказал, что нам сватают в команду мальчишку-оборотня. Бывший поручик стал фактически моим заместителем, и нового сотрудника я собирался повесить на него.

— Возьмётесь курировать новичка, Павел Артемьевич?

Бывший поручик усмехнулся.

— Возьмусь, Михаил Дмитриевич. Я в армии частенько молодых прапорщиков воспитывал, так что не впервой. А ещё один человек нам не помешает: то в архив сбегать, то на посылках. Ну и нелишним будет его броневик водить научить на всякий случай.

Так в отделе появился пятый сотрудник. Соболев гонял его в хвост и гриву, Василиса жалела и поила чаем, близнецы покровительственно называли стажёром и брали с собой на обед. И только Овечкин относился с ревностью, считая едва ли не конкурентом, но учил его водить на совесть.

«Забавное зрелище, однако, — хихикал Захребетник. — Бывший поручик, генеральская внучка, два брата-акробата и волколак. И всё под руководством боярина с подселённой потусторонней сущностью. Да твой отдел в кунсткамере можно показывать за большие деньги!»

Я не обижался, давно привыкнув к его странному юмору. И даже посмеивался: команда и в самом деле подобралась экзотическая.

Глава 16

Персидские царевичи

Лицо Корша, когда он вызвал меня, было, как всегда, непроницаемо. Но мне показалось, что начальник утомлён больше обычного.

— Доброе утро, Миша. По поводу Самарканда.

Корш развернулся в кресле, глядя на утыканную флажками карту на стене.

«Так-так-так, — потёр руки Захребетник. — Что-то намечается! Да и то сказать — неделя прошла, пора бы».

— А точнее, тамошнего представительства Коллегии, — продолжил Корш. — Как ты знаешь, губернские представительства подчиняются не нам, а афишировать свой интерес к делу нефрита я не хочу. Посему действовать пришлось осторожно. В итоге всё, что мне удалось раздобыть, — общая информация. Руководит представительством некто Лебедев. Давно, уже больше двадцати лет. Он сменил на посту предыдущего руководителя в связи с его выходом в отставку. Отставка была по возрасту, а сейчас Лебедев уже сам почти достиг этого возраста. Характеризуется со всех сторон положительно, нареканий не имеет.

— Звучит вроде бы неплохо, — осторожно заметил я.

— Вроде бы, — кивнул Корш. — Но видишь ли, в чём дело: небезызвестного тебе Сильвестра Аполлоновича Мухина Госуправление характеризовало точно так же и ровно теми же словами. Не дойди до меня год назад некоторые сведения относительно происходящего в Туле, не внедри я в это болото тебя — уверен, что Мухин уже получил бы следующий чин. Ему по выслуге лет как раз срок подходил.

— И вы опасаетесь, что Лебедев такой же, как Мухин?

Корш развёл руками.

— Хотелось бы верить, что нет. Но от Тулы до Москвы сотня вёрст, а до Самарканда поезд идёт неделю. Как говорится, до бога высоко, до царя далеко. По бумагам всё гладко — ну так по ним и в Туле всё было гладко, в Госуправлении на Мухина нарадоваться не могли. И что там в Самарканде происходит на самом деле, предполагать не берусь. Вывод? — Корш посмотрел на меня.

— Вы поедете туда лично?

Корш покачал головой.

— Увы. И рад бы был, но здесь, в управлении, мне пока дневать и ночевать приходится. Отлучиться никак не могу. Так что в Самарканд поедешь ты. С текущими делами отдела Соболев, полагаю, справится. Людей у тебя теперь прибавилось, парнишка этот, насколько я понимаю, прижился… Как бишь его фамилия?

— Чернов, — напомнил я. — Хороший парень, проворный. И учится с большим удовольствием.

— Это хорошо, — кивнул Корш. — А если вдруг что, на подхвате Колобков, Ловчинский, да и я Соболеву всегда помогу. А в Самарканде нужен зоркий глаз. Так что собирайся в командировку.

— Есть, — вытянулся я.

Корш махнул рукой — мол, не вставай, — и продолжил:

— Только вот что. Как уже сказал, афишировать свой интерес относительно нефрита я не хочу. Поэтому поедешь ты туда… Ну, скажем, для проведения испытаний новейших боевых заклятий. Возьмёшь с собой Распашных. Ребята они бравые, а пустыня — отличный полигон. По бумагам всё оформим как должно, Лебедеву озвучишь эту задачу. А сам… Ну, не мне тебя учить добывать информацию. Меня интересует всё, что связано с нефритом. Видишь ли, — Корш снова посмотрел на карту. — В Средней Азии у России свои интересы. А край это непростой, в иное время я бы сказал «взрывоопасный». Жаркое солнце, горячие люди. Сейчас мы с ними живём мирно. Строим школы, больницы, традиционный уклад стараемся не задевать. Если верить докладам тамошних управленцев, население настроено миролюбиво. И мне очень не нравится, что в этих краях вдруг появился нефрит. Да ещё в таком количестве! Пятнадцать фунтов — не мышь чихнула… В общем, два дня тебе на сборы, и выдвигайся, — подвёл итог Корш.

* * *

«Ну что, Миша? Доволен? — ехидничал Захребетник, когда я вышел из кабинета начальника. — Хотел развеяться —